Монумент
Шрифт:
– Необыкновенной красоты, – прибавил он.
– Дай-ка взглянуть. – Блэк протянул руку.
Баллас вынул диск из сумки и положил на стол. Блэк окинул его одним коротким взглядом и снова посмотрел на Балласа.
– Здесь пять камней.
Баллас покосился на Грэмиша. Маленький человек словно не слышал разговора. Он сидел на диване, откинувшись на спинку, и безучастно созерцал потолок.
– Я не говорил о рубинах, – объяснил Баллас. – Они хоть и хороши сами по себе, не идут ни в какое сравнение с голубым камнем.
Карранд Блэк взял диск и повертел в пальцах.
– Откуда у тебя эта
– Не имеет значения, – отозвался Баллас. – Она принадлежит мне, вот и все. А если вы того захотите – станет вашей.
Долгое время Блэку молча разглядывал камень. Потом поднял глаза.
– Ученый из Академии сказал, что он уникален. Так?
– Да, – подтвердил Баллас.
– Он ошибся. – Слабая улыбка тронула тонкие губы купца. – Может, этот человек мудр и образован, однако на сей раз оказался не прав. Это, – он постучал ногтем по камню, – алмаз. Неплохой – но я видел подобные и раньше. Дам тебе два золотых за него вместе с рубинами.
Баллас в свою очередь улыбнулся.
– Ученый-то как раз прав. А вот вы ошибаетесь. Купец чуть приподнял бровь.
– То есть?
– Поднесите камень к пламени свечи.
Блэк перевел взгляд на Грэмиша, словно маленький человек знает разгадку, однако тот лишь пожал плечами.
– Делайте как я говорю, – сказал Баллас, – и увидите, что никакой это не алмаз. Вы не найдете ничего подобного во всем Друине.
– Да кто ты такой, чтобы указывать хозяину… – резко начал Грэмиш.
– Тише, – спокойно сказал Блэк. – Если он оскорбит меня, то быстро об этом узнает. – Несколько секунд купец задумчиво созерцал Балласа, затем поднес камень к свече.
Поток синего света озарил тонкое лицо Блэка. Со своего места Баллас не мог разглядеть золотых искр – лишь видел их отблески в темных глазах купца. Лицо Блэка не изменило выражения, он оставался невозмутим, но Баллас решил, что это притворство. Он видел, как дрогнули пальцы, сжимавшие диск.
Несколько секунд Блэк рассматривал камень, затем поднял взгляд.
– Да. Он красив, – сказал купец. – Я дам тебе три золотых.
– Вы шутите, – буркнул Баллас. – Вы предложили два еще до того, как поднесли камень к свече. Я видел, что происходит, когда на него падает свет. Он стоит много больше. Раны Пилигримов!.. Да каждый рубин стоит два золотых. Если не четыре. Они отличного качества. Вы же это знаете, Карранд Блэк.
Купец снял с пояса бархатный кошелек и вытряхнул на стол монеты. Ярко блеснуло золото…
– Три золотых, – мягко сказал Блэк. – Ты когда-нибудь видел столько денег? Сдается мне, ты из тех, кто привык потакать своим слабостям. Каких удовольствий ты можешь пожелать? Женщины? Вино? Корень видений? На все это здесь хватит с лихвой. С такими деньгами ты создашь себе рай на земле. Многим ли людям это доступно? Подумай хорошенько, что ты теряешь, прежде чем отказываться от моего предложения.
Золото посверкивало на столе. Отблески света плясали на поверхности монет. Огромная сумма, какой Баллас еще не видывал в своей жизни – не говоря уж о том, чтобы держать в руках. Деньги гипнотизировали его, он смотрел на монеты словно зачарованный. Баллас уже готов был согласиться на предложение Блэка. Он протянул было руку к столу… Но тут же отдернул.
– Моя цена: пятнадцать. – Он вскинул глаза на
Блэк остался невозмутим. Разве что чуть дернул бровью.
– На этот раз, должно быть, шутишь ты.
– Я провел жизнь в нищете, – буркнул Баллас. – И не вижу в деньгах ничего смешного.
Блэк задумчиво потер подбородок.
– Пять золотых, – негромко проговорил он.
– Вы что, оглохли? Я сказал, пятнадцать…
– А я сказал: пять, – отозвался купец. – Думаешь, если ты станешь упорствовать, я предложу больше? Вещица красива, спору нет. Но это просто безделица. Игрушка. Пять золотых за нее – хорошая цена. Часто ли люди из твоей среды получают на руки подобную сумму?
– Что значит – из моей среды? – нахмурившись спросил Баллас.
– Каждое существо имеет собственную среду обитания, – усмехнулся Блэк. – Рыбы живут в воде, скорпионы – в пустыне. Почему? Потому что у них нет выбора. Они не могут иначе. Так же и люди. Кто-то принадлежит особнякам. А кто-то – помойной яме. И ты, друг мой, из числа вторых. Тебе назначено жить рядом с крысами и бродячими собаками. Тут ничего не попишешь. Ты не можешь изменить ситуацию, поскольку это заложено в твоей природе…
– По какому праву вы меня оскорбляете? – сказал Баллас.
– Я всего лишь сказал правду, – спокойно отозвался купец.
– Правду?! – взвился Баллас. Блэк задел его слишком сильно. По какой-то неведомой причине купец задался целью вывести его из себя. Небезуспешно. – Правду? – повторил Баллас. – Вот я сейчас покажу тебе правду.
Вскочив на ноги, он занес кулак. Ярость застилала глаза. Балласу хотелось ударить Блэка. Разнести его череп на мелкие осколки, как он поступал с черепами животных в музее… Блэк соскользнул со стула, в руке у него появился нож. Длинное изогнутое лезвие блеснуло в пламени свечей. Баллас заколебался. Грэмиш вскочил с дивана, вынимая короткий кинжал. Несколько секунд все молчали, не двигаясь с места.
– Будет лучше, – сказал Блэк, – если ты уйдешь. – Он смерил Балласа спокойным взглядом темных глаз. – Дверь у тебя за спиной. И не забудь безделушку. Баллас схватил диск и запихал его в сумку.
– Ты дурак! – рявкнул он. – Я найду покупателя получше. А ты еще будешь локти кусать, купец!
И, едва не опрокинув стул, Баллас выскочил из комнаты. Дверь с грохотом захлопнулась. Блэк наклонил голову набок, прислушиваясь к удаляющимся шагам и приглушенным ругательствам.
– Ступай за ним, – сказал он, убирая нож.
– Господин?.. – неуверенно пробормотал Грэмиш.
– Я искренне надеялся, что он согласится на пять монет. – Блэк подошел к окну. – Может, так бы и случилось, да он слишком обидчив… А может быть, нет. – Он пожал плечами. – Как знать? Я не перестаю удивляться человеческой жадности. И заметь: более всего она присуща самым ленивым, самым убогим… Видел искры в камне?
– Да, – кивнул Грэмиш. – Камень великолепен. Интересно, откуда он взял эту вещь?
– Да какая разница? – отозвался Блэк, раздвигая шторы. – Важно другое. Мне хотелось бы иметь этот камень. Бродяга сказал – он уникален. Откровенно сказать, сомневаюсь; но все же хочу его приобрести… Вот что, Грэмиш: узнай, где живет бродяга. Или по крайней мере где сегодня ночует. А я вызову Лукаса и Рагриаля.