Моя девочка
Шрифт:
– Не видишь проблемы? – повторила я на свистящем полувдохе. – Пап, я пригласила ребят заранее! Ложу забронировала! Внесла предоплату…
– Я все уладил. Деньги вернули. Не драматизируй. – Папа похлопал меня по плечу, растягивая губы в ледяной усмешке.
– Но…
– Дорогая, ты тактично умолчала, что половина гостей – это парни. Не думал, что мою дочь привлекают подобные сборища, – отец посмотрел на меня с осуждением.
На языке вертелось много всего, но я, поджав губы, с вызовом выдерживала его тяжелый взгляд. Наученная
Мой отец – человек несгибаемой воли. Если он что-то решил, то переубедить нереально. Сколько я нервов потратила, будучи импульсивным подростком…
Однако все бунты заканчивались одинаково – моим домашним арестом и ограниченным доступом к телефону и интернету.
– Вечером отметим за ужином! А в выходной можешь пригласить подруг. Но только без этой шаболды… – папа брезгливо сморщил нос, очевидно, припоминая имя моей бывшей подруги Карины.
Именно из-за его неадекватной реакции на ее отношения с нашим одноклассником Мишкой Карина и попала в ряды бывших подруг. Увы, но по мнению Романа Сахарова, серьезные отношения с парнем со школьной скамьи автоматически приравнивали девушку к шаболде. То, что ребята пару недель назад подали заявление в ЗАГС, в расчет отец не брал.
– Хорошо, пап. До вечера, – я улыбнулась своему «надзирателю», стараясь подавить внезапное желание перевернуть все вверх дном.
Решила как обычно усыпить его бдительность своим смирением, потому что с человеком, у которого в доме арсенал огнестрельного оружия, вряд ли прокатит что-то другое.
– Я рад, что мы наконец начали понимать друг друга, – процедил он сквозь фальшивую улыбку.
Классное понимание в ультимативной форме. Пять балов, пап.
Хорошо, что в этот момент он отвлекся на телефонный разговор, и необходимость продолжать тягостную беседу отпала.
Проходя мимо кладовки, которую отец использовал как погребок для хранения коллекционного алкоголя, я не удержалась и прошмыгнула внутрь нее. Схватив с полки бутылку розового просекко, стоимостью как моя месячная зарплата, я засунула ее в свой вместительный шоппер и поспешила на работу. Удивительно, как меня до сих пор не лишили и этой маленькой отдушины… Пожалуй, отец и сам не ожидал, что я так долго продержусь в качестве девочки на побегушках.
Собственно, моя стажировка в ресторане «Патрики» затевалась как воспитательная мера после очередной нашей стычки, чтобы, как выразился «надзиратель», хоть немного сбить с меня спесь.
Папа лично договорился с Апостоловым, который был перед ним в долгу, поэтому мои смены не мешали учебе – работала я преимущественно вечером или по выходным дням.
Только отец не учел одной существенной детали…
Моих глупых неразделенных чувств к хозяину этого заведения.
Мне было тринадцать, когда, впервые увидев Артема, амур испещрил слабое девичье сердечко крупнокалиберными патронами. Загвоздка заключалась в том, что ему на момент
Апостолов был ранен.
По понятным причинам, он не хотел светиться в больнице и предпочел операционную, расположенную в нашем доме. И восстанавливался он тоже у нас.
Каждую ночь я тайком пробиралась к нему, дабы хоть немного скрасить его времяпрепровождение: приносила книги, кроссворды, журналы… Несмотря на плохое самочувствие, со мной Артем всегда был добр. Болтал. Шутил. Засыпал под мои песни и сказки. Я даже пару раз для него станцевала.
И не сразу поняла, что влюбилась…
Сначала мои ощущения больше напоминали симптомы болезни: потеющие ладони, эйфория, свекольный румянец и потеря аппетита. В его присутствии меня натурально знобило.
Вспомнился наш первый диалог, когда я вломилась к нему посреди ночи с заранее приготовленными гостинцами наперевес.
– Как тебя зовут, чудо? – этим своим низким тягучим голосом, сверля меня внимательным взглядом.
– Сахарова. Александра…
От волнения я чуть не выдала и отчество. Хорошо хоть вовремя себя одернула. Ну, конечно, он в курсе, что я Сахарова…
– Сахарная Саша, стало быть…
От еле заметной улыбки, промелькнувшей в уголках потрескавшихся мужских губ, веяло чем-то подкупающе искренним.
– Сахарная Саша, – повторила я, порывисто хватая воздух.
А напоследок, получив от меня прощальный подарок в виде гороскопа совместимости, Артем даже пообещал на мне жениться. В шутку, конечно, но не трудно было догадаться, какой эффект произвела подобная шутка на одинокую юную романтическую душу.
Памятуя обо всем этом, я с волнительным предвкушением отправилась на стажировку в его ресторан, надеясь хоть на мизерное общение с биг-боссом.
Да только Артем растоптал мои глупые девичьи мечты, сделав вид, что меня не помнит. Разумеется, я пыталась сохранить остатки достоинства, однако совсем игнорировать его получалось с большим трудом…
Потому что мой босс был не только преступно красив, неприлично богат и идеально сложен, но и обладал настолько дымящейся густой мужской энергетикой, что в одном помещении с ним дышать-то выходило через раз… А вы говорите – игнор.
Я аккуратно подтерла ластиком словосочетание «полный игнор», заменив его игнором частичным, разрешая себе хотя бы смотреть.
Но в день моего совершеннолетия все установки слетели до заводских настроек.
После поздравления от коллектива с тортиком и чаем я попросила официанток Ингу и Оксану задержаться в подсобке, чтобы отметить мой праздник по-взрослому… бутылочкой игристого. Того самого коллекционного, которое я умыкнула у «надзирателя» несколькими часами ранее. Повезло, что девчонки оказались авантюристками под стать мне, и мы в два счета «разыграли» просекко. Да только полтора бокала на голодный желудок сыграли со мной злую шутку.