Монолог о браке
Шрифт:
ОНА. Милый, три года с тобой и не тому научат…
ОН (помолчав). Прости! Не надо! Ведь мы с тобой только познакомились.
Расходятся на свои места.
ГЕНЫЧ (встает). Ну, лады! Посидели, повспоминали – хорошее и дурное… Хорошее, чтобы сохранить, развить… Дурное – чтобы выявить, исправить. Но пора и честь знать.
ОН (прервал).
ГЕНЫЧ. Были! И стихи были, и песни. «Дубинушку» помнишь? (Запел, оживляясь.)
На физфак поступал,Все экзамены сдал,На физфаке не жизнь, а малина.Только физика – соль,Остальное все – ноль.А геолог, филолог – дубина!Ну насчет того, что филолог, геолог – дубина, это, конечно, был перебор…
ОН. Нет, другие стихи. У тебя были стихи про поколение: «Поколение…» Ну как там?
ГЕНЫЧ. А, все мы сочиняли стихи в свое время… Так сказать, есть время сочинять стихи и шалить и есть время… Вот так, старый, перед последним курсом собрал все свои стихи, марки, джинсы и отослал в город-курорт младшему брату! Как мы острили в третьем классе: «Хорошенького понемножку, как сказала бабушка, вылезая из-под троллейбуса». Это ты у нас всегда воспарял… А я еще в университете понял: в нашем с тобой деле, чтобы стать кем-то, нужно вкалывать по двадцать четыре часа в сутки… как ты… или вовремя сказать о себе: я не Оппенгеймер, я не Курчатов – я рядовой работник научного фронта, обладающий хорошим здоровьем и настроением… Значит, звони. Учти – по воскресеньям мы играем в карты у меня… И нам порой очень нужен третий для игры в преферанс, так что хватай бутылочки три пивка – и милости прошу! Слушай, старый, но я все-таки не понял, зачем ты меня позвал сюда?
ОН. Понимаешь… Я хотел тебе все рассказать. Это мне необходимо сейчас… как третий для игры в преферанс! Но когда ты вошел, я сразу понял, что все зря. Я не смогу тебе рассказать, как я хочу!.. Для этого мы слишком хорошо знаем друг друга.
ГЕНЫЧ уходит в глубь сцены и садится за свой столик И тотчас засыпает.
А в это время ОФИЦИАНТКА обходит столики и, не обращая внимания на сидящих, будто не видя их, сервирует столики.
ОН. Зачем так много рюмок?
ОФИЦИАНТКА. Вечером сервируют в три стекла: фужер, винно-водочная и коньячная рюмки… Вы что, со мной познакомиться хотите?
ОН. А я уже был с вами знаком. Вот только вспомню…
ОФИЦИАНТКА. Это все так говорят. У меня фигура красивая, а лицо не очень. И пристают ко мне все на этом основании… красавцы, потому, что фигура у меня красивая… И некрасавцы – тоже не церемонятся, потому что физиономия у меня не блеск… Вам «Южную ночь» или «Космос»?
ОН. «Космос» – вечный порядок. Лицом в космос, лицом
ОФИЦИАНТКА. Они все одинаковые. Ну и болтун вы! (Ставит коктейль.)
ОН (кивнув на коктейль). Может, за компанию?
ОФИЦИАНТКА. Нельзя, у меня кислотность.. Так устала… А вы не вспомнили, откуда вы меня знаете?
ОН. Вспомню… Вспомню… Я сегодня буду вспоминать массу нужных вещей и эту заодно.
ОФИЦИАНТКА отходит, садится на свой стул, надевает очки и продолжает писать.
ОН (жене, шепотом). Я тебя жду. Я пришел. Это наше первое свидание.
ОН встает. ОНА тоже поднимается и медленно движется к нему по сцене, отсчитывая шаги.
Часть первая
РАЙ
ОН. Это – рай. (Она останавливается.) (В зал.) Она всегда считала шаги… Она верила, что если выйдет определенное число шагов – будет удача…
ОНА (считая). Двадцать восемь… Двадцать девять… (Делая крохотные последние шажки.) Тридцать… Слава богу, тридцать!.. Я не опоздала?
ОН. Нет… (В зал.) Потрясающе! Она опоздала всего на двадцать семь минут.
ОНА. Только не бери меня так сильно под руку, а то останутся синяки – у меня руки какие-то ненормальные…
ОН (в зал). О, как хорошо! В этом – признание моей силы и ее девичьей слабости, и в этом понимание, как прелестна и женственна эта ее слабость. Рай! Рай!
ОН (в зал, почти поет). Это – эра прикосновений! Нам всюду с нею слишком просторно. Нам всюду слишком много места… Мы…
ОН и ОНА садятся на один стул, читают невидимую книгу.
ОН (придвигаясь к ней). Тебе не тесно?
ОНА. Ну что ты! А тебе?
ОН. Нет, нет! (Придвинувшись.) Я переворачиваю страницу, если ты прочла?
ОНА. Да, переворачивай.
ОН (вдавливается плечом в ее плечо). Ты прочла?
ОНА (вздрогнув). Да.
ОН (еще придвинувшись). Тебе не тесно?
ОНА. Ну что ты! А тебе?
ОН. Нет, нет! Ты прочла?
ОНА (не слыша). Да-да…
ОН. Тогда я переворачиваю страницу.