Монгол
Шрифт:
— Поторопись. Не заставляй его ждать, — как обычно дала напутствие Фатима, но уже не увидела, как я закатила глаза.
Как только вошла в столовую, мой сарказм и недовольство испарились в тот же миг. Мужчина сидел во главе стола с горделивой осанкой, но его глаза таили в себе столько одиночества, что у меня в горле запершило. Вот он весь такой из себя Император, а поговорить не с кем. Я, конечно, уверена, что он сам же этого и добился. Но всё же… Никто не заслуживает такого. Или заслуживает? Надо бы разузнать, что за вражда у них с Монголом. Да как? Фатима ни за что не станет удовлетворять моё любопытство,
— Присаживайся, Алина, — Аслан Шамилевич указал на стул рядом с собой и, откинувшись на спинку, сопроводил меня внимательным взглядом. С прищуром, словно сканируя.
В голове сразу же пронеслась целая стая мыслей. А что, если он сейчас отчитает меня за произошедшее ночью: мол, не в бордель попала, девочка.
Хотя вряд ли, конечно. Император не из тех, кто станет подслушивать под дверью, как его сынок трахается. Это слишком мерзко, чтобы просто представить. А то, что он увидел на кухне… Ну, видел и видел, чего уж теперь. Да и не с моей подачи всё было. Ну, почти… Но вопреки трезвым доводам разума, я всё же покраснела, как помидорина.
Вздохнув, потопала к столу, стараясь не поднимать взгляд на Аслана Шамилевича.
Он дождался, пока я присяду на стул, улыбнулся.
— Всё хорошо? — Даже не знаю, что вам на это ответить, глубокоуважаемый Император…
— Да, спасибо, — натянуто улыбнулась.
– Дай мне свою ручку, девочка, — протянул ладонь, и я недоверчиво нахмурилась.
Это ещё что значит?
— Ну же, не бойся, — подбодрил, буквально силой отдирая от стола мою левую руку. — Это тебе, — надел на безымянный палец колечко с блестящими камнями. Я не специалист в драгоценностях, но так сверкать могут только бриллианты. — Раньше это кольцо принадлежало матери Архана. Теперь оно твоё по праву. Не смотри так на меня. Я знаю, что делаю. А ты доверься мне. Ешь, — кивнул на тарелку и принялся за еду сам.
— Какое красивое…
Кольцо, и правда, великолепное. Я такие только в кино и видела. Только там были подделки, пусть и шикарные, а тут неописуемая прелесть.
Но чем я его заслужила? Странно это… Очень странно. Попахивало чем-то нехорошим. Папаша хитрость какую задумал?
Не думаю, что для того, чтобы получить в подарок фамильную драгоценность из рук Императора достаточно позволить его сыну разложить себя на кухонном столе. Вот совершенно не питаю иллюзий на сей счёт.
— Но вы уверены, что оно должно быть у меня?
— Да, я уверен. Однажды я уже запретил сыну жениться. Более того, сделал всё возможное, чтобы этому помешать. И теперь, как ты успела заметить, у нас… Кхм… Некоторые разногласия. Тогда я ошибался. Слишком сильно ошибался. Теперь же помогу сыну обрести счастье. Он слишком много терял. Пора вознаградить его.
Нехорошее предчувствие шевельнулось гадким слизняком где-то в районе желудка.
— А кто была та девушка, на которой вы не дали ему жениться?
Хотя
— Твоя сестра, — невозмутимо ответил Аслан Шамилевич и полоснул ножом по сочному стейку, из которого потекла кровь. Замутило. — Ты должна понимать, я не мог позволить ему пасть настолько низко. Я не имел ничего против этой девчонки. Но она была шлюхой. Наследник Императора не может взять в жены шлюху.
Острыми осколками вонзились в сердце его слова. Хотя я и понимала, что он прав. Не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы понимать — Монгол не стал бы тем, кем он есть сейчас. Не выбрался на верхушку криминального мира, если бы женился на Лере. Да даже будь он сыном учителя русской литературы, едва ли кто-то бы порадовался такой невестке. Лерка сама это знала, потому и была уверена, что Монгол на ней не женится.
Впрочем, они бы были идеальной парой… Проститутка и бандит.
— А я, по-вашему, подходящая партия?
Император усмехнулся, заботливо придвинул ко мне икру.
— Ты — да. Я хочу, чтобы именно ты стала женой моего сына. Роди мне внука, и я тебя озолочу. Всё, что захочешь. Весь мир к твоим ногам.
Моя челюсть медленно уехала вниз, а глаза полезли из орбит. Нет, я не ослышалась и не сошла с ума. Двинулся по фазе тут кто-то другой.
— Благодарю вас за столь лестное предложение, но я, пожалуй, откажусь, — улыбнулась ему, насколько могла вежливо и опустила ошалелый взгляд в тарелку.
— Ты не можешь отказаться, девочка. Я же говорил, в нашем роду мужчины выбирают себе женщин вне зависимости от их согласия или несогласия.
— И что, заставите?
Мужчина на мгновение замер, поднял на меня взгляд.
— Я заставил свою жену родить Архана. А мой сын очень похож на меня.
Так я и думала. Яблочко от яблоньки…
— За что сидел Мон… Архан? И почему вы позволили вашему сыну сесть в тюрьму? У вас ведь такие возможности… Ни за что не поверю, что вы не могли ему помочь. Откупить там или нанять хорошего адвоката.
Скорее всего, я сильно рисковала быть послана, но, раз уж мне надели на пальчик колечко, намекают на внуков от меня же, можно и повыпендриваться.
— Он сидел за убийство. И да, я мог помочь сыну. Но зачем, если у него в восемнадцать лет не хватило мозгов зарыть труп в ближайшей лесополосе? Он должен был познать жизнь. Почувствовать на вкус собственное дерьмо. Только так становятся настоящими мужчинами.
Тут я немножко прифигела. Не то, чтобы для меня новость об убийстве стала великим открытием, нет. Я знала, что руки Монгола, которыми он с таким удовольствием лапает моё тело, по локоть в крови. Но то, как об этом говорит его отец… Молодой парень, убивший человека, был наказан не за само убийство, а за то, что не додумался скрыть улики. Охренеть.
— Я знаю, как дико для тебя это всё звучит, малышка. Но ты ещё слишком молода. Поверь мне на слово, мужчина должен быть жёстким и жестоким. Иначе его просто втопчут в землю те, кто сильнее.