Мотылек

Танари Таша

Быстро проштамповал прямоугольную карточку, прошептал заклинание и дунул на нее. После чего подал мне новенький пропуск с оттиском замысловатого узора по краю и моим изображением.

– Вопросы есть? Вопросов нет, – ответил сам себе, подталкивая меня в направлении лестницы. – Ступай.

Поднявшись, я критически осмотрела покосившиеся цифры на двери – опять тринадцатый номер, так и начнешь верить во всякие глупости. Ну да в моем случае вредничать и морщить нос – непозволительная роскошь. Две одинаковые кровати около окна, между ними письменный стол, на стенах книжные полки и маленький шкафчик

для хозяйственных мелочей – вот и все, что я обнаружила, войдя внутрь. Ах да, еще за двумя узкими дверцами нашелся встроенный в нишу платяной шкаф. Ну, теперь точно все. Надо бы разведать, где здесь располагаются остальные удобства. Но пока я с удовольствием побросала надоевшие вещи и, усевшись на кровать, стала изучать завтрашнее расписание.

Так, ровно в десять экзамен на общую грамотность в аудитории номер три факультета менталистики, схема расположения прилагалась – отлично. В двенадцать обед, а через полчаса на малом тренировочном поле – определение уровня общего магического потенциала. Видимо, это недолго, так как в час дня мне уже надо быть на факультете зельеварения и алхимии для тестирования своих способностей к выбранному ремеслу. Далее в три к заклинателям и в четыре тридцать на факультет трансформаций, потом свободна. На следующий день в главном корпусе вывесят списки с результатами. Останется найти себя и сообразить, на чем остановить выбор, ну… или не найти. От последней мысли по позвоночнику пробежала липкая волна страха. Да нет, обязательно поступлю, мне нельзя не поступить!

Глава 5

Ведьма и бес

Огромный ворон кружил над внутренним двором университета. Адепты уже делали ставки, из какой клетки вырвалась птица: то ли с факультета трансформаций, то ли с факультета природоведения. Но ворону было совершенно все равно, что думали люди внизу. Шэдар искала, искала нечто знакомое в древних стенах – здесь находилась кровь, которой поклялась однажды одна маленькая глупенькая ведьмочка по имени Вехель. И пусть непутевая ученица одной из самых жестоких ведьм ничем не сможет помочь Шэдар сейчас, но в будущем она отыграет свою роль до конца.

Приемная дочь Гинзали Гнили нашлась в тени кряжистого дуба. Рыжеволосая девушка с наслаждением вдыхала запах осенней листвы и мечтательно перебирала желуди. Ее кудрявые волосы ласково гладил ветер, а солнечные лучи нежили кожу. Казалось, что рядом с деревом сидела его душа – дриада. Ворон насмешливо каркнул над Вехель, и та мигом спустилась с небес на землю. Подняла голову и встретилась взглядом с черной птицей.

– Не может быть, – прохрипела Вехель, ее рука непроизвольно потянулась к горлу, скрытому ярким шарфиком.

В следующее мгновение на коленях у Вехель уже лежала старая книга. Фолиант лениво раскрылся, демонстрируя чистые листы как показатель намерений. В середине книги лежало перо. Вехель хмыкнула и взяла его в руки, тут же ее кисть пронзило болью, а на странице проявились слова, выведенные кровью: «Ну, здравствуй, дорогуша».

Даже не зная почерка, девушка угадала его владельца.

«Шэдар Шорох, приветствую тебя. – Вехель склонила голову, закрывая распущенными волосами лицо и книгу. – Чего ты желаешь от меня, старшая?»

«Я

хочу, чтобы ты вернула мне долг».

«Но что я могу? Мне едва хватает сил сдерживать свое проклятие».

«Среди поступающих есть одна глупышка, которая владеет этой книгой. Ты должна стать ее подругой, той, кому она сможет доверить свою жизнь».

На чистом листе появился портрет Мартинити.

«Чтобы предать?» – в двух словах Вехель сумела отразить все чувства, обуревавшие ее душу.

«Опыт у тебя есть», – цинично заметила Шэдар.

Девушка судорожно сжала подвеску, висевшую на шее и незаметную под шарфом.

«Я сделаю все, что скажет старшая», – согласилась она, понимая, что перед Шэдар в неоплатном долгу.

«Умница. Не ожидала встретить тебя здесь. Раз ты еще жива, значит, что-то в тебе есть. Быть может, став целителем, ты избавишься от проклятия».

«Могу я обращаться за советом к старшей?»

Руки Вехель заметно дрожали – книга выпила слишком много ее крови.

«Разрешаю», – великодушно ответила Шэдар.

Книга громко захлопнулась, скатилась с коленей рыжеволосой колдуньи на землю и превратилась в ворона, который устремился в небо. Бес, до этого молча наблюдавший за беседой двух ведьм, произнес:

– Что за проклятие?

– Любопытен, как всегда, – усмехнулась Шэдар.

– Ради этой беседы я отдал свою часть энергии, женщина.

– Твоя правда, – согласилась ведьма, отыскивая Мартинити, чтобы вновь забраться в рюкзак девушки. – Гинзали Гниль имела дурную славу даже среди нас – вольных ведьм. Она очень любила страдания людей. Можно назвать ее черным целителем: бесчисленное количество болезней вышло из-под ее талантливых рук благодаря невероятному воображению. Вехель Хмарь еще девчонкой попала к ней в ученицы. У малышки не было ни шанса вырваться из цепких лап старухи. Чтобы удержать Вехель подле себя, Гинзали заразила ее «Серой погибелью». Когда вокруг девчонки не осталось живых, а смерть призрачной тенью ступала по ее следам, она, ища спасения, встала рядом с Гинзали, признав ту своей наставницей. Позднее Вехель узнала, кто призвал Бледную Госпожу, и поклялась отомстить, только вот не успела.

Бес нервно дернул хвостом и схватился за рога:

– Она нас трогала! Книгу!

– Успокойся, ничего не будет. Я убила Гинзали, а ее силу заточила в амулет, что носит на шее Вехель. Он и мои чары не дают девчонке заразить весь город проклятой болезнью. Ты видел, как она схватилась за шею?

– Да.

– Вся шея Вехель покрыта серой кожей. Могу поспорить, у нее имеется целая сумка шарфов.

– Послушай, Шэдар, а это не опасно?

– Не настолько, насколько ты представляешь, хвостатый, – пожала плечами ведьма.

– Почему ты сохранила ей жизнь?

– Потому что девчонка хотела с ней расстаться, когда узнала, что натворила по незнанию. Что может быть хуже осознания того, что ты погубил целое племя? В том числе отца, мать, сестер, братьев… Своей жизнью она искупает вину за совершенное. Ну и мне пригодилась, как видишь.

Бес не нашелся с ответом. И за долгое время, которое они вместе томились в книге, Шэдар впервые наслаждалась тишиной.

Мартинити

<