Шрифт:
Роджер ЖЕЛЯЗНЫ
МОНОЛОГ ДЛЯ ДВОИХ
Время: когда-нибудь - сейчас.
Место: везде - нигде.
Сюжет: жизнь - смерть.
Персонажи: вы - я - все.
– Спасибо, сестра, но я могу сам управлять креслом одной рукой, колеса поворачиваются совсем легко.
– Доброе утро, доктор. Хорошее тут у вас место. Хорошая страна.
– Нет, я у вас тут никогда не
– Мои проблемы? Да, вот. Не хотите взглянуть на мышцы моей левой голени? Будьте добры.
– Простите, не могу наклониться вперед, чтобы закатать брюки. Да, и ногу вам тоже придется поднять, я не могу.
– Что-то не так, доктор? Вы неважно выглядите, как-то вдруг побледнели. Узнаете хирургическую технику?
– Лучше присядьте. Нет, не курю, благодарю вас.
– Что такое? Сигарета сама загорелась? Да, это бывает иногда.
– Нет, я не думал, что вы сможете мне помочь. Просто хотелось проверить. Наука так продвинулась вперед. Я знаю, что вы совершили важные открытия в трансплантации, и я думал, ну, может, вы знаете, кто мог бы помочь.
– Да, поляк. Я сам врач. Хотя не практиковал с самой войны и, боюсь, уже не силен во всех аспектах искусства врачевания. Медицинский институт в Варшаве, да, да, верно. Я был в интернатуре, когда вы начинали свои исследования...
– Ну, не скромничайте. Я знаю, что вы были только штатным сотрудником и что Равенсбрюк был большим лагерем. Так или иначе, но мир тесен, и мне удалось отыскать вас здесь, как вы отыскали меня там.
– Пепел сейчас упадет на ваш чудесный ковер. Лучше стряхните его в пепельницу.
– Очень хорошо.
– Чего я хочу? О, пожалуй, всего минуту вашего времени. У меня в последние годы возникло странное желание вновь заняться медициной. Однако хирургия требует двух крепких рук, а ваши эксперименты мне, так сказать, с рук не сошли. Тем не менее я мог бы стать хорошим диагностом...
– Умер! Нет, каким-то чудом этого не случилось. Это не Шопенгауэр сказал, что даже сама жизнь является волевым актом? Я забыл. Во всяком случае, туберкулезные бациллы не справились со своей работой.., то же самое можно сказать и о крови группы АВ, хотя у меня группа О.., и о
– Может, именно синдром бешенства, который вы на мне проверяли, или йога, которой я занимался, чтобы не сойти с ума - или и то и другое, - дали мне Силу. Нет, не вставайте с кресла.
– Понимаете, что я имею в виду? Я владею Силой. Тогда она не была еще столь могучей, в те дни, когда я полз от развалин Равенсбрюка с пулей в сердце, но с тех пор я изрядно над ней поработал.
– Убить вас? Господи помилуй! Откуда у вас такие мысли? У меня нет желания вас убивать. Нет, человек в инвалидной коляске не собирается никому причинять боль...
– Но вот вы, доктор, что вы думаете о Силе? Я знаю, что вы не психиатр. Но не кажется ли вам, что она могла бы оказать большую помощь врачу?
– И я так думаю, да. Поэтому, когда я услышал, что вы собираетесь превратить эту клинику в благотворительную, я решил прийти сюда и поговорить насчет работы.
– Что? Ничего не слышали о благотворительной клинике? О, вы ошибаетесь. Мы собираемся лечить бедных, необразованных, искалеченных и слепых. Мы собираемся принимать роды и заниматься бесплатной медициной. В конце концов, ведь мы же богаты, не правда ли?
– Нет, вы не поняли. Вы не можете отказаться оперировать, потому что вы будете только ассистировать. Не думаете же вы, что я доверю вам скальпель? Вашим богатым пациентам придется найти другое место, где их будут гладить по головке.
– А вот теперь лучше положить сигарету. Ничего-ничего, я помогу. Сюда. А сейчас, поверьте, мне будет гораздо, гораздо больнее, чем вам. Я содрогаюсь при одной мысли об этом. Ваше тело есть гроб для мертвой души, а ваши руки инструмент убийства, но их можно использовать для благих дел, они смогут искупить многое из того, что вы совершили.
– Что-то со зрением? Да, это действие Силы. Я потратил почти двадцать лет, развивая ее до такого уровня. А теперь расслабьтесь. Еще секунда, и все.
– Ну вот!
– Теперь хорошо видите? Коляска? О, вы к ней привыкнете. Колеса поворачиваются очень легко.
– Сестра! Войдите! Пациент потерял сознание.