Море Имен
Шрифт:
На первый вопрос он не ответил. Алей уже собрался переспросить, когда админ встал, прогнулся, кряхтя, в пояснице и уточнил, глядя в окно:
– Санузел у тебя в коридоре?
– Да.
Вася без лишних слов выпал в коридор, хлопнул дверью, выругался, ударившись локтем, через минуту спустил воду – и все стихло. «Сгинул», – сказал себе Алей; это был очевидный факт, и оставалось только выключить за сгинувшим Васей свет.
Машина небыстро шла через город – от светофора к светофору. Май и Корней вполголоса переговаривались
Корней вслух выругался на водителя маршрутки, и Алей вынырнул из размышлений. Он огляделся – район был незнакомый, по обе стороны дороги высились серые бетонные коробки советского вида, а на горизонте вставали узкие усеченные небоскребы. Алей нахмурился, пытаясь вспомнить, где в Листве может быть такая архитектура.
– Метро «Савеловская», – спокойно пояснил ему Летен. – Корней по ЛКАДу не поехал. Еще часок, и выедем за черту города.
– Ну ты скажешь тоже! – фыркнул Корней. – Часок! Через часок я даже до Димино не доеду.
– Да ладно, – деловито заметил Май. – Тебе ж не надо никуда доезжать. Тебе надо свернуть в туман. Туман, кстати, очень удачный сегодня.
Алей не мог с ним не согласиться. Дымка на горизонте была слишком густой для городского смога, дождь не моросил, но воздух дышал влагой. За городом погода должна была стать понятней: либо дождь, либо нет. Все же Корней обещал еще не меньше часа пути, в центре Листвы на туманные проселочные дороги рассчитывать не приходилось, и Алей вновь погрузился в размышления.
Оставалось еще несколько вопросов без ответа. Главным из них был Предел Летена – немыслимо длинная и сложная цепочка, удивительно сухая и одномерная при всей своей мощи. Рядом с нею маячил вопрос помельче: Алей пытался понять, почему его впечатления от Воронова так неровны и нелогичны. Его кидало от мучительного волнения и едва ли не страха к чувству полного спокойствия и защищенности – вот как сейчас. Частично это можно было объяснить двойственностью Летеновой натуры. Был же он одновременно бандитским паханом и мудрым отцом народа. Но не получалось вывести закономерность, увязать эмоции с ситуацией, и оттого не стихала тревога. Алей страшно нервничал в тот день, когда Летен был настроен благожелательно и предложил ему помощь; а в день знакомства Алей опрометчиво привел Воронова в ярость, но совершенно его не боялся…
И Металл Майоров. Человек, который умел давать советы. Неслучайна была их встреча, о чем-то Алею предстояло у него спросить, но о чем?
Об отце же и его загадках Алей думал мало. Нужно было сначала выручить Иньку из передряги, а потом уже допытываться у отца, где он потерял рассудок. Не собирался Алей играть с ним в его игру.
– Ну вот и Кольцо, – удовлетворенно сказал Корней. Алей вместе со всеми проводил взглядом проплывающий над головой автомобильный мост. – Еще полчасика – и пойдут твои проселки. Ты уж смотри, не пропусти нужный.
– Не пропущу, – пообещал Алей.
Он расстегнул рюкзак и сунул руку внутрь, нащупав на самом дне
В змею он велел превратиться Эну, помня о словах Осени. Вряд ли она была совершенно серьезна, но мультяшный попугай действительно казался слишком уж безобидным существом. Стоило перестраховаться даже в такой мелочи.
А ночью Алей ходил в Старицу.
Он творчески переработал вычитанный на форуме «метод поражения» и использовал его дважды. Не пользуясь проксидемоном, он забил в Ялик админский код и уже из зеленого, вечно полуденного мира отправился на поиск нужной параллели. Решение пришло быстро: в качестве ориентира он задал собственное недавнее видение.
Старица подсказала ему еще одну важную вещь. Для того чтобы разбудить демона, его не нужно было жаловать живым телом. По идее, лишенный способности возражать Эн должен был сдаваться намного быстрее.
…Машина стремительно пронеслась сквозь спальный район. Дорога вела на север, погода едва приметно менялась. Туман сгущался, вскоре он скрыл горизонт непрозрачной жемчужной дымкой. По обеим сторонам дороги встала стена леса. Дневной свет растворялся в сумерках и тенях.
– Хоть фары включай, – прокомментировал бодрый Корней.
А Май сказал:
– Ого. Нас сейчас тормознут.
Впереди из ватных пелен тумана показалась машина ГАИ.
– План «Перехват», – прибавил Май с небрежной досадой.
Корней хмыкнул и остановил машину.
Он опустил стекло и что-то неразборчиво сказал постовому. Протянул книжечку документа в тускло-серой обложке. Постовой взял под козырек, отступил, и черная машина сорвалась с места.
Отчего-то эта рядовая, непримечательная встреча подействовала на Алея как звонок будильника. Он встрепенулся и выпал из прострации, напряженно огляделся и снова сунул руку в рюкзак, вытаскивая змею на свет. Длинные острые выступы на ее нижней челюсти можно было зацепить за плетение чешуи. Алей обернул проксидемона вокруг запястья и сложил руки на коленях.
Дорога сузилась. Уже впадали в нее с обеих сторон сухие ручьи проселков. Они еще не годились в дело, потому что со всей очевидностью вели к загородным ресторанчикам и старым дачам. Жидкий лесок просвечивал, мимо проносились попутные и встречные машины, и даже туман не спасал положения. Но Листва осталась позади. С минуты на минуту могло наступить время действия.
Алей крепко стиснул шею железной змеи.
– Провесить тоннель, – одними губами произнес он, – из Подлистовья в Подлистовье-прим.
Летен искоса окинул его внимательным взглядом. Алей не обернулся. Он смотрел на дорогу, выжидая. Тревожное напряжение пробудилось и поднялось к сердцу, сдавило горло, давая понять: скоро.
– Скоро Красногорск, – сказал Корней с ленцой. – К Волоколамску поедем?
Алей хватанул ртом воздух, как рыба: не получилось выговорить с первого раза.
– Корней, поверните налево, – попросил он, переведя дух, – пожалуйста.
– Так я эту дорогу знаю, – не без удивления ответил тот. – Там дачи. Моего дружбанчика тещи дача.