Моя воля сильна...
Шрифт:
– С удовольствием, - Тсуна даже бровью не шевельнула, как будто это самое обычное дело - принимать угощение от незнакомцев.
Девушка протянула ей бутылку и быстро покинула "место преступления". Тсунаеши осторожно отвинтила крышку и понюхала подозрительную ярко-фиолетовую жидкость. М-да, как примитивно. Нет, ну в самом деле, могла бы скрыть яд получше.
Ядовитый скорпион Бьянки.
Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы узнать вольного киллера, старшую сестру Хаято и наследницу семьи Гокудера.
В том, что это сделал именно Реборн, Тсунаеши не сомневалась.
Она догнала спутников через несколько домов.
– Реборн!
– улыбнулась, мягко, открыто, как только умела.
– Одна девушка сказала, что сегодня невыносимо жарко. И просила передать тебе это в знак своих искренних чувств. Ты же не станешь расстраивать девушку и отнесешься к ее подарку серьезно?
Она протянула ему подаренную Бьянки бутылку. И с удовольствием наблюдала, как Реборн не знает, как ему выкрутиться. Назови Тсунаеши какую-нибудь иную причину, и киллер с радостью бы отказался от воды, но вот любовь... он уже не раз хвастался Даи своим дьявольским очарованием.
Тсунаеши и не думала его отравить, тем более, что Леон наверняка быстро сварганит противоядие. Но вот потрепать нервы...
– Конечно же, нет, - мужчина произнес это глубоким, бархатным голосом.
Они остановились на обочине дороги, чтобы не мешать остальным прохожим. Реборн взял предложенную бутылку, снял с нее крышку. И все это время не отводил взгляда от Тсунаеши. Поединок, глаза в глаза. Тсунаеши догадывалась, что сейчас в ее карих глубинах черти танцуют самбу. И хотела, чтобы Реборн это видел. Знал, чьи это проделки.
И ничего не мог сделать.
Мужчина отпил немного и предложил бутылку девушке.
– Я вряд ли смогу принять ее чувства, поэтому хочу поделиться с тобой ее угощением. Как с другом и сестрой моего подопечного.
О, уже друзья! Как весело! Тсунаеши ощущала, как просыпается, оживает в ней прежний злой азарт Безумной Элис.
– Благодарю за предложение, но вынуждена отказаться, - покачала головой девушка.
– Лучше будет, если ты сам скажешь своей поклоннице о не взаимности ваших чувств. Правда ведь, Даи?
– А... угу...
– брат витал где-то в облаках.
– К тому же, - Тсунаеши усмехнулась, - я больше люблю зеленый чай, чем газировку.
И отпила из припасенной заранее бутылки.
Этот раунд вновь остался за ней.
Дома ее ожидал ядовитый пирог прямо в голову. Тсунаеши чудом успела уклониться, охнув, когда увидела сквозную дыру в двери, которую проделала безобидная внешне выпечка.
– Ничего себе!
– присвистнула
– О, Тсуна, вы уже вернулись!
– из кухни вышла сияющая Нана, приехавшая из гостей.
– Это Бьянки, сестра друга Даи-куна, Хаято-куна. Она поживет у нас какое-то время. Правда ведь здорово?
– Конечно, мам, - улыбнулась Тсуна.
За спиной раздались подозрительные хрипы и стоны. Тсунаеши обернулась. Гокудера-младший скорчился на земле, схватившись за живот, изо рта у него шла пена.
– Гокудера-кун, что с тобой?
– Сес... сестра...
– прохрипел он.
– Какая интересная игра!
– просиял Ямамото Такеши, вызвавшийся пойти с ними.
Тсуна видела, как Даи поник и затравленно огляделся по сторонам.
Действительно, день у Савады-младшего выдался... напряженным. Мало того, что в школе Гокудера со своей преданностью не давал прохода, так еще и по дороге домой постоянно ссорился с Ямамото и намеревался его подорвать. И когда Даи не успевал перехватывать занесенный динамит, все шашки почему-то падали именно на него.
При этом Гокудера не уставал воспевать прекрасные черты внешности и характера своего Джудайме.
– Я хочу убить тебя!
– Бьянки достала откуда-то пиццу.
Тсуна порадовалась, что мама уже вернулась на кухню.
– Зачем?
– спросила она, уклоняясь от размахивающей опасной готовкой девушки.
– Потому что если вас не станет, Реборн вернется ко мне, в Италию!
– фанатично заблестели глаза Бьянки.
– Мы поженимся, у нас будет много детей. И наша любовь будет жить вечно.
– Бьянки была моей любовницей, - любезно пояснил со стороны киллер.
– Четвертой, - добавил, призадумавшись.
Он с садистским наслаждением наблюдал за тем, как итальянка пытается избавиться от Савады-старшей. Несмотря на свой фанатизм, препятствие на пути к главной цели - Даи - она определила верно.
– Это всего лишь работа, Бьянки, - Тсуна замахала руками.
– Она закончится, и Реборн вернется в Италию. А до этого времени ты можешь жить с нами, общаться со своим любимым, - нежный голосок и побольше счастья в глазах от возможности помочь такой красивой паре.
– Я только надеюсь, что... может быть...
– она немного замялась, смущенно покраснела, для чего пришлось вспомнить некоторые... очень приятные вещи.
– Может быть... вы захотите провести свадьбу здесь, в Японии?
Где-то за ее спиной поперхнулся Реборн, радостно засмеялся Даи, глядя на ошарашенное лицо репетитора. Правда, он быстро стушевался и предпочел с помощью Ямамото утащить Хаято к себе в комнату. Тот до сих пор не пришел в себя.
Бьянки остановилась, в ее глазах появилась задумчивая дымка. Наконец, она просияла.
– Да, думаю, это будет великолепно!
– пропела она. Пицца исчезла, Скорпион схватила Тсунаеши за руку.
– Ты тоже видишь сияние нашей с ним вечной любви?