Мозаика сердца

Палей Натали

Встречающиеся по пути слуги улыбались и поздравляли меня с днём рождения.

Мастер Дулье уже сражался с молодым оборотнем, Каем Донором, секретарем мужа, а я занялась разминкой, чтобы им не мешать. Они отсалютовали мне, дав понять, что заметили меня, но я недолго разминалась, так как в зале появился сам Дэвис Аркарт, который также был одет в тренировочный костюм, и принёс с собой тренировочную трость. Я удивилась его появлению: разве муж отправился не к нему во дворец?

— Анна! — расцвёл он, как и всегда, когда видел меня.

Широкими шагами он за секунду преодолел разделяющее нас расстояние, уверенно подхватил меня за талию

и приподнял до уровня глаз.

— С днём рождения, моя красавица, — с широкой улыбкой произнёс он и поцеловал меня сначала в одну щеку, а потом во вторую.

На мгновение император уткнулся в мою шею, пробормотав:

— Вы, как всегда, умопомрачительно пахнете.

— Малаэрд, — присела я в реверансе, когда император поставил меня на ноги. — Спасибо за поздравление! Вы составите мне пару для тренировки? — тренировочную маску я откинула в сторону. Император просил ее не надевать, когда я сражалась с ним.

— Анна, когда вы уже будете звать меня Дэвис? — недовольно поинтересовался император, вставая в стойку. — Кстати, подарок вы получите вечером на балу, а цветы уже сейчас заносят в комнату.

— Никогда, малаэрд, — ослепительно улыбнулась я, делая быстрый выпад из приветственной стойки. — Зачем нам эта фамильярность? И, кстати, где мой муж?

Император с лёгкостью отбил удар.

— Я хочу, чтобы вы допускали по отношению ко мне фамильярность, — тонко улыбнулся он в ответ, блеснув белоснежными зубами. — Хотя бы иногда. Хочу услышать своё имя из ваших уст. А Дарена отправил в его научный центр, где произошло небольшое происшествие.

— Желание моего императора для меня не пустой звук, — рассмеялась я, кружа вокруг этого самого императора и выискивая слабое место в его защите. — Дэвис, будьте внимательны, — произнесла негромко и с легким придыханием. — Дэ-вис, — произнесла тихо по слогам, внимательно наблюдая за ним.

Император Аркарт на мгновение замер, с жадностью наблюдая за мной, за моими губами, произносившими его имя, и мне хватило этого мгновения, чтобы прорваться через его защиту и ударить в болевую точку на бедре.

— Ох, чтоб демоны тебя сожрали, хитрая бестия, — проскрипел он зубами от боли, еле сдерживая смех.

Я тоже рассмеялась, а в следующее мгновение Дэвис Аркарт уже скрутил меня в бараний рог сильными ручищами, и я беспомощно трепыхалась в его крепких объятиях. Он же очень довольный хохотал, с удовольствием прижимая меня к себе, зарываясь лицом в косу и вдыхая запах кожи.

За истёкшие три года наши отношения с императором оборотней сильно изменились. Я постоянно ходила по лезвию ножа, балансируя и нарываясь на неприятности, но все же рисковала, постоянно флиртуя с ним.

Дэвис Аркарт вскоре стал выделять меня среди подданных, давая понять, что я нахожусь под его личной защитой и пользуюсь его особым расположением. Я находилась практически в положении его фаворитки, за тем исключением, что не делила с ним постель. И это, к счастью, также знали все. Насчёт последнего обстоятельства он постоянно намекал, что собирается это исправить после истечения срока моего магического брака, пока же он не позволял себе вольности, за исключением скручивания моих рук во время совместных тренировок и жадных откровенных взглядов, которых он не скрывал от меня. В постели же фавориток он менял чаще, чем рубашки.

Император начал восхищаться мной практически сразу после бала, устроенного в честь новых лаэрда и лаэрдины Севера, на котором Дэвис Аркарт впервые

увидел меня после преображения. Тогда я впервые надела шедевр дизайнерского искусства мастера Одина, который представлял собой восхитительное шелковое сочетание скромности и роскоши цвета лаванды. Своим образом тогда я покорила всех, сразу и, похоже, что навсегда, изменив направление в придворной моде.

В тот день император Аркарт, как и остальные оборотни, при виде меня просто потерял дар речи. Он танцевал со мной не один танец, а целых пять, чем привёл в недоумение подданных, и моего мужа тоже. Первый танец тогда прошёл между нами почти в полнейшем молчании, настолько он был поражён моим преображением. Я же тоже молчала, внутренне наслаждаясь своим маленьким триумфом. Император Аркарт весь приём буквально съедал меня своими потрясающими глазами, а когда уходил, то проникновенно и открыто, к моему удивлению, признался, что отныне его сердце в моих маленьких прекрасных ручках.

Глава 22

После того бала Дэвис Аркарт стал частым гостем во дворце лаэрдов Севера, чем очень раздражал моего мужа, и радовал меня. На все праздники он стал дарить очень дорогие драгоценности и другие ценные подарки.

Почему я радовалась его вниманию? Потому что, ещё тогда, проанализировав складывающиеся между нами двусмысленные отношения, я пришла к выводу, что мне выгодна симпатия императора, но нужно было выяснить, насколько она соответствует истинному положению дел, не специально ли он усыпляет мою бдительность, чтобы выведать мой сокровенный секрет про артефакт.

В результате разведывательных действий (подслушивания с помощью эликсира перемещения) я пришла к следующему: первое — я очень нравлюсь ему; второе — он хочет совместить приятное с полезным, и все же вызнать про артефакт; третье — муж возмущён тем вниманием, которое император оказывает мне, и против него; четвёртое — императора мнение моего мужа не волновало.

Узнав все это, опасаясь особой магии императора, которую он время от времени применял ко мне, и к которой после Грота я стала не столь восприимчива, чувствуя его симпатию, я решила настолько заморочить голову Дэвису Аркарту, чтобы при виде меня он мог думать только о том, когда сможет затащить меня в постель. В результате император задарил меня подарками, на всех приемах во дворце в столице я была его дамой, и Дэвис Аркарт стал появляться в нашем дворце в последнее время чуть ли не каждый день.

Почти все подарки императора я надевала один раз и отдавала Алану Бродли, который осторожно продавал их где-нибудь в Свободных землях, а на вырученные деньги покупал магическое оружие и бомбы для готовившегося восстания тангрийцев.

— Анна, сегодня я буду вашим единственным партнером на балу, — прошептал император мне на ухо, как будто случайно задев его губами, возвращая меня в реальность.

Император, если хотел, обладал потрясающим обаянием, которое он полностью применял на мне, и мне сложно было противостоять ему.