Мой хозяин

Ковалевская Алиса

8.2

Проснулась от прикосновения к плечу и тут же наткнулась на устремлённый на меня взгляд Стэллы. Поняв, что я не сплю, она кое-как присела, поджала под себя ноги и, укутавшись одеялом, снова посмотрела на меня.

— Не знаю, стоит ли тебе говорить… — с сомнением начала она. — Мил…

— Что? — Я тоже присела.

Вздохнув, Стэлла тряхнула головой. Волосы её спутались и торчали в разные стороны. Она почесала запястье и глянула на меня с мрачным выражением на лице.

— Тебя мужик какой-то искал, — наконец сказала Стэлла, и напряглась уже я.

— Мужик?

— Да. Он приходил на следующий день после того,

как тебя увезли. Орал благим матом, угрожал… Требовал сказать, кто тебя выкупил.

— И что ему сказали? — спросила я, чувствуя, как с каждым её словом учащается биение сердца.

Матвей. Конечно же, это Матвей! Я знала, что он не оставит меня. Милый, милый Матвей… Сама того не замечая, я сжала ладони в кулаки. Неужели у меня всё ещё есть шанс?! Неужели не всё для меня потеряно? Может быть, ему удастся договорится с Вандором? Он всегда умел договариваться с людьми. Если он скажет, что у нас были серьёзные планы, что я его… В конце концов, он ведь сын обеспеченных родителей. И если ему удалось найти деньги, чтобы выкупить меня из питомника, наверняка он может предложить что-нибудь и Вандору.

Стэлла снова посмотрела на меня. Пристально, без какого-либо намёка на радость. Взгляд у неё всегда был колкий, тяжёлый с чем-то таким, напоминающим отчуждение, но сейчас всё это стало как будто более явным. На мой вопрос она не ответила. Вместо этого проговорила очень тихо:

— Будь осторожна, Милана.

— Что они сказали ему? — повторила я более требовательно. Схватила её за руку. — Стэлла! Что они сказали тому мужчине?!

Она тяжело вздохнула и повысила тон:

— Ничего они не сказали! Питомники не распространяют подобную информацию, Милана!

Я почувствовала промелькнувшее в её голосе раздражение, и сама разозлилась. Чем она недовольна?! Что ей не нравится?! Резанула взглядом и встала с постели. Стэлла осталась сидеть. Я чувствовала её взгляд, устремлённый мне в спину. Прошло около минуты, прежде чем она заговорила снова:

— Ты понимаешь, к какому человеку попала? Ты видела его дом?

Я обернулась, оглядела её с недовольством, но она только невесело усмехнулась.

— Это Матвей, — уверенно заявила я. — Он… мы с ним… Мы с ним встречались. У нас планы были…

— И кто такой этот Матвей? — резко перебила она меня. Обхватила запястье, потёрла его. Я невольно посмотрела на её руку и увидела синяк. Тёмный, почти чёрный. — Кто он, Мила?

Я недолго молчала, а после тихо проговорила.

— У его отца какое-то дело… Я точно не знаю. Кажется, производство мебели.

Она смотрела на меня так, что слов было не нужно. С насмешкой и сожалением, как на безнадёжную дуру. Я снова начала злиться и, не сдержавшись, вскрикнула:

— Ну что?! Что? Говори!

— Ничего! — закричала она в ответ, глаза её зло блеснули. — Ничего, Милана! Просто послушай себя! Включи голову! Ты попала к человеку, который нормально к тебе относится! Ты знаешь, каких денег стоит купить шлюху в питомнике?! Даже такую шлюху, как я?! — её от природы тихий, достаточно мягкий голос звенел. — А ты просто попросила горничную… Чего ты ждёшь?! Чего ты хочешь?! Свободы? Да ты представляешь, сколько девочек мечтали бы оказаться на твоём месте?!

— Наплевать мне на то, сколько девочек хотело бы оказаться на моём месте! — закричала я. — Я не хочу быть на этом месте! Я человек, а не вещь, не животное! Я выбирать хочу! Кого мне любить, что есть, с кем

спать, что носить!

— Да опомнись же ты! — рявкнула она ещё громче, а потом заговорила совсем тихо и быстро: — Нет у нас выбора. Нет. Но ты можешь попробовать… Ты красивая, умная. Постарайся понравиться ему. Постарайся сделать так, чтобы ему с тобой было хорошо. И может быть что-то… Может быть, ты сможешь стать для него кем-то важным. Мила… — Она, поморщившись, спустила ноги с кровати и, по-прежнему удерживая одеяло у груди, подошла ко мне. Посмотрела снизу вверх. — Я видела столько всего… Послушай меня, пожалуйста. Такие, как мы… Наша жизнь ничего не стоит. До тебя в питомнике была одна девушка… Света. А потом пришла компания и… На следующий день её увезли в чёрном мешке. А им ничего не было. И не будет никогда. Твой Вандор… не испорть всё. Не надо было мне тебе вообще ничего говорить.

— Нужен тебе этот Вандор, — всё ещё злясь, проговорила я, — можешь сама попытаться понравиться ему или что там ещё. Действуй.

Стэлла вздохнула и покачала головой. Рука её соскользнула с моего предплечья и безвольно повисла.

— Для меня уже слишком поздно, — очень тихо сказала она. В глазах мелькнула какая-то тёмная пустота. — Я уже ни во что не верю. Тем более, в любовь. А ты… ты можешь попробовать. У тебя ещё есть шанс. Только не упусти его.

Какое-то время я смотрела на неё, ожидая, что она скажет что-нибудь ещё, но Стэлла молчала. Вернулась к постели и тяжело опустилась на край. Ссутулилась и закрыла глаза. Я хотела продолжить этот, в сущности, бессмысленный разговор, однако внезапно поняла, что она устала. Помялась и всё же опустилась рядом, коснулась её обнажённого плеча.

— Помочь тебе принять душ? — спросила я, хотя на самом деле мне хотелось побыть одной.

— Я справлюсь, — отозвалась она. Выдохнула и приподняла голову.

— Не стоило мне тебе рассказывать про этого… что приходил.

— Почему?

— Потому, — огрызнулась она, но потом сказала: — Потому что дура ты. Потому что жизни не знаешь.

— А ты знаешь? — скривилась я в ответ, но тут же осеклась, поймав на себе её тяжёлый, полный ожесточённости взгляд.

Поднявшись, Стэлла отбросила одеяло на постель и, чуть пошатываясь, пошла в ванную. Я смотрела ей вслед. Спину её пересекало несколько длинных следов от плети, кожа была покрыта многочисленными синяками. Синяки, казалось, были везде: на руках, на плечах, на ногах. Бедро украшала татуировка — несколько похожих на лилии бутонов на длинном вьющемся стебле. Несмотря на ужасное состояние и слабость, движения её были плавными, словно бы кошачьими, а спина прямой. Она никогда не сдавалась. Ни разу я не видела её слёз, ни разу не слышала жалобных вскриков. Мне стало стыдно. Я и правда не знала жизни… По крайней мере настолько, насколько эту поганую жизнь знала она.

И всё же… Матвей приходил за мной в питомник. Приходил, а это значит… Да, он найдёт меня. Обязательно найдёт и тут. Нужно только подождать.

9.1

Милана

Приходила в себя Стэлла медленно. Как ни пыталась она делать вид, что всё в порядке, в порядке она не была. Как-то вечером я застала её разглядывающей себя в зеркало. Увидев меня, она дёрнулась, во взгляде на миг отразилась растерянность, но это быстро прошло.

— Когда я должна приступить к своим обязанностям? — только и спросила она. Без усмешки, вполне серьёзно. — Думаю, что смогу уже завтра.