Monster
Шрифт:
Спустив босые ступни с постели, и поежившись от пробравшего её холода, Беннет медленно поднялась на ноги. К удивлению, от вчерашней слабости не осталось и следа. Ведьма была полна сил и энергии как никогда раньше.
Кай, жадно следящий за передвижениями свой пленницы, недовольно нахмурился. Она игнорировала его. Полностью. Будто они снова попали в ненавистный 1994.
– Знаешь, я единственный, кого в ближайшее время будут лицезреть твои очаровательные глазки, – протянул он. – И единственный, с кем ты сможешь поговорить. Не заставляй меня лишать тебя и этого.
На секунду
Пожалуйста, только не говорите, что он действительно думает, будто она нуждается в его обществе.
Кай поджал губы, с толикой разочарования наблюдая за тем, как девушка покидает комнату Деймона, напоследок громко хлопнув дверью. Еретик тяжело вздохнул. В любом случае, он ожидал не такой реакции, учитывая, что вчера ведьма узнала о том, что он сжёг дотла её дом. Паркер ждал гнева, ярости, жгучей ненависти и презрения, а в ответ получил только абсолютное равнодушие и пустоту в когда-то горящих зелёных глазах, и это ему абсолютно точно не нравилось.
Бонни, стремительно сбежав по ступеням, направилась прямиком в сторону кухни. Чтож, кажется, она смогла добиться того, чего хотела. Смогла обуздать гнев, горящий у неё в груди, потому что, её безразличие, оказалось единственным оружием, которое может действительно хоть как-то задеть Кая. А если это единственный способ усложнить его жизнь, то девушка была готова продолжать в том же духе ещё очень продолжительное количество времени.
К удивлению Беннет, свежесваренный кофе уже дымился в кружке, приветливо стоящей на столе. Она нахмурилась. Но всё встало на свои места ровно в тот момент, когда взгляд Бонни упал на чашу полную блинчиков, и на не до конца разгаданный кроссворд, лежащий на столешнице.
Сукин сын.
Нервный смешок сорвался с губ ведьмы. Время, что она провела в 1994 году, принесло слишком много страданий как ей самой, так и близким ей людям, и возвращаться туда снова, хоть и косвенно, было невыносимо. И больно. Кай всегда знал куда надавить, но удивительно, что воссоздавая атмосферу того времени, парень сам был абсолютно спокоен, будто это не он провёл в тюремном мире восемнадцать лет своей жизни, в полнейшем и сводящем с ума одиночестве.
– Знаешь, – раздавшийся позади голос Паркера, заставил Бонни напрячься. – Я подумал, что эта атмосфера, – он окинул рукой окружающую их обстановку, – та, что была при нашем знакомстве, как бы поможет нам начать всё сначала. Всмысле, привет, меня зовут Кай Паркер.
Девушка медленно обернулась, а её брови удивлённо взметнулись вверх. Ей сейчас всё это снилось? Какого чёрта, Паркер устроил здесь всю эту клоунаду? Чтобы повеселиться? Если да, то шутка явно не удалась.
Взгляд Бонни опустился на протянутую к ней ладонь еретика. Кай же, проследив за её взглядом, несколько взволнованно прикусил губу, при этом призывающе тряхнув ладонью.
– Я Кай, – повторил он, будто думая, что изначально девушка этого просто не услышала.
Беннет усмехнулась, качая головой, и брезгливо кривя губы.
– То болен, Кай. У тебя явно не всё в порядке с головой.
Парень слегка прищурился, не сводя с ведьмы пронзительного
– Что ж, – довольно резко бросил Паркер, заставив всё внутри Бонни предательски сжаться. – Видит Бог, я хотел как лучше, Бон. Я даже был готов простить тебе твою маленькую магическую выходку перед побегом, но теперь вижу, что ты никак не научишься на своих прошлых ошибках, – он шагнул вперёд, тем самым заставив девушку синхронно с ним отступить назад, – и раз так, то мы навсегда останемся врагами.
Собрав всю волю в кулак, Беннет воинственно вскинула вверх подбородок, смеряя Кая презрительным взглядом.
– Рада, что ты это понимаешь. У таких как ты, нет, и никогда не будет друзей, потому что, ты маленький, загнанный в угол мальчишка, который использует свою силу против слабых, как когда-то, это делали с ним самим.
Паркер глухо зарычал, и в тот же миг, свечи, стоявшие на полках шкафов, вспыхнули ярким пламенем. Бонни вздрогнула, нервно сглатывая вставший в горле ком. Кажется, она немного переборщила, ведь судя по всему, еретик был сейчас в ярости.
– Больше. Никогда. Этого. Не. Говори, – выделяя каждое слово, прошипел он сквозь плотно стиснутые зубы.
Ведьма медленно кивнула, ещё сильнее вжимаясь поясницей в стоящий позади неё стол. Вот оно, болезненное место Малакая Паркера. Его ожесточило не отношение родителей, а насмешливые взгляды окружающих, что считали мальчишку слабаком, ворующим чужую магию.
– Ты был не должен им позволять…
– Я сказал хватит!
И в тот же миг, кружка с кофе, стоящая позади Бонни, разлетелась на множество осколков, а её содержимое выплеснулось на стол. Девушка негромко вскрикнула, чувствуя, как ладонь обожгло кипятком.
– Ох, чёрт.
Кай крепко стиснул зубы, бросая беглый взгляд на свою правую ладонь, с которой стремительно сходила краснота как после… ожога?
– Что происходит? – всё ещё морщась от боли в обожженной руке, Беннет недоумевающе взглянула на парня. – Твоя ладонь…
Паркер резко сжал её в кулак.
– Неважно, – грубо бросил он, уже было разворачиваясь, чтобы уйти, как слишком неожиданно, вокруг его запястья сомкнулись тонкие пальцы, заставляющие парня остановиться.
Кай медленно обернулся, натыкаясь на взволнованный, или даже напуганный взгляд зелёных глаз. Он знал, Бонни достаточно умна, чтобы сложить 2х2, и понять, что здесь происходит. Губы парня растянулись в широкой, но несколько натянутой улыбке.
– Сюрприииз.
Девушка же медленно покачала головой, отказываясь верить во всё происходящее. Этого просто не могло быть! Ведь это, самое ужасное, что вообще могло с ней… с ними случиться.
– Мы, – хрипло пробормотала Бонни, откашливаясь, – мы связаны?
Кай слегка поддался вперёд, заглядывая ведьме прямо в глаза, и насмешливо выдыхая через слегка приоткрытые губы:
– Бинго.
По крайне мере, у него было уже достаточно времени, чтобы с этим смириться, и понять, что любая, даже самая сильная магия, не сможет им помочь. Но вот Бонни, она ещё не была готова к свалившейся на неё новости. Это было подобно грому, среди ясного неба!