Мозаика сердца
Шрифт:
Пока Дэвис Аркарт говорил все это, император Марилии сосредоточенно пускал в моего мужа огненные стрелы, искры некоторых из которых попали в цель и серьезно ранили белого волка, несмотря на всю его ловкость и быстроту. Они буквально выжигали дыры в его теле. Но и волк несколько раз задел императора огромными когтями, и одно плечо императора было в клочья разодрано, а бедро сильно кровоточило, от чего он сильно припадал на него.
Император Марилии был магом-универсалом и, пользуясь способностями, то опутывал лапы волка лианами, то посылал на него маленькие ураганы, то кидал огненные фаеры. Дар
Неожиданно я натолкнулась на серьезный и мрачный взгляд Кирстана. Он стоял бледный и напряженный в нескольких шагах от нас и, похоже, пытался поймать мой взгляд. Когда наши глаза встретились, в глазах Кира будто мелькнуло облегчение.
Друг смотрел на меня твёрдым уверенным взглядом, будто желая поддержать. Я, наверное, ответила ему растерянным и беспомощным, поскольку именно так сейчас чувствовала себя, и увидела, как его глаза сощурились и застыли.
"Все будет хорошо, какой бы результат схватки не был. Не бойся, хорошая моя", — мысленно услышала его спокойный голос.
"Кир?! Но как?!" — я изумленно уставилась на него.
"При любом раскладе Андриан не получит тебя, не переживай, — спокойный ответ. — «Ментальные возможности» помнишь? А у нас блок от одной "королевской слезы", и я решил попробовать», — серьезно ответил он.
— Кирстан! Пока я рискую жизнью из-за прекрасной Анны, ты строишь ей глазки?! — услышали мы разъярённый рёв марилийца и он в бешенстве пустил в моего друга стрелу огня, которая могла за секунду его сжечь.
Кирстан ловко уклонился, уйдя от опасности. А потом сразу же два соперника вновь столкнулись в смертельной схватке, потому что, воспользовавшись тем, что марилиец отвлекся на Кирстана, Дар набросился на него. Император Адриан с рыком разъяренного медведя неожиданно достал тонкий стилет, на рукоятке которого сияли ярко-красные руны. Магически заговоренный стилет. Дар тут же взвыл, а мое сердце остановилось.
"Нет!" — безумно испугалась я.
Дэвис уже обнял меня за плечи и так сильно сжал, что я еле дышала. Я вцепилась руками в его каменную руку со всей силы, чуть не сломав себе пальцы.
— Если Дарен не справится, придется отдать марилийцу не только сестру, но и тебя, — процедил напряженно оборотень.
Я снова дёрнулась, вырываясь. Хотела броситься к Дарену и закрыть его собой, но Дэвис Аркарт вновь удержал меня.
Враги катались по земле, и кто из них рычал больше, я не понимала, потому что марилийский император тоже был в совершенном бешенстве. Он снова и снова со всей силы вонзал стилет в спину и бока Дара, а тот разрывал огромными когтями тело врага. Марилиец оказался безумно силен, и одной рукой умудрялся отпихивать от себя огромную раскрытую пасть волка, который хотел вцепиться ему в шею, а второй без конца вонзать в его тело смертоносное оружие.
Кровавая человеческо-волчья масса каталась и выла, и я больше не могла смотреть, как убивают Дарена, и, развернувшись, уткнулась в грудь чудовища, который все это устроил.
— Я не могу на это смотреть. Я ненавижу вас. Будьте прокляты! — голосом, который сама не узнала, прошептала.
— Дарен знал, на что шел, —
Я вскинула недоверчивые глаза и встретилась с серьезными серыми глазами Дэвиса.
— Ради меня он снова рискует жизнью? — с болью спросила.
— Ради империи и ради тебя, — сухо ответил император. — Я дал ему кровную клятву. Если он пойдёт на это — я отпускаю тебя, когда выйдет срок.
— Но почему?
— Потому что он любит тебя, — пожал он плечами, как будто это было совершенно очевидно.
Я с усилием обернулась и увидела шатающегося и окровавленного императора Марилии, жутко хрипящего и злого, который навис над огромным распластанным телом Дара, который уже практически не дышал.
Сердце упало вниз и с огромным шумом стало падать… и падать, а шум отдавался в ушах и не проходил. Внутренний холод стал просачиваться в вены и распространяться по всему телу, замораживая меня.
— Скажи ему «Вставай, Дар!», как тогда на турнире, и он встанет, — требовательно процедил император Аркарт. — Ну, же! Ты его истинная! Он услышит тебя! Не молчи, демоны тебя дери!
— Дар! — сипло прошептала я, горло сковало холодом. — Вставай! — еще тише произнесла, чуть не теряя сознание. — Пожалуйста, — совсем беззвучно добавила и окончательно застыла, чувствуя, как из тела волка уходят последние искорки жизни.
Не знаю, услышал ли Дар мое сиплое бормотание или нет, но он сделал вдруг совершенно невероятный жуткий рваный рывок и все-таки схватил кинжальными зубами за горло императора Марилии, перегрызая его. Марилиец совсем не ожидал от него такой прыти и собирался уже сжечь тело волка огненными молниями.
Послышался хруст ломаемых костей. Но враг успел нанести еще один удар огромному белому волку, — последний, прямо в шею, из которой фонтаном хлынула кровь. Дар тяжело упал сверху поверженного тела своей жертвы.
На земле лежали два бездыханных тела.
С безумной силой я вырвалась из объятий императора и бросилась к Дару, упала на колени. Он еле дышал и смотрел на меня тусклыми голубыми глазами, из которых стремительно уходила жизнь.
— Пожалуйста, не бросай меня, — надрывно прошептала я, зарываясь пальцами в кроваво- белую шерсть, но он издал только надсадный хрип и закрыл стекленеющий взгляд.
Я услышала рядом глухой голос Кира:
— Мой император мертв. Он несколько раз ранил твоего мужа заговоренным магическим кинжалом. Шансов нет, Лори.
Волк перестал подавать признаки жизни, и я испугалась. Очень-очень испугалась, что больше никогда не увижу ярких голубых глаз мужа, не почувствую крепких надежных объятий, не приникну к мягким жадным губам. Больше не будет страстных ночей и жарких признаний. Больше ничего не будет. Никогда. И странный пронизывающий холод продолжал по венам проникать в весь организм. Меня начало трясти от озноба.
— Ему, возможно, могло бы помочь место огромной энергетической силы, а в данном случае — это только Грот оборотней, — серьезно произнёс подошедший император. — Но даже эликсир перемещения не сможет пробить магическую защитную завесу Грота. К нему надо идти пешком и проходить через лабиринт. Времени нет. Дар умирает, Анна. Прости.