Мордред
Шрифт:
Глава 3 Гавейн — Зеленый рыцарь
Гавейну едва удалось уклониться от волны воздуха, созданной мечом Мордреда.
Оружие колоссальной силы, неподвластной магии укрепления, было готово в любую секунду рассечь тело рыцаря надвое. А вес оружия, помноженный на силу рыцаря-предателя, давал невообразимый эффект: лезвие, которое, вроде бы, должно было резать само по себе, резало даже не касаясь цели.
Настолько была велика скорость и мощь, что буквально разрезала атмосферу, направляя этот разрез вперед.
Если такой
Чтобы уклоняться от невидимого и сверхзвукового оружия, нужно продумывать каждый шаг заранее. Любой замах, сделанный противником, должен быть предугадан и обманут.
Но в бою двух опытных рыцарей граница мастерства стирается сам собой.
Один из них — искусственно созданный гомункул, получивший навыки с помощью магии.
Второй — человек, посвятивший свою жизнь рыцарству.
И если их мастерство не равно, то хотя бы приближено к равносильному.
Однако, отражать атаки оппонента до бесконечности лишь двумя короткими палашами нельзя. В лучшем случае Гавейн вымотается, в худшем — его оружие разлетится на осколки.
Один из этих вариантов развития событий наступает уже очень скоро. Рубящая атака двуручного меча Мордреда просто разбила правый палаш Гавейна, заставив его по инерции отдернуть руку.
Клинок же Мордреда вошел в каменный пол как нож в масло. Перехватив его рукоятью вверх, узурпатор уже хотел разрубить оппонента на две равные части, и даже начал думать, куда же лучше ударить: около правой ноги, или около левой.
Его задумке не суждено было сбиться. Освободившийся кулак Гавейна ударил его по глазу, а сам рыцарь сделал два шага вперед, оказавшись за противником.
Инерция заставила повернуться и Мордреда. В одно мгновение его глаз затек, а белок покрылся кровью.
В этом и состоит отличии гомункулов от людей: их процессы жизнедеятельности, ускоренные ранее, сохраняют частицу этого ускорения, делая гомункула очень уязвимым, но в то же время быстро регенерирующимся.
Сложно представить, что такой опытный маг, как Моргана, не подозревала этого.
Нет… ускоренная реакция организма Мордреда на удар должна иметь и какой-то вторичный эффект. Не может магия действовать только в одну сторону, у нее есть и оборотная сторона.
Гавейн на секунду остановился. Ему нужно было время, чтобы сколдовать заклинание.
Когда его свободную руку озарило яркое сияние, Мордред понял, почему схлопотал удар кулаком. Гавейну нужен был расходный материал, чтобы укрепить его структуру и воссоздать потерянный клинок.
В данном случае структурной основой служили клочки волос Мордреда, которые Гавейн умудрился выдрать за мгновение.
Следуя кодексу рыцарства, юноша дал время противнику, чтобы тот подготовился. А сам даже и не заметил, что Гавейн намеренно использует кодекс и тянет время.
Вот то, о чем ему говорил Зеленый рыцарь Аргавейн.
Используя кодекс чести так, как ему хочется, он тянет время и внимательно наблюдает за глазом Мордреда, который уже залился синяком.
Для того, чтобы появился
Такая скорость протекания процессов в организме не свойственна даже для гомункулов. Точнее, свойственна, но только при условии, что они выращиваются ТОЛЬКО с целью длительного существования.
Иными словами, такая скорость организма сродни регенерации. Она не только делает организму хуже, но в критических случаях может помочь затянуть раны.
Но вот один момент не дает Гавейну покоя: как гомункул может жить с такими быстрыми процессами в организме и не уставать?
За секунду он нашел лишь два ответа: либо тут замешана очень сильная магия, либо дело в этом зеленом мече.
И вот, когда оружие появились в руке Гавейна, Мордреду больше не было нужды медлить. Резкий рывок вперед, и Гавейну уже приходится уклоняться и защищаться от его резких и сильных атак. Делать это двумя клинками крайне проблематично, но все же рыцарь, верный круглому столу, пытается…
Пусть и напрасно, но его попытки отсрочить неизбежное лишь умиляют Мордреда, одновременно с этим вызывая уважение к противнику.
Удар…
Удар…
Удар…
Сила гомункула потрясает воображение.
Последняя атака, проведенная им, заставила Гавейна скрестить клинки, поскольку не сделай он этого, его тело было бы рассечено надвое. Ни уклониться от этой атаки, ни отвести ее в сторону было невозможно.
— ЫХАААА!!!
Вскрик Гавейна слышен везде.
Его мышцы вот-вот лопнут, не выдержав таких чудовищных нагрузок.
Сколько весит этот меч, сосчитать сложно. Он явно тяжелее, чем выглядит. А уж сила Мордреда дополняет вес, придавая мечу дополнительную убийственную мощь.
Больше он держаться не может. Да и длинный клинок сползает чуть ниже, как бы подсказывая Гавейну, что ничего хорошего ждать не стоит.
Опускание оружия еще ниже, как бы продолжая удар, дает Мордреду явное преимущество.
Почему, спрашивается?
Просто сила, умноженная на массу, да еще и с поддержкой гравитации, создает просто чудовищный по своей мощности толчок. Ничего такого Гавейн еще не испытывал. Его оружие разлетелось на осколки, и даже рукояти палашей, казавшиеся крепкими, просто напросто лопнули. Если бы рыцарь не разжал руки, его ладони бы превратились в кровавую кашу, и бой был бы проигран уже сейчас.
Все, что мешало Гавейну катиться кубарем к ближайшей стене, сносилось его же телом.
Стулья, подставки для свечей… даже бюст сера Кея умудрился снести.
В итоге, словно гвоздь войдя в стену, он удивился, каким это таким образом он умудрился укрепить свои позвоночник и кожу, что они выдержали впечатывание в стену.
Ну а поскольку стена не позволяет приклеиться к ней, то Гавейн просто выкатился из-под нее за секунду до обрушения.
Он медленно вставал.
Сначала встал на четвереньки. Затем, тяжело дыша, поднял тело, и ослабил руки, позволив им висеть как двум веревкам. Когда он поднял голову, его рот начал жадно глотать воздух.