Монахиня

Руденко Елена

– - Я боялся, - честно признался Манури.
– Я боялся вновь увидеть ее. Но когда мы встретились на пикнике, я решил, что это свидание послало мне провидение.

– - Мадам Симонен, почему вы утверждали, что не знаете этого человека?
– спросил я.

– - Я не хотела ворошить прошлое и дала ему это понять, коротко ответила дама.
– Но я любила его, и, возможно, люблю и сейчас.

– - Вы слышали, что отец Лемуан убит?
– спросил я.

– - Да, - кивнула мадам Симонен.

– -

А о моих предположениях, что он убийца, вы тоже знаете?
– спросил я.

– - Да, - ответила она.
– Интересно, что заставило вас так думать?

– - Много маленьких мелочей и совпадений натолкнули меня на эту мысль, - ответил я.
– Во-первых, отец Лемуан был в тот день в лавке, когда мадмуазель Симонен пришла за своей пачкой свечей. Во-вторых, она нашла лишнюю свечу в пачке, именно эта лишняя свеча оказалась отравленной. В-третьих, мсье Лемуан купил на следующий пять дюжин свечей, из которых потом изготовил восковую маску лица покойной Симонен. В-четвертых, он был неплохим скульптором, что позволило ему это сделать. Если собрать все эти мелочи, можно заключить, что он подбросил в пачку мадмуазель Симонен отравленную свечу, а потом умертвил мсье Симонена, нарядившись призраком. Он проник в комнату, взобравшись на дерево, что росло у дома. Лемуан перепугал Симонена и задушил его. А когда вчера ночью на кладбище я нашел его мертвым в костюме призрака, у меня больше не осталось никаких сомнений. Смею предположить, что отец Лемуан велел монаху убить мадмуазель Симонен во время побега, но тот не справился со свой задачей, так как кучер помешал ему. Эти выводы я сделал из рассказа мадмуазель Симонен. Я не знаю, какую награду беглый монах должен был получить за свое черное дело. Потом он понял, что оказался в очень неприятном положении. Отец Лемуан догадывался, что этот тип представляет для него реальную угрозу, и решил избавиться от него. Он надел костюм, в котором убил мсье Симонена и пришел на кладбище...

– - Хватит!
– перебила меня мадам Симонен.
– Зачем священнику совершать эти убийства? Я думаю, что его убил этот монах, а потом нацепил на него маску.

– - Увы, вы не правы, мадам, - возразил я.
– Эти преступления отец Лемуан совершил для свой сообщницы, которую любил.

Мадам Симонен побледнела.

– - Кто это?
– спросила она.

– - Вы, мадам, - ответил я.

– - Как вы смеете!
– возмутился Манури.
– Они даже не знали друг друга!

– - Помолчите, мсье, прошу вас!
– прикрикнул я.
– Вас дурачат, а вы это до сих пор не поняли!.. Я заметил, что отец Лемуан предложил сесть мадам Симонен спиной к обрыву и подальше от него. Он знал, что она боится высоты, а об этом знали немногие. Но мадам Симонен

боялась разоблачения, поэтому она всеми силами старалась обратить мое внимание на ее знакомство с вами. Она проделала этот трюк с пастой и печеньем. Симонен была уверена, что я замечу это, и не ошиблась. Не заметить этого было нельзя, во-первых, обычно мужчина подвигает к женщине ее любимые блюда, а не наоборот, во-вторых, она проделала это очень медленно, явно привлекая внимание. Это было проделано с целью: сбить меня с толку, заставить заинтересоваться вашими с ней отношениями. С этой же целью она рассказала мне о любви настоятельницы монастыря "Святой девы" к отцу Лемуану, который мастерски разыгрывал роль тайно влюбленного в мадмуазель Симонен. Вы искусно смогли запутать меня.

– - Скажите, что это не так! Скажите, что это не так! закричал Манури.

– - Увы, он прав!
– вздохнула мадам Симонен.
– Мы задумали эти убийства, чтобы заполучить деньги. К сожалению, мы не знали, что Сюзанна составила завещание на ваше имя, тогда мы бы не убивали ее. Но мой муж был обречен, он заслужил смерть!

Эти слова она произнесла, глядя Манури прямо в глаза.

– - Теперь это уже не имеет значения, - вздохнула дама. Мой самый дорогой человек мертв, а без него мне жизни нет! Мы хотели уехать из Франции и начать новую жизнь там, где нас никто не знает. Мы очень любили друг друга, встречи тайком были пыткой для нас обоих! Поймите, мы любили друг друга.

– - Это не оправдание, мадам, - сурово ответил я.

Рассказ произвел на меня сильное впечатление. Мне было немного жутко. Постепенно я вспомнила этот случай. Я тогда была ребенком, поэтому не знала подробностей. Помню только, что Максу здорово досталось от духовенства, за то, что он оклеветал священника. Но признания мадам Симонен подтвердили слова Робеспьера, и служителям церкви пришлось замолчать.

– - Ловко задумано, - покачал головой столяр Дюпле.
– Убить отравленной свечой.

– - Это не их идея, - возразил я.
– На столе мадам Симонен я заметил книгу "Хроники Филиппа IV", а по одной из легенд один из его министров был отравлен при помощи свечи, которую ему подбросили в общую пачку.

– - Отлично!
– воскликнула я.
– Я вспомнила эту историю! Я сегодня же сяду за работу! Должно получиться очень интересно.

Я поблагодарила хозяев за ужин, а Макса за рассказ и побежала домой, чтобы наконец написать новое произведение.

P.S. Прошу прощения у духовенства. Этот рассказ создан не с целью подорвать ваш престиж или оклеветать вас. Но согласитесь, даже в ваших рядах встречаются не очень хорошие люди.

С уважением. Светлана Лемус. Париж. 1792 год.