Мор мечей

Камерон Кристиан

Кто-то закивал. Кто-то выглядел так, словно такое никогда не приходило ему в голову.

– Ну, может, некоторые рыцари, – фыркнула Изюминка. – Для Тома это все очень важно.

Мастер Смит поглядел на нее как на нерадивого школяра. Изюминка высунула язык.

– Отвали, ты меня все равно не напугаешь.

Мастер Смит только покачал головой.

– Представьте, что существует орден… похожий на рыцарей святого Фомы… который сражается, лишь бы не сражались другие. Не видит добра и зла из-за великой цели.

– Иногда война неизбежна, – сказал Габриэль.

– Я прожил сто таких

жизней, как твоя, и никогда не видел, чтобы война что-то улучшила. Ни одного раза.

– И при этом ты хочешь, чтобы мы сражались против одайн.

Смит посмотрел на него так же, как на Изюминку.

– Это совсем другое дело.

Габриэль не ответил, только противно ухмыльнулся. Смит молчал, и тогда Габриэлю все же пришлось заговорить:

– Это звучит очень благородно, но все же позвольте предложить другой вариант. Представим, что вы считаете нас, то есть людей, самыми опасными после одайн. И вы ни перед чем не остановитесь, лишь бы врата не достались нам. А теперь разовьем эту мысль. Если бы вам не нужна была наша помощь против одайн, мы бы ничего и не узнали.

– Это глупо, – нахмурился мастер Смит.

– В самом деле? – Они смотрели друг другу в глаза. – Ты не боишься забвения и смерти. Ты боишься, что мы убьем Эша, победим Некроманта и одайн, а заодно заполучим врата. И из-за этого ты, Тара и все остальные драконы считаете нас потенциально опасными и пытаетесь устроить так, чтобы мы победили ваших врагов, так ничего и не поняв.

– Остановись. Ты можешь перейти черту, за которой мне придется отказать вам в любой поддержке.

– Сдается мне, это мы вас поддерживаем, – сказал Плохиш Том.

Сэр Гэвин, сэр Грегарио и еще несколько человек закивали. Изюминка поморщилась, как будто проглотила что-то гадкое.

– Ненавижу соглашаться с Томом, но…

– Я не думаю, что кто-то в этой комнате хочет завоевать вселенную, – сказал Габриэль дракону. – Мы стремимся только спасти себя. Поэтому я предлагаю следующее: пока я буду выполнять наш план, ты и эти дамы и господа разработаете… договор. Соглашение, которое всех устроит или, еще лучше, оставит всех равно разочарованными. Относительно контроля над вратами. Мне кажется, такое решение разумнее предательства инструментов, если они станут слишком сильны.

– Договоры нарушают.

– Или соблюдают. Говорю тебе, мастер Смит. Мы должны доверять друг другу, а не лгать. Вы ведь хотите не просто удержать жителей других сфер снаружи. Вы не хотите выпустить нас, не только одайн.

Мастер Смит сел и уставился в потолок.

– И один из вас уже предал пакт драконов, – продолжил Габриэль. – Кто такой Рун?

Голова мастера Смита дернулась, глаза вспыхнули красным, и лицо сделалось нечеловеческим.

– Значит, мы тебе нужны, потому что ты не можешь доверять другим драконам и не доверяешь. Твои союзники находятся здесь, в этой комнате. Сдается мне, что так с нами и надо обходиться. Как с союзниками. Спрашивая меня, собираюсь ли я в Древнюю землю, ты предвидел эту минуту, – мрачно и безжалостно закончил Габриэль.

– Да.

Люди переглядывались в недоумении. Но Амиция и королева, сэр Майкл, Плохиш Том и еще кое-кто – они все понимали. Морган понимал.

– Когда мы уходим? –

осведомился он.

– Куда это они собрались? – спросил сэр Грегарио. – Турнир только начался.

Они с Бланш переглянулись. Во взглядах читалось, что те, кто не согласен с новыми планами, уже оказались в большой беде.

– Я забираю примерно треть армии в Древнюю землю, – ответил Габриэль.

Плохиш Том самодовольно усмехнулся, сэр Гэвин встревожился, а сэр Грегарио аж взвился.

– Что?!

Габриэль оглядел собрание. Его собственные офицеры готовы были согласиться, имперские пожимали плечами, Харальд Деркенсан даже глаз не поднял. Но большинство альбанцев испугалось, начиная с нового архиепископа Лорикского, который поднял руку к горлу, как будто его душили, и посмотрел на Бланш. Потом встал. Высокого аскетичного спокойного епископа уже успели полюбить в Альбинкирке.

– Милорд, вернее, ваше величество, если я правильно понял сегодняшние события. Милорд, вы – щит и меч севера. Вы не можете просто бросить нас. Ваш рыцарский долг… молю вас передумать.

– Друзья, – сказал Габриэль. – Решение далось мне нелегко, но оно принято почти месяц назад. Мы начали готовиться к этому больше года назад, когда восстановили императорский флот. – Он кивнул в ответ на удивленные взгляды. – Идет крупная игра, друзья мои. Мы с мастером Смитом согласны, что врагов у нас минимум двое, а может быть, пятеро или шестеро. Все они хотят захватить врата и власть над перекрестками сфер. Нам придется угадывать их следующие ходы. Я буду откровенен. Падение Харндона или Арле опасно для нас всех, как и падение Лиссен Карак. Если мы потеряем врата… тогда нас ждет бесконечная война против магических врагов.

– Ты хочешь освободить Арле. – Сэр Грегарио сразу все понял и разозлился, потому что его совета не спросили.

– Четыре дня назад город еще принадлежал немертвым.

– Вы уверены? Откуда вам это знать? – спросил архиепископ.

– Я не знаю, – вздохнул Габриэль. – Я ничего не знаю. Мне приходится гадать. Но я убежден, что мы избрали стратегию, способную удивить всех наших врагов, заставить поверить, что мы пляшем под их дудку, и сделать еще кое-что хорошее.

– И какова же стратегия? – спросила Ребекка Альмспенд. – Вы уводите треть армии за тысячи миль сражаться с врагом, о котором мы почти ничего не знаем, кроме того, что его зовут не Эш. Мне казалось, – довольно резко продолжила она, – что для этого мы посадили на корабли дю Корса и его людей.

Альмспенд посмотрела на королеву, свою лучшую подругу, но та отвернулась. Это решение принимали очень узким кругом, и Габриэль с королевой понимали, что будут обиды.

– Дю Корс может и проиграть, а рисковать мы не имеем права, – заявил Габриэль. – Месяц назад мы еще многого не знали. Морские чудовища. Ийаги. Одайн. – Он вздохнул. – Позвольте я расскажу еще о трех преимуществах плана. Во-первых, если мы преуспеем, то спасем Древнюю землю от владычества Некроманта, если это действительно он, а не какая-то новая сила. Во-вторых, купцы Веники и Генуи полностью профинансируют кампанию этого года, а то и следующего. У меня нет денег, у королевы нет денег. У империи нет денег. Расходы на войну… невероятны.