Мост
Шрифт:
— Ты испытывал в тот момент гнев?
— Возможно. Но у меня тогда был тяжелый день!
— Оправдания бессмысленны. Ты знаешь, что гнев — эмоция, вырабатывающая негативную энергию. Это программа, направленная на разрушение.
— Да, конечно.
— И кого же она разрушает?
— Меня.
— Вот видишь. Так зачем она тебе нужна?
— Я не знаю.
Гармонизация первого уровня — это не страшно. Это касается всех, и все рады, что могут получить поддержку квалифицированного психолога раз в неделю.
— Гнев разрушает сознание, психику и все
— Да, конечно. Я получаю нужное количество углеводов и успокаивающие ароматические масла в воде. И массаж от кресла.
Ответ на последний вопрос женский голос знает лучше меня, но я все равно рассказываю ей подробности чтобы, не дай Бог, она не поймала меня на противоречии фактам. Это же поддержка первого уровня! Все с детства знают, как отвечать правильно.
— Отлично, — шепчет женщина прямо мне в душу. — Вот видишь, наш мир — гармоничен. И человек должен соответствовать ему, чтобы быть счастливым.
— Да, конечно.
— На следующей встрече ты расскажешь мне, как справлялся со своим гневом?
— Обязательно.
— То, что в гневе ты использовал табуированные слова и выражения, касающиеся культа веры, говорит о твоем разочаровании в Боге?
— Ни в коем случае.
— Тогда почему из всех ругательств ты выбрал именно такое?
— Я не помню, что сказал.
— Ты сказал: «Пошел к дьяволу», хотя по отношению к технике такой оборот изначально не имеет смысла.
— Почему не имеет?
— У твоего холодильника нет души.
— Да, я заметил.
— Ты не желаешь пройти сеанс у личного гармонизатора третьего уровня?
— Нет, спасибо.
— Деструктивные эмоции мучают человека и не дают ему быть счастливым, как он этого заслуживает. Только гармоничная личность может обрести счастье, а гармоничная личность не испытывает гнева, страха и обиды. Это все признаки несовершенного сознания. И эмоции, опасные не только для тебя, но также, в первую очередь, для окружающих людей.
— Да, помню. Я очень благодарен вам за поддержку.
— Рада, что смогла помочь.
— До свидания.
— Всего хорошего! Я беспокоюсь о тебе и всегда готова выйти на связь, если будет необходимость… С вами работала автоматическая система обязательной гармонизирующей поддержки первого уровня АСОГ-478. Пожалуйста, оцените качество сеанса по шкале от одного до пятнадцати. Ваша оценка очень важна для нас. Быстро, по привычке, указываю высший балл. Старая примета: как оценишь своего гармонизатора, так неделю и проведешь.
Я выбираюсь из кровати и иду пить свой утренний бодрящий напиток, содержащий все необходимые моему организму микровитамины и белковые минералы, а также жирные и не очень кислоты… возможно, что кислоты тоже. Мой холодильник разбирается в этом лучше меня.
2.1
…
Наше микроподразделение через день собирается на микрособрание. Это не страшно. Время микрозала расписано по минутам, поэтому начальник физически не может нас задержать больше, чем на двенадцать минут. Мини-совещания тоже не вызывают проблем — подотдел из двадцати работников, двадцать три минуты, раз в неделю. Вот ежемесячные собрания отдела — это серьезно. Не меньше часа и зал на несколько сотен сотрудников. А уж на ежегодные макро-собрания, если честно, я просто стараюсь не приходить. Говорю, что болен, и провожу рабочий день в лазарете.
… Вот для этого и работает наша система. Преступление рождается из недовольства индивида. Анализ многовековой истории показывает, что чаще всего причинами глобальных конфликтов становились мелочи. Мелкие ссоры или склоки. Не допустить их — вот наша задача. Подавить недовольство в зародыше. Никто не имеет права транслировать свой гнев, злость или раздражение на окружающих. Такие эмоции имеют особенность распространяться по человеческому сообществу как лесной пожар, как круги на воде. Они являются первопричиной всех преступлений. И мы, гармонизаторы, стоим стеной между людьми и их возможными ошибками.
Итак, из двенадцати минут две ушли на прослушивание речи. Возможно, это правильно…
Мы похлопали, но прозвучало жидко.
Наш микроотдел номер 623 — это три рабочие единицы, включая меня, плюс начальник. Итого четыре человека. С ними я контактирую во время работы и иногда мы сообща решаем отдельные вопросы.
Я никому не рассказываю об этом, но про себя своих коллег я называю по именам. Глупо, конечно. Рабочие номера — это удобный и быстрый способ обратиться к сотруднику. Тем более, нет необходимости запоминать новую информацию при смене кадров. Однако я ничего не могу с собой поделать и называю их по-своему. Главное тут — не сказать случайно вслух.
Разумеется, я не пытаюсь узнать их настоящие имена, я же не ментальный калека. Это личная информация, и даже дети в дошкольных учреждениях знают, что сообщать их кому ни попадя, значит подвергать потенциальной опасности себя и своих близких. Поэтому имена коллегам я выдумываю сам и использую только про себя. Кажется, никаких правил я не нарушаю… И потом, я придумываю хорошие имена, и они точно людям подходят.
Главу нашего микроотдела я называю про себя Михалычем. Это высокий мужчина, будто высушенный под светом офисных ламп. Не знаю, что это за имя. Похоже, я его из какого-то старинного фильма взял.