Мой босс... Козел!
Шрифт:
Трындец!
— Так, девочки, — деловито продолжил он, — вы тут пока почирикайте между собой, внуку сообщите все новости, а нам собой, сын, нужно определить стратегию с китайцами. Как партнёры они, конечно, никуда от нас не денутся, но как потомки Чингиз-хана, косяк с контрактом не оставят без ответных действий. Пошли в кабинет!
И эти двое брюнетистых гадов смело сбежали от меня, оставив на растерзание свекродушке! А та сразу, кровожадно мило улыбнувшись, пошла в наступление.
— Машенька, доченька, у нас Боренька единственный сынок,
— Угу. А десять лет этот внук был не «тут»? — отгрызнулась я.
— Ещё чаю? — Анна Марковна решила взять на себя миссию миротворца. — Или кофейку с успокоительным?
— Да-да, — свекродушка засуетилась, подхватила меня под локоток и потащила обратно в кухню. Я ж так и стояла всё это время в дверном проёме. — Нам всем нужно успокоиться. С Сашенькой нужно говорить абсолютно спокойно.
Мы сели друг напротив друга, словно на военных переговорах. Будущая свекровь изучала меня, я, в свою очередь, изучала её. Результатом этого изучения стал любопытный вывод: а ведь дамочка только прикидывается милой и пушистой, на самом деле она акула. Слопает и не подавится. По изменившемуся взгляду, я поняла, что вывод верный. И она поняла, что я поняла.
— Я тоже не в восторге, — наконец, произнесла свекродушка. — Представляла невесту сына совсем другой. Утончённой леди…
— С хорошей родословной и наследственностью, в смысле наследством, — перебила я её, упрямо глядя в глаза своему новому страху. Никогда не думала, что свекровь может так пугать.
— И это тоже, — милостиво кивнула дамочка. — Но пусть будет пока это, — она смерила меня пренебрежительным взглядом. — Может, так Борис быстрее разберётся в своих бабах.
— Маша — не баба! И вы никогда не замените мне мою бабушку! — неожиданно раздалось из коридора и тут же рядом со мной плюхнулся Санька. — Я всё слышал, — заявил он.
— Подслушивать — не хорошо, — на автомате произнесла я, и также, на автомате, взлохматила ему волосы.
— От вас же пока дождёшься правды, и помереть от старости можно, — буркнул деть, зыркнув из-под насупленных бровей.
— Ну что ж, — сверодушка откинулась на спинку стула и принялась с новым любопытством взирать на нашу парочку. — Так даже будет лучше. Не будем притворяться. Анна Марковна! — требовательно махнула она узкой ладонью с унизанными перстнями пальцами.
Домработница шустро поставила перед матерью хозяина рюмочку, мне тоже протянула. Свекродушка залпом опрокинула в себя содержимое, замерла, выпучив глаза, а затем прохрипела:
— Анна, это что было?
— Успокаивающее, — пожала плечами женщина, на всякий случай отойдя подальше от покрасневшей гостьи. — Как заказывали. Сорок капель. Точно, как в аптеке.
Мы с Санькой дружно придвинули носы к содержимому моей рюмки. Оценив его, я с удивлением уставилась на домработницу.
— Что? — опять пожала она плечами. — Валемидин. Свежий. Только вчера из аптеки.
— Я имела в виду что-нибудь алкогольное, — свекродушка
— А, пардон, не поняла. Чего нет — того нет. Вчера все коньячные запасы закончились. Могу предложить ликёр «Дьявольская вода» [ЕН1] или пиво «Змеиный яд[ЕН2] [ЕН3] [ЕН4]». Последнее особо рекомендую. Успокаивает на раз.
— Ладно, — мгновенно оценив обстановку, свекродушка переменила тактику. — Спасибо. Этого хватило. Так вот, милая, — это уже мне, — я не сомневаюсь, что мой сын очень скоро осознает свою ошибку и разведётся. Скажи мне — оно тебе надо? В смысле, зачем портить паспорт штампом о разводе?
— В наше время один раз замуж выходят только ленивые, лишний штамп не помешает. Будет, так сказать, рекламой, что Маша пользуется спросом, — рассудительно заметил Санька.
Будущая свекровь злобно сверкнула голубыми очами. Не понравилось ей Санькино заступничество. Но надо отдать ей должное — марку леди Козел держала.
— В наше время мужчины любят красивых и недоступных, — красноречиво сделал ударение на окончании фразы, и с мстительным удовлетворением пригубила кофе.
— О'кей. Пойду ресницы накрашу и залезу под кровать, — съязвила и тоже прихлебнула горячий напиток.
— Не поможет, — вздохнула дамочка с деланным сожалением. — не поместишься в подкроватное пространство.
— Ничего, — встрял Санька. — Я помогу. Пошли, Маш?
— Сидеть! — рявкнула свекродушка.
Мы, было поднявшиеся со своих стульев, плюхнулись назад.
— Давайте заключим договор, — выдавила она. — Я подключу все свои связи, а они у меня довольно обширные и влиятельные, и тебе оформят усыновление даже без наличия штампа в паспорте. А ты убираешься из жизни моего мальчика.
Очень заманчиво, и я бы согласилась, если бы не одно «но»: я сама, так сказать с голой попой, — не имею никаких прав на наследство отчима, — правда, не очень переживаю по этому поводу. Помогает отчим — и спасибо ему. А вот Санька имеет право на долю в бизнесе Козелов. Мало ли что может случится? Да и графа «отец» в свидетельстве о рождении не должна блистать девственной чистотой. Тем более, что тут выяснилось — босс Саньке настоящий биологический отец. Нет уж. За права ребёнка я буду стоять насмерть.
— У меня встречное предложение, — я скопировала выражение лица свекродушки. — Мы с Борисом женимся, усыновляем Сашу, и вы не лезете в нашу жизнь. Но! — я подняла палец, призывая дамочку помолчать, так как она уже рыпнулась возмутиться. — Я отойду в сторону, вместе с сыном, конечно, если Борис решит развестись. И не буду предъявлять при разводе никаких требований. Даже алименты.
Если бы я знала, чем обернётся моя упёртость! Но тогда я не видела ничего опасного для мальчика. Лучше бы его свидетельство о рождении продолжало и дальше сиять девственной чистотой графы «отец».