Мстители Каррига

Браннер Джон

– Да, я думаю, что ты - человеческое существо, - сказал Саикмар с запинкой.
– И все же… Нет, я был бы наивен, говоря такое…

Она сразу же поняла. Посмотрела на него большими глазами.

– Нет!
– прошептала она.
– Как я могла об этом не подумать! Ты надеешься, что я - сверхчеловек, не правда ли? Потому что ты нашел меня в гнезде паррадайла, а паррадайл в Карриге священен. Ты желаешь видеть во мне посланца богов, пришедшего, чтобы вернуть тебе родину!

Он долго не отвечал; потом едва заметно кивнул.

Маддалена

злилась на себя. Причина его охлаждения была столь очевидна, а она ее не заметила! Естественно, что все связанное с паррадайлом Саикмар принимал на свой счет, и когда он услышал от Найлоу подтверждение своей мысли, что прибытие девушки - божественное знамение, то надежды его неизмеримо возросли. Когда же старая жрица объявила, что незнакомка послана, дабы спасти праведников от голодной смерти, это было для него страшным ударом.

Она пыталась подбодрить его, но слова ее звучали неубедительно. Она не верила, что он - единственная надежда Каррига, и, вероятно, в это не верил он сам; он лишь внушал это себе, чтобы жизнь для него не потеряла смысла.

Может быть, через несколько дней он справится с подавленностью и потянется к людям, подумала она.

Расстроенная, Маддалена отправилась побродить по коридорам и вблизи входа в святилище наткнулась на плачущую Петтаджем - девочку со старческими глазами, постоянную спутницу Найлоу.

– Петтаджем! Что с тобой?
– склонилась Маддалена к девочке.

Губы малышки дрогнули, большие влажные глаза испуганно распахнулись, но она ничего не сказала. Маддалена вздохнула. Вероятно, лучше не вмешиваться, подумала она, и собиралась уже пройти дальше, но, услышав странные звуки, замерла, прислушиваясь. Похоже, кто-то пытается проломить снежную стену…

Маддалена взглянула на Петтаджем. Если там дикий зверь, то нужно что-то делать. Она спросила:

– Тебя пугает этот звук?

Петтаджем кивнула.

– Ты рассказала об этом Найлоу?

– Д-да!
– задыхаясь от слез, ответила девочка.
– Она говорит, что это - тот проклятый, который снова хочет сюда!

Маддалена покачала головой. Граддо давно уже мертв, в призраков она не верила, а это царапанье и потрескивание были вполне реальны.

– Здесь, на севере, есть большие дикие звери?
– спросила она девочку.

Петтаджем ответила отрицательно:

– Самый большой зверь, который тут может жить, это квет, а кветы зимой спят.

Если бы это был квет…

Внезапно ее осенило. А что, если это человек, может, майор Лангеншмидт, который выжил при крушении бота и каким-то образом добрался сюда? Эта мысль настолько захватила ее, что она, не обращая внимания на предостерегающие крики девочки, направилась к снежной стене и трижды ударила по ней кулаком. Снег был сильно утрамбован и хорошо проводил звук.

С той стороны ответили тремя ударами. Она увидела в этом подтверждение своим мыслям, развернулась и схватила Петтаджем за плечи:

– Иди и скажи Найлоу, что это не дух!

Вытащив нож, она решительно начала долбить стену.

Испуганно вопя, Петтаджем бросилась прочь.

Неведомый копатель поработал уже хорошо. Не прошло и пяти минут, как в снежном валу образовалась брешь, в которую устремился арктический ветер, швырнувший ей в лицо колючие снежинки. Она непроизвольно отпрянула. Когда незнакомец сильными ударами стал расширять дыру, из стены выпали уложенные в нее ледяные блоки весом фунтов в двадцать.

Маддалена отерла лицо, посмотрела в дыру, помедлила, не веря своим глазам, посмотрела снова и начала хохотать. За ее спиной в проходе собирались люди - Найлоу, священники, несколько беженцев и Саикмар. К нему Маддалена и обратилась:

– Вот твое знамение, предназначенное только тебе и никому другому! Смотри!

Саикмар кивнул и невольно улыбнулся. Заулыбались и все остальные. Несмотря на внушительные размеры нарушителя спокойствия, серьезно воспринимать его было нельзя - до того у него был жалкий вид: покрытый коркой смерзшегося снега, он съежился от холода, опустил голову, а крылья его тряслись мелкой дрожью.

Это был их друг-паррадайл.

16

О допуске паррадайла в убежище споров было значительно меньше, чем в случае с Маддаленой. Отчасти потому, что судьба Граддо изрядно отрезвила беженцев; отчасти потому, что синтезатор работал нормально и никто не мог пожаловаться на недостаток еды. Но главная причина состояла в том, что и священники, и беженцы были до глубины души потрясены следовавшими друг за другом чудесами и безропотно подчинились воле провидения. Несомненно, мирное поведение паррадайла (который считался опасным диким зверем) для них означало, что здесь вмешалась могучая магия.

Саикмар, который как участник Королевской Охоты уже изучил привычки паррадайла, рассказывал жителям святилища о добром характере животного и высказал мысль, что оно оказалось неспособно выдержать холод арктической зимы, несмотря на теплое гнездо.

– Я был изумлен, когда увидел, что этот паррадайл построил себе гнездышко!
– сказал он.
– Такого никогда не было, ни один человек об этом не слыхал!
– Он взглянул на Маддалену, которая стояла возле паррадайла и рассеянно гладила его голову; она внезапно побледнела.
– Что-то случилось?
– спросил он.

– Н-ничего, - пробормотала она. Но уже второй раз с момента прибытия на планету она бы с удовольствием наградила себя пинком, потому что проглядела очевидное. Саикмар уже упоминал, что это единственное в своем роде гнездо паррадайла, а она была невнимательна!

Изобрести гнездо… Если этот зверь действительно додумался, что в этом климате нужна изоляция для сохранения тепла, то это было свидетельством наивысшего уровня разумности в негуманоидном существе!

Она овладела собой и начала давать указания, которые выполнялись, скорее всего, только потому, что все были слишком смущены появлением паррадайла.