Мучимые ересями
Шрифт:
Выражение лица Рэйза было натянутым, но он сумел криво улыбнуться, когда она посмотрела на него. Сихемпер одобрительно улыбнулся ему в ответ, затем в последний раз оглядел спальню, прежде чем выйти.
— Я приведу сюда Дейшина с ружьями и пистолетами, Ваше Величество.
— Спасибо, Эдвирд. — Она последовала за ним к двери, затем наклонилась ближе, приподнялась на цыпочки и поцеловала его в бородатую щёку. — Я люблю тебя, — тихо сказала она.
— Я знаю, Ваше Величество. — Он снова коснулся её лица. — Я знаю.
* * *
—
Командиры двух других групп кивнули. Реорганизация их людей заняла больше времени, чем они ожидали. С другой стороны, уединённость конвента означала, что у них впереди целая ночь, и они вполне могли потратить время на то, чтобы сделать всё правильно. Без сомнения, гвардейцы по ту сторону стены конвента делали то же самое, и никто из них не был особенно рад этой мысли, но оставалось лишь ограниченное количество телохранителей Шарлиен, которые могли что-то делать.
Ларак и Абилин перераспределили своих оставшихся людей, чтобы у каждого из них получилось по чуть меньше половины сил, с которыми они начали эту ночь. До сих пор невредимая команда Дейвиса была всё ещё в полном составе, и это давало Храмовым Лоялистам в общей сложности чуть более ста пятидесяти человек.
— У них было время оправиться от неожиданности и навести у себя порядок, — продолжил Дейвис. — Они не собираются легко сдаваться. Убедитесь, что ваши люди это понимают.
Ларак и Абилин снова кивнули, хотя в глазах Абилина мелькнуло что-то, что могло быть похоже на негодование. Он не нуждался в том, чтобы Дейвис рассказывал ему о том, что его собственные люди уже выяснили на собственном горьком опыте.
Дейвис увидел выражение лица собеседника и хотел было сказать что-то ещё, но передумал. В конце концов, если Абилин думал именно об этом, он был в чём-то прав.
— Хорошо, — повторил он вместо этого и мрачно улыбнулся, указывая на завёрнутый в клеёнку пороховой заряд, прикреплённый к запертым главным воротам. — Я почти уверен, что вы оба услышите сигнал к атаке.
* * *
Когда внезапный раскат грома и ослепительная вспышка, никак не связанные с грозой, разорвались в темноте, Андрей Хаскин поднял голову.
— Приготовиться! — крикнул он, и его оставшиеся люди напряглись в готовности.
* * *
Люди Дейвиса с рычанием ворвались в разрушенные ворота. Они неслись сквозь дождь к гостевому дому, не делая никаких попыток подкрасться незаметно. Единственная причина, по которой он использовал порох, чтобы открыть ворота вместо того, чтобы просто перелезть через стену, заключалась в том, чтобы как можно сильнее сосредоточить внимание гвардейцев на своей атаке. Он хотел, чтобы защитники Шарлиен смотрели в его сторону, когда Ларак и Абилин — перелезшие через стену — неожиданно нападут на них с боков.
Сам Дэйвис одним из первых ворвался в ворота. Четверть от его восьмидесяти пяти человек несла арбалеты, хотя вероятность того, что они действительно смогут использовать их в бою, подобном этому, была очень мала. Все Храмовые Лоялисты
Вывести так много людей на позиции для атаки конвента, так, чтобы никто не заметил этого, было достаточно сложно, даже используя оружие, которое можно было легко спрятать в разного типа сельскохозяйственных фургонах, которые не вызвали бы слишком большого удивления в таком малонаселённом районе. Попытаться проделать то же самое с десяти или двенадцатифутовыми пиками было бы гораздо труднее. Он знал и принимал это с самого начала, но не рассчитывал на то, какое большое преимущество даст гвардейцам длина их ружей. Что бы ни думали Ларак и Абилин, он знал, что они понесут ещё большие потери — вероятно, тяжёлые — прежде, чем закончится эта ночь.
Но с численным преимуществом более шести к одному они могли позволить себе людские потери.
* * *
— Следить за флангами! — крикнул Хаскин, когда первые атакующие фигуры смутно нарисовались в грозовой темноте. Затем внезапная, мертвенно-бледная вспышка сине-белой молнии окрасила темноту в пурпурный цвет и высветила ему массу людей, несущихся к нему… как раз в тот момент, когда приближающиеся Храмовые Лоялисты споткнулись на каменных глыбах, разбросанных Сихемпером на подходах к гостевому дому.
Зубы лейтенанта Гвардии обнажились в хищной ухмылке, когда люди начали падать, причём некоторые из них кричали от боли в раздробленных лодыжках, а безрассудная атака их товарищей сбавила темп. Эта неожиданность даже близко не подошла к тому, чтобы остановить их, но она разбила их строй, оставила дыры в их рядах и значительно замедлила скорость их движения.
Самые первые из них добрались до позиции Гвардии позади дуги из фургонов и сельскохозяйственного оборудования, защищающей единственную дверь гостевого дома. Они бросили себя вверх и через препятствие, только для того, чтобы попасть на смертоносные штыки, ожидающие их с другой стороны. Острая сталь вонзалась в мягкую плоть, вскрывая животы и грудные клетки, перерезая глотки, и люди закричали в агонии, когда кровь брызнула и задымилась под проливным дождём.
Штыковая подготовка для Имперской Гвардии была разработана майором Клариком и капитаном Атравесом. Она отражала не только факт преимущества в пределе досягаемости ружья перед мечом, но и тот факт, что ружьё короче и удобнее копья или пики. Что оно может быть использовано для парирования или блокирования, а также для атаки… и что оно может убить или искалечить с любого конца.
Люди, нападавшие на гвардейцев Хаскина, никогда не сталкивались ни с чем подобным. Они ожидали, что дождь нейтрализует ружейный огонь гвардейцев, и так оно и было. Чего они не ожидали, так это абсолютной смертоносности винтовок со штыками в руках людей, которые точно знали, что с ними делать.