Monster
Шрифт:
– Я помогу тебе, мой мальчик, – пробормотала Джонсон, глотая беззвучные слёзы. – Ты исцелишься, и твоя семья, твой ковен, сможет тебя простить.
Кай хрипло рассмеялся, сплёвывая на пол кровь, наполнившую его рот. Глаза еретика лихорадочно блестели, и Лаура была готова поклясться, что внутри них, из угла в угол, мечется раненный, загнанный в ловушку зверь.
– Тупая сука, – прохрипел Паркер, без сил падая вниз, и лишь в последний момент, успевая опереться ладонями об пол. – Я уничтожу тебя. Выпотрошу, и скормлю твои останки
Он закашлялся, выплёвывая на пол очередную порцию тёмной, практически чёрной крови. Такой же, как и его душа.
Лаура тяжело вздохнула, выпрямляясь, и делая шаг назад. В один миг, в её синих глазах, пропала вся материнская забота, сменившись, пришедшими ей на смену – раздражением и отвращением. А так же, ненавистью к тому монстру, что жил внутри её старшего сына, ведь признать, что Малакай и есть этот самый монстр, вот уже долгих сорок шесть лет, она не могла.
– Пора, Бонни, – безжизненным голосом прошептала Джонсон. – Мы должны покончить с этим раз и навсегда.
Беннет же замерла, крепко сжимая в ладони рукоять кинжала, данного ей ранее – бывшей миссис Паркер. Девушка нервно сглотнула, а в её голове, то и дело, прокручивались слова Лауры: «Если ты убьёшь Кая, связь будет разорвана, и твоя магия вернётся к тебе назад».
Бонни медлила, и это замедление, подарившее всем несколько секунд, позволило Каю, превозмогая боль, обернуться назад. Их глаза встретились, и, наверное, эта «встреча», была последним, в чём они оба нуждались. В льдисто голубых глазах, сквозило разочарование. Снова. А в ярко зелёных – сожаление за предательство, и ненависть к самой себе, за жалость к врагу.
Он ведь просто парень, загнанный в угол. Парень, которого никто и никогда не любил…
– Давай же, Бонстер, – с усмешкой прохрипел Кай. – Покончи с этим. Верни себе магию и свободу. Всего один удар.
Бонни медленно перевела взгляд на кинжал, что сжимала в руках. Он прав. Всего один удар. И она уже была готова его нанести, как произошло то, чего не ожидала ни одна из ведьм. В один миг, Кай просто растворился. Исчез. Будто его и вовсе здесь никогда не было.
– Какого…? – Беннет затравленно огляделась.
А Лаура, издав полувсхлип, медленно опустил взгляд на свою грудь, наблюдая за тем, как на голубой блузе, расползается кровавое пятно. Появившийся позади неё Кай, усмехнулся, слегка вытаскивая нож, и с силой вонзая его обратно.
– Как ты там говорила? «Мы должны покончить с этим раз и навсегда»? Так вот, я полностью за.
Тело женщины стало медленно сползать вниз, а Бонни, в ужасе зажав рот ладонью, попятилась к стене, слыша, как кинжал, со звоном, падает на бетонный пол, выскользнув из её рук. И этот звук, заставил Паркера резко вскинуть голову. Его губы растянулись в дьявольской усмешке.
Милая Бонни предала его, и за это, ей придётся понести своё наказание.
Выдернув из тела матери нож, и позволив ей с хрипами повалиться на пол у своих ног, Кай
Девушка же буквально вжалась в стену, всем телом вздрагивая, когда Паркер, за доли секунды, оказался рядом с ней. Окровавленное лезвие, скользнуло по шеи ведьмы.
– Я бы вогнал этот нож так глубоко тебе в глотку, – обманчиво спокойно прошептал он, обдавая щёку девушки своим горячим дыханием.
Она нервно сглотнула, всё ещё чувствуя, как холодный металл, скользит по её нежной коже.
– Так сделай это.
Кай недовольно поджал губы. Он не мог этого сделать, и осознание столь печальной истины, буквально сводило его с ума.
– Знаешь, – наконец прошептал Паркер. – Может, я и не могу убить тебя, но я могу сделать это.
Под налившимися кровью глазами еретика, пробежала сеточка вен, а острейшие клыки, показались из под приподнятой верхней губы. В глазах Бонни отразилось непонимание. Он ведь не собирался выпить всю её кровь? Ведь тогда…
– Нет!
Осознание пришло слишком поздно. Тогда, когда Кай уже прижал к её губам своё запястье, заставляя Бонни глотать его «грязную» кровь. Девушка пыталась вырваться, освободиться, сомкнуть губы, но на языке уже отчётливо чувствовался тошнотворный медный привкус.
А Паркер усмехался. Ему это нравилось. Вновь быть победителем. Вновь оказаться на шаг впереди своих извечных врагов. Его ладонь скользнула по шеи ведьмы, заставляя рой мурашек пробежать по девичьей спине. Он медлил. Хотел оттянуть момент, перед тем как перейти к десерту.
Тело Бонни словно охватило огнём. Всё внутри горело, а по венам будто текла кислота, сжигая ведьму изнутри. Это магия. Кай возвращал ей её силу, и совсем чуть-чуть своей. Чтобы на этот раз, окончательно, связать их меж собой. Воедино. Невидимыми нитями, которые уже никому не порвать. И осознавая это, Бонни буквально захлёбывалась своими слезами. Всё кончено. Она проиграла. Снова. Кай победил. Снова.
– Давай, Бонстер, ненавидь меня, – Паркер слегка отстранился, давая девушке чуть больше пространства. – Ненавидь и осознавай, что теперь мы окончательно связаны, и чтобы со мной не случилось, ты никуда не сможешь от этого деться, – еретик упивался своей властью. – Ты ведь знаешь, иногда побеждаешь, иногда проигрываешь, – он криво усмехнулся. – Но не я. Я всегда побеждаю.
Бонни всхлипнула, а слёзы, сплошным потоком, хлынули из её глаз, оставляя на щеках влажные дорожки. Она провела по губам дрожащими пальцами, стирая с них кровь Паркера. Ведьма ненавидела его так сильно! Но в тоже время понимала, что и сама отчасти виновата в сложившейся ситуации.
Кай усмехнулся. Проведя языком по подушечке большого пальца, он осторожно провёл ей по нижней губе Беннет, удаляя остатки своей крови. Вот и всё. Занавес.
– Ах, – парень резко прижал ладонь к своей шеи, и в тот же миг, без чувств повалился на пол.