Шрифт:
Роджер Желязны
Всадник
1995, Е. Людников, перевод
Когда он являлся громом на холмах, жители деревни спали за закрытыми ставнями и видели сны о добром урожае. Когда он был стальной лавиной, скот начинал скорбно, мучительно мычать, а дети вскрикивали во сне.
Он сотрясал землю копытами, его доспехи были как темная столешница, покрытая серебряными монетами, украденными с ночного неба, когда жители деревни
А он ехал по узким улицам, и люди не видели его глаз, скрытых забралом.
Когда он останавливался, останавливалось и время, Все замирало.
Не было ни сна, ни полного бодрствования после странных сновидений о звездах, о крови...
Двери скрипели на кожаных петлях. Масляные лампы трепетали, а затем успокаивались в ровном свечении.
На мэре была ночная рубашка и бесформенная обвисшая шапочка. Он держал лампу в опасной близости у своих белоснежных висков, протирая костяшками пальцев правый глаз.
Незнакомец не спешился. Держа необычный инструмент одной рукой, он пристально посмотрел на дверной проем.
– Кто ты, приходящий в такой час?
– Я прихожу в любой час. Укажи мне дорогу. Я ищу своих соратников.
Мэр посмотрел на зверя под всадником - тот был белее его бороды, белее снега...
– Что это за зверь?
– Это лошадь, это ветер, это прибой, сметающий скалы. Где мои соратники?
– Что у тебя в руке?
– Это меч. Он пожирает плоть и пьет кровь. Он освобождает души и рассекает плоть. Где мои соратники?
– Эти металлические доспехи на тебе, этот шлем?..
– Броня и скрытность, сталь и анонимность - это защита! Где мои соратники?
– Кто они, те, кого ты ищешь, и откуда ты?
– Я проехал невообразимое расстояние. Я держал путь сквозь туманности, образованные водяными смерчами в звездных реках. Я ищу других таких, как я сам, тех, что прошли этой дорогой. У нас назначена встреча.
– Я никогда не видел таких, как ты, но на свете есть много деревень. За теми холмами находится еще одна, - он показал в направлении далекого пастбища, - но до нее еще два дня пути.
– Спасибо тебе, человек. Я скоро буду там. Лошадь встала на дыбы и издала страшный звук. Волна тепла, сильнее, чем от лампы, накрыла мэра, порыв ветра пригнул к земле золотистые, еще не затоптанные стебли.
В
– Смотрите на небо этой ночью!
Следующая деревня уже была освещена словно роем разбуженных искр от костра, когда топот и звон утихли перед дверью ее самого большого дома. За окнами появились головы, и любопытные глаза с восхищением наблюдали за великаном, оседлавшим белого зверя.
Мэр, тощий, как столб ворот, на который он тяжело опирался, прочистил нос и, высоко подняв фонарь, спросил:
– Кто вы?
– Я уже потерял слишком много времени из-за таких вопросов! Проезжали ли этой дорогой другие, подобные мне?
– Да. Они сказали, что будут ждать на вершине самого высокого холма, возвышающегося над этой долиной.
Мэр указал на пологий склон, который простирался на многие мили, внезапно кончаясь у основания черного горного массива. Он поднимался, как рука без кисти, обращенная в камень, никуда не указывающая.
– Их было двое, - сказал мэр.
– Один нес необычное снаряжение, такое же, как у вас. Другой, - он вздрогнул, - сказал: "Посмотрите на небо и наточите ваши серпы. Там будут знаки, чудеса, призыв - и этой ночью небо обрушится".
Всадник уже превратился в слабый контур, окруженный ореолом выбитых из булыжника искр.
На вершине самого высокого холма, господствующего над долиной, он натянул поводья и повернулся к всаднику на вороной лошади.
– Где же он?
– спросил всадник, восседавший на белом звере.
– Еще не прибыл.
Всадник на белом коне посмотрел на небо и увидел падающую звезду.
– Он опоздает.
– Это невозможно.
Упавшая звезда не сгорела совсем. Она выросла до размера столовой тарелки, дома и повисла в воздухе, выдыхая души солнц.
Потом она упала в долину.
Зеленый след молнии пересек безлунные небеса, и всадник на бледно-зеленой лошади, копыта которой ступали бесшумно, подъехал к ним.
– Вы прибыли вовремя.
– Как всегда.
– Он рассмеялся, издав звук серпа, подрезающего пшеницу.
Корабль с Земли сел в долине, а изумленные жители деревни смотрели на него,
Кого или что он принес? Зачем им нужно точить свои серпы?
Четверо всадников ожидали на вершине холма.