Моя кровь

Zeynab Murad

Костюм папочки заключался в окровавленной белой рубашке, брюках и галстуке, а мой состоял из черного топа с шортами и такой же рубашки.

Я попросила Алекса примерить всё заранее, чтобы я могла исправить все недочёты.

Я разложила несколько аксессуаров: ножи и пистолеты, чтобы он мог выбрать себе что-то, а сама отправилась в ванную переодеваться.

Одевшись, я добавила дополнительные штрихи в виде колготок в сетку, портупеи на всё тело и украшений.

Я заходила в спальню, но решила остановиться

у двери и посмотреть на Алекса.

Он был уже в маске и поправлял свой галстук.

Чёрт, Алекс в костюме всегда выглядит уж очень сексуально.

— И долго ты собираешься подсматривать?

Упс, кажется меня заметили.

Он взял со стола нож, который я оставила и стал подходить ко мне.

— Я… Я не хотела…

— Разве ты не знаешь, что подглядывать за взрослыми не хорошо? — его голос звучал строго и властно.

Я опустила голову и скрестила руки за спиной.

Он положил кончик ножа на мой подбородок и поднял его.

— Отвечай, когда с тобой разговаривают, — Алекс никогда не использовал повелительный тон со мной и то, что я не могла увидеть выражение его лица под маской, заставляло меня нервничать сильнее. За всё это время я привыкла к нашим играм, но это было в первый раз, она была опасная и интригующая и очень мне понравилась.

— Прости, папочка, — сказала я, пытаясь найти его глаза под ярко красным цветом маски.

— Так не пойдёт, я думаю стоит проучить тебя, чтобы ты хорошо запомнила.

— Нет, пожалуйста, я больше так не буду! — моё тело пылало от адреналина, мне не хотелось, чтобы он останавливался.

— Ты думаешь меня так легко убедить? —н он демонстративно поднял нож и покрутил его в руке, осматривая.

— И это ты называешь ножом? — он подошёл к тумбочке и взял наручники.

— Руки! — скомандовал он.

Я молча послушалась.

— Никуда не двигайся, если не хочешь пожалеть об этом. Поняла меня?

— Да, папочка.

— Умничка.

Он ушёл и моё сердце было готово выпрыгнуть от предвкушения.

Через минуту послышались его шаги, он появился, и я заметила настоящий нож в его руках. Алекс стал идти на меня, и я попятилась назад. Он не переставал двигаться, пока моя спина не ударилась об стену, и мне не пришлось остановиться.

— Ты никуда не денешься от меня, детка. — На моём подбородке теперь уже был конец настоящего, острого ножа, — машинально я зажмурилась.

— Смотри на меня.

Я повиновалась ему.

— Пожалуйста, не делай мне больно, — я была готова поспорить, мои глаза говорили обратное.

—Это ты должна заслужить, — остриё стало медленно перемещаться с моего лица на шею.

— Фрейя, ты же не будешь больше ослушиваться?

— Нет, папочка.

Нож пропутешествовал до конца моего топика, и Алекс повернул его остриём к верху.

Одним быстрым движением

чёрный материал оказался на полу.

— Обещаешь быть послушной девочкой?

— Д-да, — я запнулась из-за прилива крови к сердцу.

Острие ножа спустилось к пуговицам моих шорт.

— Сними их.

Я сняла с себя всё, кроме портупеи.

Алекс приблизил ко мне лицо и сказал:

— Ты врёшь, ты не послушная девочка! Грязная, привранная девочка. Скажи, что не хочешь, что тебя не заводит маска?

— Нет.

Враньё.

— И ты не хочешь, чтобы я трахнул тебя в ней?

— Н-нет.

Да.

Он грубо обхватил ладонью влагалище, его средний и безымянный пальцы нежно входили между половыми губами.

Я выпустила стон от неожиданности.

— Поэтому ты мокрая? — он усмехнулся про себя.

— Я не-

— Разве я разрешал тебе говорить, Фрейя? Повернись ко мне спиной.

Я сделала, как он велел и услышала щелчок замка молнии.

Я знала, что он вытащил, и была готова ощутить это внутри.

Вдруг я застыла от осознания происходящего.

Мы никогда не занимались анальным сексом.

Он выключил свет.

— Подожди, я не. . Ауч! — не успела я договорить, как Алекс шлёпнул меня по заднице.

— Что я говорил о разговорах?

— Пожалуйста… — в этот момент я поняла, что во мне нарастает настоящее чувство страха.

Я ощутила, как головка его члена слегка прижалась ко мне.

— Успокойся милая и прими его, как моя маленькая послушная девочка, — на слове «девочка» он стал медленно вводить свой член.

Из меня вырвался сильный крик, который перешёл в некое подобие мычания.

Чёрт, это было больно, но наряду с нашей игрой, это было новым чувством, которое меня только заводило сильнее.

— Да, детка, возми мой член в свою сладкую, милую девственную попку, — Алекс стал толкаться дальше, отчего у меня началась паника. Он был большим, но сейчас размер ощущался гораздо сильнее.

Он сделал паузу.

— Как ты? — прошептал он.

— Не останавливайся, — ответила я.

После моих слов, он вогнал свой твердый член на всю длину.

Стон был от боли, страха и удовольствия.

— Вот так. Возьми его, возьми всего, хочешь ты этого или нет, — его голос звучал хрипло.

Я стонала и кряхтела при каждом новом толчке. Мы никогда не трахались так жёстко, и сама жестокость всего этого сводила с ума от вожделения.

Он потянулся вперед и взял меня за горло, слегка душа.

— Чёрт.

Он набирал скорость, и казалось, что был близок. Моё зрение померкло, а тело больше не казалось моим собственным. Я чувствовала фейерверки, которые взрывали мое тело изнутри, и мне это нравилось. В этот раз, когда моё зрение стало меркнуть, у меня закружилась голова.