Мор мечей

Камерон Кристиан

– Он это почувствует. Он увидит эту армию. Испугается ли он?

Мастер Смит раскинул руки театральным жестом.

– Я бы испугался. А Эш… – Он пожал плечами.

– Это женщина, которую ты брал на рыбалку, – сказал Габриэль мастеру Смиту.

– Да, – улыбнулся тот.

Габриэль приподнял бровь.

– Я ее не ел.

– Неужели? – улыбнулся Гэвин.

– Все выглядит так, – заявил Гармодий, – как будто я не передал тебе сущность врага, а каким-то образом раскрыл твою природную склонность к отрастанию чешуи. – Он

почесал бороду и выругался.

Габриэль наблюдал за мастером Смитом. Он видел, что произошло с лицом дракона при словах Гармодия. Гримасы быстро сменяли друг друга, как обычно случалось у Смита при серьезном недоумении.

– Я кое о чем забыл, – вслух сказал Габриэль.

Дракон сделал вид, что его не услышал.

Гармодий поднялся на ноги:

– Здесь я ничего не могу сделать. Амиция и Мортирмир работают вместе. Мне следует быть там. Возможно, это имеет какое-то отношение к чуме.

Он казался сломленным. Таким же дерганым, злым и усталым, как Морган Мортирмир, который только что громко скандалил с юной морейской аристократкой во дворе.

Габриэль помог брату надеть рубашку.

– Смешно, но я очень хорошо себя чувствую, – заявил Гэвин. – Даже лучше. Как будто я бессмертный и никому меня не остановить.

Габриэль замер, взявшись за завязки дублета.

– Интересный выбор слов. – Он закашлялся, и на руке у него остались черные точки, а еще несколько повисло в воздухе. – Вот бессмертным я себя точно не чувствую.

– Ты не боишься? – спросил Гэвин.

Он вовсе не притворялся, интересовался совершенно искренне. Габриэль пожевал губу – недавно приобретенная привычка.

– Каждый день мне все труднее дышать. Я не могу тренироваться. Я слабею.

Он выглянул из окна и посмотрел вниз. Девушка дракона развешивала стирку. Она была крепкая, сильная и очень красивая.

– Если они не найдут средство, многие умрут. Поначалу болезнь меня не слишком беспокоила. Но кашель… каждое черное пятнышко – кусок моих мертвых легких. Это должно было случиться только через час. Но… – Он помолчал и громко добавил: – Она беременна.

– Кто? – переспросил Гэвин. – Бланш?

Габриэль круто развернулся. Борьба продолжалась несколько раундов и оказалась почти беззвучной, если не считать тяжелого дыхания, двух сдавленных «ублюдок» и глухого удара.

– Не так уж ты и ослаб, – заметил Гэвин.

Габриэль дышал тяжело и с присвистом. Перед глазами у него плавали какие-то пятна. Но при этом он сидел верхом на своем более крупном брате.

– Это было гадко, – продолжил Гэвин.

Габриэль попытался спрятать ухмылку, но у него не вышло. Он слез с брата.

– Бланш считает, что ее место займет принцесса Ирина.

Гэвин поджал губы, стараясь не показывать, что брат больно помял ему бедро.

– И? Все склоняются к тому, что ты все же предпочтешь империю прачке.

– Если бы все было так просто. – Габриэль потер подбородок.

– Мне

сложно представить тебя с Ириной. Она пыталась тебя убить. По крайней мере, так говорит Изюминка. Не то чтобы я не понимал этого желания. Вряд ли она единственная женщина, которая пыталась тебя убить.

– Но единственная, которая потом предложила на ней жениться. Я думаю… неважно. – Он опустил взгляд. – И я не думаю, что Бланш беременна, спасибо, что спросил.

Гэвин негромко рассмеялся, чтобы драка не вспыхнула снова.

– Матушка хотела, чтобы ты женился на Ирине.

– Да.

– Она же колдунья. Она многое знала. – Гэвин пожал плечами.

– Так хочешь побыстрее меня похоронить? Вскоре после свадьбы с Ириной я утону в ванне, сломаю шею, упав с коня, или кто-то отрежет мне голову моим же мечом.

Гэвин сел на кровати.

– Да, это меняет дело.

– Я бы женился на Бланш, даже без глупого вмешательства королевы.

– Ого! – оживился Гэвин. – Неожиданно.

– Но если я скажу это до встречи с Ириной… в любом случае Бланш со мной даже не разговаривает.

– Ну да, так сложнее, – улыбнулся Гэвин. – Знаешь, брат, я бы пошел с тобой на дракона. Но не против отвергнутой принцессы. Кстати, с Анеасом все хорошо.

– Он преследует Кевина Орли, – далеким голосом сказал Габриэль.

– Преследует человека, который убил наших родителей.

– Да нет. Орли – такая же жертва, как и я. Шип и Эш убили наших родителей. Если Орли отречется от Эша, я дарую ему земельное владение.

– Господи, ты совсем с ума сошел?

– Это все не имеет значения, – сказал Габриэль. – У нас тут эпидемия. Я – генерал коалиции против Эша, мы теряем людей и деньги, в Древней земле разгулялись чудовища, а когда сойдутся звезды, нас ждет еще худшая угроза. Ах да, моя любовница меня только что бросила. И это хуже всего, между прочим. Я не… готов к такому. За пределами этой комнаты я должен быть охренительно бесстрашным военачальником. Я должен шутить, хорошо выглядеть и улыбаться, выкашливая собственные легкие и глядя, как Бланш танцует с д’Эйконом. Через несколько дней, скрестив с тобой копья в честь открытия турнира, я должен буду сесть за стол переговоров и придумать план победы.

Гэвин только ухмыльнулся.

– И? У меня растет чешуя по всему телу, мой брат умирает от чумы, родители только что погибли ужасной смертью, а моя невеста не очень-то торопится со свадьбой. Она хочет получить от королевы все возможное, потому что монастырь ранил ее чувства. А еще я живу в тени своего брата.

– Ты хотя бы читал план? – спросил Габриэль.

– Сразу после Майкла и Тома. Прости, брат. Но я такое всегда замечаю.

– Ладно, это все равно больше не имеет значения. План теперь новый. – Габриэль вытащил из-за пазухи чехол со свитком. – Прочитаешь и отдашь. Но сначала один вопрос. Ты бы предпочел командовать армией или шесть месяцев править Мореей?