Моргейн
Шрифт:
— Я боюсь, — сказала Моргейн подавленно, — что это самое безумное, что я сделала за всю свою жизнь.
— Он не причинит вреда Шатану.
— И еще я взяла с эрхе клятву, что, пока они живы, они будут охранять Нихмин.
Он поглядел на нее, удивленный, что она предпочитала держать это от него в секрете.
— Даже благодеяния мои не обходятся без взаимных расчетов, — сказала она. — Ты ведь знаешь эту мою черту.
— Знаю, — кивнул он.
Рох уже совсем скрылся за горизонтом.
Они скакали по равнине, золотая трава шуршала под копытами коней.
Вскоре показались Врата,
ЭПИЛОГ
Стояла поздняя весна, зеленая трава покрывала равнину Азерот, и ковер этот пестрил золотом и белизной полевых цветов.
Для эрхендимов место это было непривычным.
Четыре дня назад два всадника отъехали от края Шатана, направляясь к этому месту, где земля была плоской и пустой и откуда во все стороны не было видно леса. У них возникло ощущение наготы, неприкрытости от глаз весеннего солнца.
Когда они добрались до своей цели, их все больше одолевало одиночество.
Жуткие и неестественные, Врата высились над равниной. Когда они подъехали ближе, лошадиные копыта застучали по камням, поросшим высокой травой, по кускам полусгнившего дерева, оставшимся от огромного лагеря, который стоял когда-то на этом месте.
Они проехали почти за самые Врата, от которых через столь короткий срок остались только огромные камни. Быстрота этого разрушения вызывала у них дрожь.
Кемейс спешился — невысокий человек, с посеребренными сединой темными волосами, с железным кольцом на пальце. Он заглянул за Врата, где были только трава и полевые цветы, и долго смотрел, пока к нему не подошел эрхин и не положил руку ему на плечо.
— Как все это было? — вслух поинтересовался Син. — Как все это было, Эллюр, когда они куда-то вели?
У кел не было ответа. Он стоял и смотрел, его серые глаза были задумчивы. Наконец он сжал плечо Сина и повернулся. К седлу Сина был привязан длинный лук. Эллюр отвязал его и передал Сину.
Син взял старый лук, взял его в руки, благоговейно погладил темное незнакомое дерево, осмотрел оружие, которого никогда не изготовляли в Шатане, и с большим трудом натянул его. Трудно было понять, можно ли из него еще стрелять — хозяин давно не брал его в руки. Но у них была одна стрела с зеленым оперением, и Син вложил ее в тетиву. Оттянул до конца и нацелил в солнце.
Стрела взлетела в небо и исчезла из виду.
Он расслабил лук и положил его под аркой Врат. Потом отошел на несколько шагов и остановился, чтобы посмотреть на них в последний раз.
— Пойдем, — торопил его Эллюр. — Син, не горюй. Старый лучник не желал этого.
— Я не горюю, — сказал Син, но глаза его увлажнились, и он вытер их.
Он повернулся и, вскочив в седло, отъехал. Эллюр двинулся за ним. Лишь через четыре дня они окажутся в спокойствии родного леса.
Эллюр однажды оглянулся, но Син — ни разу. Он сжимал в кулаке кольцо и смотрел только вперед.
ВРАТА ИЗГНАННИКОВ
ПРОЛОГ
Первые Врата были найдены расой кел на безжизненной планете их родной солнечной системы.
Кто
Это и стало причиной их гибели. Ибо Врата открывали пути не только в Пространстве, но и во Времени, как вперед, так и назад по путям развития миров и звезд.
Новообретенная расой кел власть выходила за пределы их воображения; они стали свободны от времени. Их планеты изобиловали трофеями дальних путешествий — зверями и растениями, и даже подобными кел существами. Они творили красоту и чудеса и уносились вперед во времени, чтобы посмотреть, как развиваются цивилизации, основанные ими — в то время, как их подданные жили в реальном времени и умирали через положенный срок, не допускаемые к той свободе, которую могли бы дать им Врата.
Реальное время стало для кел слишком скучным. Знакомое настоящее, нудный быт и повседневная текучка стали казаться тюрьмой, в которой ни один кел не мог долго просидеть, а будущее… оно обещало спасение от этого. Хотя совершившим путешествие в будущее не было пути назад. Возвращение было слишком опасным, чреватым многими нежелательными последствиями. Существовал огромный риск необратимого изменения самой реальности. Лишь будущее всегда оставалось открытым… и все кел ушли.
Некоторые пошли еще дальше, понадеявшись на Врата, которые на самом деле могли уже и не находиться там, где им полагалось быть. Остальные полностью лишились мужества и изверились в дальнейшем будущем, и уже не торопились покидать обжитое место, пока их не охватывал ужас, беспокойство за судьбу настоящего, в которое прибывали все новые и новые толпы из далекого прошлого. Вся реальность была охвачена чем-то вроде завихрений.
Возможно, некоторые смельчаки отважились вернуться в прошлое, а может быть, запутанность переполненного будущего стала чрезмерно велика. То-что-должно-быть и То-что-было перемешались. Кел сходили с ума, видели то, чего нет, вспоминали то, что никогда не случалось в существовавших мирах.
Время вырвалось из-под их власти. Завихрения сменились грандиозными вихрями, структура пространства-времени не выдержала перенапряжения, затряслась, сжалась и разлетелась на куски.
Всем мирам кел пришел конец. Остались только обломки их прошлой славы — камни, где-то неподвластные самому времени, а в других местах страдающие от него… планеты, где ухитрилась возродиться цивилизация, и миры, где жизнь полностью исчезла и остались только руины.