Море, море, не губи...
Шрифт:
— Что происходит, Кать? Маленькая моя, расскажи. Что-то дома произошло? Почему ты уехала? Почему не отвечала на звонки и сообщения?
Катя, собрав последние силы, отодвинулась от него и подняла голову, смахивая резкими движениями слезы.
— А зачем, Эдик? Я видела ее… к чему весь этот спектакль?
— Подожди-подожди, — вскинул он руку. — Кого…”ее”?
— Твою девушку, буржуй. Темноволосую красавицу, которая открыла мне двери после ваших… ваших… — она сжала кулаки, не способная произнести продолжение. Больно. Очень.
— Ты с ума сошла, мамба? — озадаченно глядел на нее Эд. — То есть ты… — он шумно вдохнул и осмотрелся по сторонам, делая паузу. Видимо, чтобы успокоиться. — В машину. Сейчас же!
Схватил ее за руку, подтащил к черному “Хамеру”, — откуда он вообще тут взялся? — и затолкал на заднее сиденье, усаживаясь рядом.
— Вань, домой, — скомандовал водителю.
Все произошло так стремительно, что Егорова вообще не успела сгруппироваться и дать отпор. Устраивать скандал в машине при постороннем не решилась. Вот останутся наедине с этим невыносимым “товарищем” и она устроит разнос.
— У тебя паспорт с собой? — вытащил ее из воинственных мыслей Эдик.
— Нет, — процедила с ехидством.
Недолго думая, Соколов выхватил из ее рук сумку и наглым образом засунул в сокровенное свои лапы.
— Ты что творишь?! — вскипела Катя, забывая о желании вести себя прилично.
— Я как дурак думал, что у тебя что-то произошло и ты пока не можешь общаться, — он выудил из безразмерной
Он буквально сносил гневом все Катькины защитные укрепления. Бушевал не на шутку. Крылья носа подрагивали, желваки на скулах гуляли, губы поджаты.
— Она приехала с мужем утром. Заглянули ко мне, пока им номер готовили для заселения. Я тебя ждал, чтобы познакомить… А ты значит…
— Ага, как же! — выпалила в защиту Егорова, усаживаясь подальше. — Кис? Сестра? Ничего умнее придумать не мог?!
— Ее зовут Кристина, мамба. Она старше меня на семь лет. В детстве я не выговаривал ее имя и звал Кис. Так и приклеилось.
Они буравили друг друга взглядами, а водитель поглядывал в зеркало заднего вида и пытался скрыть улыбку.
— Зачем тебе мой паспорт? — прокашлялась Егорова, чувствуя, как вселенская радость топит ее с головой.
— Потому что завтра ты станешь Соколовой, мамба! — рявкнул Эдик. — Я тебя предупреждал. Не захотела добровольно? Получи принудительно. Главное, не убить тебя сегодня… — тяжело дышал Эдик.
— Беременных нельзя бить, мыши заведутся, — хихикнула Егорова и пододвинулась ближе.
Красавчик откинулся на спинку и прикрыл глаза, а потом схватил Катю и прижал к себе, целуя волосы, сжимая крепко, но аккуратно.
— Как же я так попал, мамба? — рыкнул он. — Не представлял, что способен так сильно любить. Тебя любить, маленькая моя…