Мудрец_05

Соболь Е.

– У нормальных людей висят футболисты, актеры всякие, герои из комиксов, а у тебя… – Его палец ткнул в «Звездную ночь» Ван Гога.

Паша покраснел, яростно запихивая в рюкзак первые попавшиеся вещи.

– Это тебя папаша, что ли, заставил?

– Нет. Он даже не знает. Это мои плакаты. То есть я все думал, что он зайдет и спросит, но он не… Неважно.

– Знаешь, я раньше думал, что у меня семейка чокнутая, но куда нам до… – Илья вдруг напрягся, не договорив. Паша выпрямился, застегивая рюкзак, но Илья смотрел не на него, а куда-то в прихожую. –

Твоя мать вернулась.

Ответить ему Паша не успел – он тоже услышал. В замке повернулся ключ.

Показалось, что невидимая рука схватила его за горло. В голове медленно проползла мысль. Всего ключей от квартиры три: один лежит у него в кармане, другой – у отца, третий – у уборщицы. Но она приходит по субботам, а сегодня пятница, и, судя по тихому, вкрадчивому повороту ключа, это не уборщица. У Моржа откуда-то взялся ключ отца, хотя отец никогда не отдал бы ключ чужому. Значит…

Получается, Морж не испугался. Он решил дождаться, пока они про него забудут, влезть в квартиру и закончить начатое. Но он же видел, что Илья не ушел. Что он с ним-то собрался делать? Наверное, реально обиделся на тот удар.

Пока Паша стоял, застыв посреди комнаты, Илья продемонстрировал, что иногда полезно меньше думать. Он бросился в прихожую, уперся двумя руками в стол под зеркалом и, царапая паркет, дотолкал его до двери как раз в ту секунду, когда замок щелкнул и дверь распахнулась. Точнее, собиралась распахнуться, пока ей не помешали двадцать килограммов антикварного дерева.

Илья решил не останавливаться на достигнутом и подпихнул к двери комод с витым орнаментом, который на вид невозможно было сдвинуть.

– Вы чего, из музея его сперли? – запыхавшись, спросил Илья. Судя по лицу, ему до сих пор казалось, что они отлично проводят время.

– Нет, почему? Папа на аукционе купил.

– Что у вас за жизнь такая! – Илья запрыгнул на комод и сел, болтая ногами. Комод трясся – Морж толкал дверь с другой стороны. – Соседи услышат, что мебель двигаем, жаловаться прибегут.

– У нас ничего не слышно, – пролепетал Паша. – Квартиры все слишком большие, звукоизоляция хорошая.

– Мне б ваши проблемы! Слушай, может, ты отомрешь уже и скажешь, чего нам делать?

И тут с другой стороны двери раздался голос Моржа:

– Паша, открой! Нам нужно поговорить. Я знаю, где твой отец, и отвезу тебя к нему. Я не врал! Просто все сложно, но я объясню, только открой.

Паша вздрогнул. Нет, больше он на это не купится! Даже если Морж знает, где отец, доверять ему – худшее, что можно сделать. Он сунул ноги в кроссовки и подхватил с пола рюкзак. От страха все дрожало внутри, и он повторял про себя: «Я умный, у меня штук двадцать грамот за олимпиады, потому что я умный, а значит, у меня все получится. Побег – просто еще одна задача, которую надо решить».

Паша дернул на себя створку окна.

– Слышь, ботан, когда ты сказал, что тебе есть чем заняться после школы, я думал, ты имел в виду зубрежку. А ты умеешь развлекаться, – одобрительно сказал Илья, глядя

вниз из-за его плеча. – Второй этаж, бывает хуже. Я и с третьего один раз слезал. Ладно, пошли, чего замер? Мне с твоим новым другом тоже неохота встречаться.

– Знаешь, почему мы живем на втором, хотя более престижно жить на верхних этажах? – натянуто спросил Паша. Он стоял и смотрел в окно, комкая лямку рюкзака.

– Тебе даже сейчас обязательно ткнуть мне в нос, какие вы богатенькие? – пропыхтел Илья, деловито перелезая через подоконник.

– Я не об этом. Я высоты боюсь.

Но Илья уже скрылся. Снизу раздалось пыхтение, скрежет и грохот.

Паша прикусил губу, надел рюкзак и, зажмурившись, лег животом на подоконник, а затем, держась за него руками, свесил ноги за окно и болтал ими, пока не наткнулся на дождевой козырек, висевший над окном первого этажа. Козырек угрожающе скрипнул, и Паша собрался в панике влезть назад, но услышал, что входная дверь подалась, и Морж, сдвинув комод, протискивается в квартиру. Паша приоткрыл один глаз и огляделся. Рядом шла водосточная труба. Он ухватился за нее и, ободрав ладони, съехал вниз, лихорадочно думая о том, что совершил самый безумный поступок в своей жизни.

Когда ноги коснулись земли, Паша покачнулся, но устоял и бросился прочь. Илья мчался впереди, Паша – за ним. Они петляли по району, уходя все дальше, в незнакомое царство пятиэтажек. Наконец Илья остановился, прислонившись к обшарпанной стене. Из подвальных окон тянуло чем-то затхлым.

– Все, вроде оторвались. Я отсюда могу в обход домой пробраться, а ты давай, серьезно, позвони своей маме. Может, она поверит тебе теперь, когда к вам в квартиру забрались. Ладно, бывай, ботан!

– Я найду его, – брякнул Паша, вытаскивая из кармана телефон.

– Кого?

– Отца. Сам. Если у него неприятности, ему нужна моя помощь, так? Я его спасу.

Илья неуверенно хохотнул:

– На конкурсе худших идей в истории эта победила бы. Ты что, знаешь, где он?

– Примерно знаю. Где-то под Сочи. Я полечу в Сочи и там разберусь.

– В Сочи? – На лице Ильи появилось новое выражение. – А деньги откуда возьмешь?

Паша нетерпеливо постучал пальцем по экрану – ждал, когда загрузится сайт продажи билетов.

– У меня есть карманные. Я их с собой взял.

– Ты, вообще, в курсе, что до Сочи полторы тысячи километров? У тебя сколько, рублей двести – триста?

– Тысяч шесть.

– Сколько?! Это какие ж у тебя карманы!

– Папа всегда оставляет. Чтобы я его не дергал, если захочу записаться на курсы или книги купить.

– Ты на это тратишь карманные деньги?!

– Так, сайт открылся. В самолет, наверное, не пускают без взрослых, так что лучше поезд. Он, правда, тридцать шесть часов едет, но…

Паша сказал это бодро, чтобы Илья не понял, что мысль провести в поезде больше суток приводит его в ужас. Но Илья явно думал о чем-то другом: ухмылка сползла с его лица, будто ее стерли. Он посмотрел на рюкзак, потом на Пашу и медленно повторил: