Монахиня
Шрифт:
Пикник был намечен на завтра, и все оставшееся время Мадлен посветила выбору нарядов. Место для пикника было выбрано очень живописное под раскидистыми деревьями около обрыва. Мадлен понравился этот пейзаж, она даже пожалела, что не захватила свои художественные принадлежности. На пикнике, кроме Мадлен Ренар, Бюиссара и меня, присутствовали мадам Симонен, маркиз де Круамар, адвокат Манури и отец Лемуан. Знакомы друг с другом были только Манури, Круамар и Лемуан. Мадам Симонен не знала никого, кроме, маркиза Круамара,
Лемуан предложил Симонен удобное место у дерева, которое очень понравилось женщине, сев таким образов, она не видела крутой обрыв, находившийся рядом. Манури устроился напротив мадам Симонен. Беспечная Ренар подбежала к краю обрыва и, встав на четвереньки, принялась сосредоточенно смотреть вниз. Увидев это безобразие, я отволок ее оттуда. Не хватало еще, чтобы красотка свалилась вниз. Конечно, обрыв был не очень высокий, убиться нельзя, но сломать конечности можно запросто. Именно это я и сказал Мадлен.
– - М-да, вы правы, - согласилась она со мной.
– На костылях я вряд ли буду выглядеть очаровательно.
Я успокоил ее, сказав, что костыли не уменьшат ее грациозности, но к краю обрыва подходить запретил.
Какое-то время собравшиеся господа жевали молча, недоверчивая поглядывая друг на друга. Каждый видел в своих сотрапезниках коварного убийцу. Тишину нарушил маркиз.
– - Как я понимаю, - сказал он.
– Здесь сидит убийца, не так ли? Надо быть осторожным, как бы он (или она), не добавил нам яду в пищу.
Мадлен поперхнулась. Собравшиеся недовольно зашикали на Круамара.
– - Я слышал, что убийца схвачен. Это так?
– спросил священник.
– - Конечно, нет!
– ответил Манури.
– Этим делом занят Стервози. Весь Аррас знает, что он бестолочь!
С ним были согласны все, даже отец Лемуан.
Я заметил, как мадам Симонен медленно отодвинула в сторону ореховую пасту, стоящую рядом с мсье Манури, и поставила на ее место тарелку с шоколадным печеньем. Их взгляды встретились.
– - Манури, вы любите ореховую пасту?
– спросил я.
– - Нет, - поморщившись, ответил он.
– Если честно, я ее не выношу, мне даже ее внешний вид раздражает.
– - А что вы любите?
– спросила Мадлен, уплетая отвергнутую пасту.
– - Я люблю шоколадное печенье, - ответил Манури.
– - А я нет, - вздохнула Ренар.
– Я вообще шоколад не люблю. Когда мне было пять лет, я им сильно объелась и покрылась красными пятнами. После этого случая я шоколад есть не могу.
Собравшиеся невольно заулыбались. Манури решил налить кофе из медного кофейника, который стоял рядом с ним. Но проделал это неловко и брызги черного кофе очутились на платье Мадлен. Адвокат принялся несуразно извиняться.
– - Мне на ваши извинения
– Вы пьяный? У вас тряслись руки, когда вы наливали кофе. Можно подумать этот кофейник очень тяжелый! Когда Макс разливал из него кофе, у него ничего не тряслось! Хотя руки у него костлявие.
В общем, пикник прошел довольно мрачновато и напряженно. Каждый старался помолчать, дабы не сболтнуть лишнего, а если начинал говорить, то обязательно о событиях, которые случились где-то далеко, когда-то давно или вообще не с ним. Бюиссар был расстроен, что не смог помочь мне, но я успокоил его, заверив, что я заметил кое-что важное. Правда, что именно мне удалось заметить, я решил пока сохранить в тайне.
На следующий день Мадлен ушла в гости к какой-то знакомой, чтобы за светской беседой отвлечься от мыслей об убийстве. Я ее понимал. Но Мадлен не смогла долго наслаждаться этим отдыхом. Через несколько часов она уже сидела в моем кабинете. Поначалу ее заинтересовало дело, которое я рассматривал в данный момент, но потом оно показалось ей слишком скучным.
В этот же день ко мне пожаловал мсье Манури собственной персоной. Его привело ко мне что-то очень важное. Он только сейчас решился раскрыть мне свой секрет.
– - Что ж, с удовольствием выслушаю вас, - сказал я, отрываясь от работы.
– - Дело в том, что Сюзанна выкрала те письма у отца... маркиз Круамар дал их ему на хранение...
– сбивчиво выговорил Манури.
– - Выходит, мсье Симонен тоже знал о фактах компрометирующих Круамара?
– предположил я.
– Это интересно. Значит, маркиз доверял этому пройдохе.
– - Получается, что так, - кивнул Манури.
– Но, как вы поняли, мсье Симонен не является честным человеком.
– - Это верно, - согласился я.
– Вы хотите сказать, что Симонен мог шантажировать маркиза?
Манури покраснел.
– - Я, конечно, не имею права наговаривать, - промямлил адвокат.
– Но... Сюзанна говорила мне об этом... она сказала, что отец решил потребовать у Круамара плату за тайну... Тогда я не поинтересовался, что она имела в виду, а теперь...
– - Очень любопытно, очень любопытно, - пробормотал я.
– - Еще бы не любопытно!
– воскликнула Мадлен.
– Так что бросайте свое дурацкое "Дело о драке на улице" и езжайте к маркизу! Вам надо потрясти его хорошенько... а если он будет упорствовать, - Мадлен достала зеркало и принялась старательно изучать свое детское личико.
– За работу возьмусь я. Мне он не откажет. У меня свои методы...
Я отлично понимал, что значит "свои методы" и строго настрого запретил красотке использовать их.
Пока я отчитывал Мадлен, в мой кабинет впорхнула довольная Дорина, служанка Мадлен.