Мотылёк
Шрифт:
Одна из девушек (Лора запомнила: худенькую зовут Алиса) быстро подошла к нему и откинула край ковра, и Дэниел с треском начал выламывать плинтус. Вторая девушка, Вероника, быстро отбрасывала сломанный пластик в сторону, пока Алиса скатывала ковёр в сторону, чтобы не мешал. Женщины в комнате затихли, тревожно присматриваясь к действиям незнакомцев. Дэниел обернулся к ним лишь раз, попросив не подходить. Мужчины, напротив, придвинулись к стене и быстро начали ломать переборку между комнатами, обнажая часть воздухопровода. Монти сидел на месте — на всякий случай с повязкой на глазах, угрюмый и недовольный — слепой же,
— Отойдите все, — тихо скомандовал, разгибаясь, Дэниел.
— Но мы ещё… — начал один из помощников.
— Слышите?
Сначала Лора решила: он говорит о том, что в коридоре происходит нечто. Но шумок раздавался уже от пола. И шумок был настолько слышный, что она обеспокоенно взглянула на дверь.
Охранник стоял спокойно. Глядел прямо в комнату и спокойно созерцал происходящее, ничем не показывая, что оно, это происходящее, его волнует. Зато сердце Лоры стучало так, словно решилось выпрыгнуть.
— Они прорываются снизу. Надо бы всех заложников перевести в одну комнату, изолированную, — тихо напомнил Дэниел присутствующим. — И лучше, если это сделаете вы, как знакомые им. Пожалуйста, постарайтесь сделать это без шума. Объясните всем ситуацию и попросите войти туда… Лора…
— Я с Монти. Кому-то надо проследить за ним.
Уиверн улыбнулся. Лора вдруг подумала, а легко ли ему улыбаться — в непроглядную тьму, хотя есть возможность видеть всё?
С опаской оглядываясь на открытую дверь в коридор и на охранника, заложники из комнаты Лоры торопливо перебрались в другую. Один из них отправился предупредить людей из третьей комнаты. Приглядываясь к тому, что делается под сломанной переборкой, Лора одновременно следила, как из другой комнаты заложники начали торопливо переходить в нужную.
Когда дверь в комнату, где собрались все, закрылась, Дэниел попятился от стены, жестом показывая, чтобы от неё отошли и остальные. Едва оставшиеся отошли на безопасное расстояние, произошло сразу два события. Стена снизу взорвалась выбитыми обломками, явив глазам присутствующих ноги в крепких ботинках, а затем в комнату резко влетело чьё-то тело. Секундой позже у входной двери апартаментов завизжали — и Лора от ужаса чуть не ударилась о стену, к которой попятилась было: целая толпа от входа в апартаменты начала стрелять так, словно вознамерилась прострелить всё помещение насквозь.
Слетевший со стула Монти сбил её с ног и упал сверху. Она ещё не успела понять, что именно он делает, а его от неё уже буквально оторвали — и обоих под теми же выстрелами принялись толкать в какую-то непонятную сторону. Лора уже ничего не соображала. Изнутри начала расти паника. Она не слышала и не понимала, как только рефлекторно вскрикивала от страха, едва рядом свистели пули. Женщина только видела вокруг огненные и дымные прочерки выстрелов, мельтешащие фигуры, которых не узнавала. Слышала и не понимала разъярённых и командных воплей, вздрагивала от грохота выстрелов, ещё узнавала треск огня, стук и тяжёлое дыхание… Она полностью пришла в замешательство и только покорно подчинялась рукам, которые сильно толкали её куда-то.
Кто-то бежавший рядом вскрикнул от боли.
— Быстро, быстро!
— Не
— Берите её — и вперёд! Мы прикроем!!
Внезапно, завизжав от ужаса, Лора почувствовала, что спотыкается и падает — на что-то, что неожиданно поддержало её. И снова внезапно ткнулась лицом в чью-то грудь. Промелькнуло внутри что-то благодарности — Монти! Обхватила его шею руками — крепко-крепко, чтобы не мешать ему с грузом на себе. Зажмурилась, доверившись тому сильному и тёплому, в которого вжималась и в которого поверила…
Ведь до безопасной комнаты всего несколько шагов! Почему же они всё ещё вне её?! Как тяжело дышать! Острый, горечный дым от частых выстрелов забивается в горло и глубже и заставляет кашлять, задыхаясь…
— Закрывай!!
Что-то хлопнуло — и звуки ужаса отрезало. Правда, не до конца, а лишь уменьшило их силу. Единственно — выстрелы прекратились. А через секунды в дверь начали ломиться с гневными и злобными воплями.
Человек, на чьих руках она лежала, сжавшись в комочек, быстро отошёл от двери. Лора, сама того не сознавая, всхлипывала и машинально слушала, как в ритм её неудержимому всхлипу бьётся чьё-то сердце. А потом услышала плач — со стороны.
Съёжившись на чьих-то неотпускающих руках, она осторожно повернула голову, испытав перед тем сильнейшее желание провести по ткани перед носом лицом и вытереть собственные слёзы. Серые глаза Лоры встретились с тёмными сине-зелёными. Эрик серьёзно кивнул ей.
— Ты как? Сильно испугалась?
От неожиданности: это не Монти! — она только и смогла, что кивнуть. Впрочем, ответить вслух она и так не смогла бы. Горло ощущалось настолько ободранным кашлем, что казалось, издай Лора хоть звук — и она выдавит из себя только сипение. Но она смотрела в эти внимательные глаза и испуганно думала только об одном: почему Эрик не поставит её на пол? А потом подумала, что они живы. И снова испугалась: а все ли живы? Ведь кто-то кричал от боли, в кого-то всё-таки попали?
Она нерешительно задвигалась на руках Эрика. Он с явной неохотой опустил её на пол. Лора привычно первым делом взглянула на свой костюм. Хорошо, что она успела переодеться в домашнее, для отдыха. Хорошо, что она не в платье, как большинство присутствующих здесь… А Эмиль успел переодеться и первым пошёл к своим любимым приключениям… Слёзы хлынули сами. Она пыталась задавить их, пыталась сдержаться. Она даже успела здраво подумать, что именно сейчас, когда она в безопасности, когда она под защитой, плакать бы не надо…
Тёплые ладони обняли её плечи.
— Выплачься, Лора… Выплачься.
И она, освобождённая этим разрешением, прильнула к Эрику и заплакала навзрыд.
6
Когда видение мёртвого мужа перед глазами перестало вызывать приступы плача, прильнувшая к Эрику Лора замерла. Дыхание успокоилось, лицо немного обсохло — до степени, когда не слишком неудобно оборачиваться к присутствующим, перед которыми допустила непоправимую слабость. Пора вспомнить о том, что необходимо соблюдать личный статус кво вдовы светского человека. Надо сделать всё, что потом не было стыдно перед равными себе. Отойти, например, от человека, к которому так бесстыдно прижалась в поисках утешения. Наконец она смогла осторожно, чтобы не обидеть, отодвинуться от Эрика и довольно чопорно сказала: