Моя девочка

Грин Эмилия

– Поздравляю, каблук! – словив вмиг помрачневший взгляд младшего брата, Артем хмыкнул, обнажив белоснежные клыки.

– Смотрю, ты осмелел, Темыч? – без колебаний ответил Кирилл. – Надо бы побазарить, пока ты в трезвом уме. Мы завтра улетаем.

– А разрешение на разговор у Алины уже получил? – Апостолов склонил голову набок.

– Я сейчас получу письменное разрешение тебе вмазать! – хмыкнул Кирилл, приобнимая жену. – Ты ведь не против, если я немного рехтану ему морду? Че-то родственничек совсем страх потерял.

– Может, не будем

портить праздник мордобоем? – проворковала Алина, подыгрывая мужу.

Понимание на клеточном уровне – вот как я охарактеризовала бы отношения этих двоих.

А ведь я сразу всё про них поняла прошлой осенью. Эти двое так демонстративно игнорировали друг друга, что даже обделенному жизненным опытом слепому котенку было очевидно, тут в прошлом имеет место нешуточная драма. От проскакивавших между Алиной и Кириллом искр в ресторане наблюдались перепады напряжения. Воздух сгущался и потрескивал, когда Кирилл, давясь неизвестно каким по счету американо, сталкерил за своей Лебедевой Алиной. Та же горделиво воротила нос. Милые бранятся, если в двух словах…

Прищурившись, наш «жених» с напускной серьезностью посмотрел старшему брату в глаза.

– Только благодаря ей ты сегодня уйдешь отсюда без фингала! – припечатал он, задиристо вскинув бровь.

Собравшиеся вокруг рассмеялись. Даже Апостолов расщедрился на некое подобие улыбки, примирительно хлопнув родственника по плечу.

– Алин, забыл сказать – Сашка просыпается, – шепнул Воронов жене на ушко и указал в сторону подсобки, где все это время почивал их маленький сержант в компании няни.

– Покормлю его и вернусь, – сказала мне Алина. – Потом расскажешь про Стаса… С подробностями!

И, подмигнув, подруга поспешила к своему малышу.

Хорошо, что Апостолов сразу оказался в центре внимания, и мне удалось улизнуть в безопасное место. Оттуда, потягивая минералку, я наблюдала, как моя жизнь размеренно катится в тартарары…

Сегодня он превзошел сам себя, появившись на празднике в безукоризненно скроенном черном брючном костюме и в такой же безупречной рубашке и галстуке в тон.

Как мистическое темное божество.

Тема. Мой Темный.

Я сделала глоток газированной воды, стараясь медленно дышать носом, чтобы отогнать склизкий комок, поднимавшийся вверх по пищеводу.

Уже вторую неделю меня подташнивало. Однако я все еще надеялась, что это не военная тревога. Увы, из-за пережитого полгода назад стресса мой цикл постоянно скакал. Так что…

Незаметно подошло время первого танца хозяев торжества. Небесно-красивая Алина в приталенном белоснежном платье закружилась в центре танцпола в объятиях мужа. Кирилл смотрел на нее так взволнованно, будто они действительно только поженились и он впервые увидел своего прекрасного лебедя в новом статусе – супруги. Пара чувственно вальсировала, притягивая к себе восхищенные взгляды гостей.

– Приглашаем всех присоединиться к нам! – выкрикнула запыхавшаяся Алина в микрофон.

И, как по мановению

волшебной палочки, заиграла душераздирающая композиция группы «Aerosmith». Саундтрек к легендарному фильму «Армагеддон» с Брюсом Уиллисом, Беном Аффлеком и Лив Тайлер в главных ролях.

Повернув голову, я зацепила взглядом одну из пар на танцполе и ощутила что-то вроде удара ножом в подреберье. Самый шикарный мужчина в этом зале плавно раскачивался в обнимку со своей ослепительной спутницей, а их губы скользили в опасной близости друг от друга.

И тут меня накрыло.

Ведь это была наша песня…

Наш первый медляк, после которого мой мир окончательно рухнул к его ногам…

«Саш, я не танцую. Заруби это на своем аккуратном носике».

«А если я тебя заставлю? М?»

«Ну попробуй…»

И ведь заставила. Мы каждый день танцевали. На танцполе. На пляже. В койке. А теперь он кружил в объятиях другую.

Больнее всего, когда кто-то заставил тебя чувствовать себя таким особенным вчера и таким ненужным сегодня.

– Ты ведь мне не откажешь, крошка? – нагло ворвался в мою зону комфорта Павел Левицкий.

Разумеется, я о нем наслышана и часто видела во время работы в «Патриках». Депутатский сынок. Мажор. Балагур. Высокий. Статный. Его каштановые волосы модно подстрижены, виски выбриты, а сам самопровозглашённый тамада упакован в брючный костюм насыщенного винного оттенка от известного модного дома.

– Не откажу! – ответила я с вызовом.

Левицкий положил руки мне на талию, рывком притягивая к своей крепкой груди. Я поморщилась, вдыхая чужой запах. Сомкнув ладони на шее Павла, я покосилась в сторону не моего Артема, притягивая его взгляд.

Почему? – обратилась к нему мысленно.

Вместо ответа несколько головокружительных секунд взгляда глаза в глаза.

И сердце в ошметки.

Я отчетливо слышала, как, взрываясь, гасли наши звезды, ведь в мистических черных галактиках виновника моей тахикардии не отражалось ни-чего.

Пустота. Ноль. Зеро.

В этот миг блондинка прижалась к его шее губами.

И все у меня внутри содрогнулось от недавнего воспоминания.

– Артем?

Он поднял голову и так бесстыже на меня посмотрел.

У тебя засосик вот здесь. На шее…»

– И кто же мне его поставил? М? Сахарная Саша?

Вместо ответа я снова прижала губы к его солоноватой коже и слегка прикусила ее.

– Мне нравится оставлять на твоем теле отметины. Мой Темный.

Сахарная Саша и горький Тема.

Похоже, мы действительно остались лишь в воспоминаниях.