Море Имен
Шрифт:
Он молчал несколько секунд. Алей тем временем пытался найти еще одну лазейку, куда можно было бы увильнуть, если его примитивный экспромт не сработает.
Но он сработал.
– А и правда, – сладко протянул демон. – Все-таки ты, Алик, мелкая рыбка. Скучно тебя умучить. А стравить Летена с Ясенем… О-о-о! Это будет эпическая битва. Не жалко тебе отца, Алик? Воронов его под ноготь, и хрусь. Редкий ты все-таки подонок, как и всякий интеллигент. Может, это у тебя Эдипов комплекс? Любишь маму? Или ты в Летена Истина влюблен? Какое
Алей молчал. Улыбка его превратилась в напряженную гримасу и не сходила с лица. Он скользил по лезвию бритвы: Эн мог принять его игру, мог обратить все в издевку, шансы были равны.
Ожидание стало невыносимым. Алей решил рискнуть.
– У Летена Истина есть автомат, – негромко заметил он. – Это так эротично.
Демон расхохотался.
– Вот они, – сказал он, – тайные устремления всех маминых мальчиков! Грубые альфа-самцы с большими стволами! Нет, было бы жестоко вас разлучить. Закрывай глазки, противный, я верну тебя избраннику твоего сердца.
Алей сжал зубы.
Он опять упустил момент перехода. Нириэкс не стал тянуть время. Алей сморгнул – и вздрогнул, услышав мрачное бормотание Корнея:
– Рановато сегодня стемнело…
Корней снова включил фары, и бледный золотистый свет выхватывал из темного моря ночи то припаркованную машину, то дорожный знак, то бетонные блоки обочины. Не светился ни один фонарь. Тьма все сгущалась. «Хоть глаз выколи», – бурчал Корней и прибавлял: «Чертовщина». Алей был с ним согласен. Он понимал, что происходит и как они оказались здесь, но никогда не спящая Листва встречала их гробовым молчанием. Это было жутко. «Саван», – вспомнил Алей, и стало нехорошо: слишком часто сегодня возвращалась к нему эта ассоциация.
После разговора с Эном он чувствовал себя так, будто наелся гнили. Хотелось попросить воды, но он не решался.
– Корней, – поторопился сказать он и снова вздрогнул – собственный голос прозвучал непривычно, сипло и низко, – вы знаете, где жилой комплекс «Студенческий»?
– Знаю, – отозвался тот. – Напротив «Университета». Ну, почти. Нам туда?
– Да.
Корней резко выкрутил руль, сворачивая в переулок.
– А навигатор не работает, – вдруг заметил Май. – Говорит, сигнала нет.
– Мы в черте города, – всем и никому сказал Корней.
И наконец заговорил Летен.
– Корней, останови, – велел он и обернулся к Алею. – Алик, я думаю, пора объяснить нам, где мы находимся.
Алей ждал этого вопроса уже давно. Он терялся в догадках, почему Воронов не спросил раньше. И теперь он подобрался, сложил руки на коленях и как мог спокойно ответил:
– Мы в параллельном мире.
Корней длинно присвистнул. Май обернулся и пристально посмотрел на Алея через спинку сиденья.
– Судя по внезапной смене времени суток, – деловито уточнил Летен, – это уже второй по счету.
– Да.
– Ты можешь объяснить, каким образом мы меняем
– Да. Через прокси-сервер. Обычный прокси-сервер меняет ай-пи… – Алей смешался под тремя испытующими взглядами, – а у меня есть сервис-программа, которая меняет параллели. Тоже регион… в некотором роде.
– Ясно, – сказал Летен как ни в чем не бывало.
– Хоро-ош… – озадаченно протянул Корней. – Экстремальный туризм. Я бы послал тебя ко всем чертям… если б своими глазами все не видел.
Летен усмехнулся.
– Корень, – сказал он, – тебе же понравилось сафари.
– Какое сафари? А! Да, – Корней хмыкнул и потер подбородок. – Ничего себе, да… А сейчас мы где?
– В Листве, – ответил ему молчаливый Май. – Ты бы лучше спросил, где все остальные.
– Что?
– GPS не работает. Сеть не ловит. Фонари не горят. – Май повел рукой в сторону города. – Ни одно окно не горит. Машин нет. Никого нет. Корень, тебя это не настораживает? Меня настораживает.
Воронов откинул голову и уставился в потолок машины.
– Май, – спросил он вдруг, – у нас счетчик Гейгера есть?
Повисла тишина.
– Нет, – негромко ответил Май после паузы. – Нужен?
У Алея вся кровь прихлынула к сердцу. Его охватил ужас. Такая вероятность просто не приходила ему в голову. Это казалось невозможным, абсолютно фантастическим. Он не предусматривал подобного. А ведь Осень рассказывала ему, что в соседних параллелях идут войны с применением термояда… Но город стоял! Он не мог бы уцелеть после ядерного удара. И отец был все же не настолько безумен, чтобы останавливаться в выморочной радиоактивной Листве!
– Мальчик нейтронную бомбу нашел, – нравоучительно сказал Корней. – С нею мальчонка в школу пришел. Кто его знает, столько рентген мы уже словили.
– Н-нет, – едва выдавил Алей. Он заикался. – З-здесь н-нет ра-радиации.
– Откуда такая уверенность?
– Здесь мой отец. И брат. Папа бы… он не самоубийца…
– А он почем знает?
– Он знает, – с железной уверенностью сказал Алей.
– У него, – спросил Летен, – тоже есть сервис-программа?
Воронов был совершенно спокоен, даже безмятежен. Он вел себя так, будто ничего сверхъестественного не происходило, и звук его голоса как-то разом снял волнение, успокоил всех. Алей почти с мольбой уставился на Летена. От ужаса и шока он сказал правду, да и не было больше причины врать:
– Нет. Он умеет сам.
– Ясно, – сказал Летен и задумался.
Он размышлял с минуту, которая показалась Алею часом, а потом сказал Корнею:
– Поехали.
Безмолвные темные дома замелькали по сторонам. Дорога была пуста, и Корней гнал, словно пилот гоночного болида, куда-то сворачивал и снова гнал… Алею подумалось, что он очень хорошо знает Листву. Май снял навигатор с подставки и задумчиво прокручивал карту, должно быть, отслеживал путь, но Корней ни разу ничего не спросил.