Монгол
Шрифт:
Странно это. Не хранят золото и драгоценные камни под книжной полкой. Даже такие богачи, как Монгол. А, может, это награбленное? Может, маньяк поснимал эти цацки со своих жертв? Представила Монгола, удушающего девушку её же колготками, а потом насилующего безжизненный труп, и очередная порция икры застряла где-то в горле. Ещё немного посижу в этой темнице и окончательно тронусь.
Вскочив со стула, открыла наглухо занавешенное окно. Так-то получше будет. Какое-то едва уловимое движение на улице привлекло моё внимание,
Оглядываясь, словно вор, Батый тащил что-то в чёрном пакете, быстро пересекая расстояние до дома. Не зная, чем заняться от скуки, задёрнула шторы и на цыпочках понеслась к лестнице.
***
— Архан? — Марат, похоже, не в первый раз звал его.
— Что?
— Ты отраву свою пить собираешься?
— Да, — кивнул, взяв в руки стакан, и снова завис.
— У тебя что-то случилось?
Монгол вздохнул, опрокинул в себя арак. Поморщился. Даже бухло не лезет.
— Ничего нового. Всё по-старому. Но мне почему-то кажется, что я что-то делаю не так.
Варвар как-то невесело усмехнулся, отсалютовал стаканом с водой.
— Тебе это постоянно кажется с той девчонкой. Влип ты, Монгол. Я вот тоже сам не заметил, как попал. Теперь ребёнка жду. Боюсь, как пацан, — устало потёр глаза. — Ночами не сплю. Всё время думаю, как их обезопасить. Свихнуться, блядь, можно.
— У тебя всё будет отлично, брат. Ты вознаграждён за свою боль. А я не могу любить, ты же знаешь. Нахрен мне это не надо. Девку не для болтовни под луной растил. Подожду, пока перестанет кочевряжиться, и женюсь.
Марат промолчал, но Архан заметил в его глазах недоверие. Похоже, вокруг все видят то, что ему, Монголу, недоступно. Да и плевать. Не красная девка, чтоб по всякой хуйне заморачиваться.
— Ладно. Давай о делах. Кого ты там хотел найти?
Монгол достал из кармана лист бумаги с именем и номером телефона, подвинул его Хаджиеву.
— Александр Пуговкин?
— Ага. Мне очень нужно побеседовать с этим парнем.
А заодно отбить Алине желание, общаться с другими мужиками.
***
Домой вернулся уже после полуночи, сразу же зашёл в спальню. Девчонка тихо сопела в кровати, и Монгол на пару минут выпал из реальности, наблюдая за тем, как она смешно морщит нос и что-то ворчит во сне.
Маленькая и хрупкая. Особенно сейчас, когда не выпускает свои кошачьи когти и не шипит, пытаясь защититься от него.
Присел рядом, рванул бретельку майки вниз, оголяя грудь. Склонился
— Тихо, тихо, волчонок. Не нужно сопротивляться, — перехватил её запястья, придавил к постели. — Не бойся. Больно не будет.
Она не отталкивала. Молча смотрела на него, пока стаскивал дурацкую пижаму и бельё. Не воспротивилась и, когда накрыл рукой её промежность, только еле заметно вздрогнула.
— Умница, девочка, — раздвигая ей ноги, устраивался сверху. — Моя малышка.
И током по конечностям её тихий стон, когда надавил на клитор, вошёл в неё пальцем. Схватила Монгола за руку, вонзила в кожу ногти и, всё так же глядя в его глаза, запрокинула голову.
***
— Нравится?
— Да, — прошептала, понимая, что не особо-то и лгу.
Он смотрел на меня ошалело. Похоже, моя неожиданная покорность нравилась гаду. И хоть запланировала я этот спектакль ещё днём, сейчас почему-то не было противно. А ведь должно…
Наверное, я просто ещё не отошла от сна, в котором по-любому занималась сексом с какой-нибудь голливудской звездой. И хоть таких снов я никогда не видела, но другого объяснения просто не было.
Тело словно сковало какими-то оковами, но было приятно. Как расслабляются мышцы ног после долгого бега. Или когда засыпаешь в тёплой постели после холодного зимнего дня. Какая-то странная эйфория. И тугой, пульсирующий узел там, внизу, где касаются его пальцы. Ласкают, выводят какие-то замысловатые узоры, входят в меня и снова растирают.
Он навалился так резко, что чуть не вышиб из меня дух. Видимо боялся, что я передумаю и начну сопротивляться. Но я бороться не собиралась. Хватит. Пробовала уже. Бесполезно переть против танка с голой задницей. А вот этот план, судя по всему, сработает.
Монгол не врал. Боли действительно не было, как и дискомфорта, который испытывала раньше. Он вошёл плавно, без резких движений. Вдавил в меня свой член почти до отказа, а я машинально выгнула спину, принимая его в себя.
— Да-а-а, кошка… Ты умница, — оскалился в похотливой ухмылке, и я подалась ему навстречу. — Сегодня я научу тебя кончать.
Да, я помнила тот странный оргазм впервые. Это было жутко. Унизительно, больно. Как-то дико. Тогда сработал адреналин. А что будет сейчас? Я кончу, как кончают другие? Или это снова будет неприятно и обидно?
Закрыв глаза, попыталась подстроиться под его неспешный ритм и, судя по довольному рыку зверя, мне удалось. Подмахивая Монголу, как последняя шалава, я смотрела на себя в зеркало и не узнавала ту девушку, которая теперь стонала под убийцей, изуродованным шрамами и жуткими татуировками. Кто ты, девочка?