Мультилюди
Шрифт:
– Не мудри, Эго, тебе не идет, – буркнул Свин, яростно расчесывая толстую шею. И то верно: больше суток уже не мылись, только бегали да нервно потели.
– Почему ж не идет? – вступилась за меня Тварь. – Пусть говорит.
– Тут не говорить – прыгать надо, – мудро сказал Либидо, прикидывая на вес сумку, набитую найденными в доме полезными вещами.
– Вот и я о том толкую, – подхватил я. – Как обычный человек, «сырье» по-вашему, буду говорить, тем не менее, как более опытный в вопросах скрытности и бегства. Поэтому пойдем мы не в леса, как тут предлагают некоторые, которые леса эти на
– Чего? – набычился было Свин, но был одернут более сдержанным Либидо.
– Очень просто. Пойдем туда, где таких, как мы, полно. Понимаете, о чем я говорю?
… В роли бомжа лучше всех смотрелся, как ни странно, Либидо. Было в нем что-то то ли от опустившегося поэта, то ли от отчаявшегося доцента или школьного учителя труда. При взгляде на него рука невольно тянулась в карман за мелочью.
Свин выглядел обыкновенным спившимся барыгой. Ни капли жалости он не вызывал, скорее готовую вырваться банальную фразу: «Да на тебе пахать надо!»
Тварь, «прикинувшись» попроще, выглядела, как и полагается привокзальной шлюхе. И это как раз вызывало во мне непонятную ревность. Наши отношения так и не успели перерасти во что-то большее, нежели взаимный стеб, подколки и упреки. Впрочем, времени впереди было предостаточно.
На вокзале вакантных мест не оказалось, тем более для такой крупной компании. Тем не менее, «перетерев» с «крышей», мне удалось найти для команды местечко на какой-то затянувшейся стройке, работать на которой отказались даже молдаване. По крайней мере, это означало вагончик на четверых, работу, которая представлялась лучшей маскировкой и гарантией не помереть с голоду, пока не появится возможность безопасно высунуть нос наружу.
Неприятные впечатления от очередного общения с «братками» дополнились их мутными взгляды в сторону Твари, которая, с удовольствием вжившись в роль, вела себя уж чересчур развязно.
Структурированные братки вели себя куда более цивилизованно, нежели их предки-индивидуалы. Но от этого ощущение исходившей от них опасности только усиливалось. Никто не «бычил», не гнул без надобности пальцев. Зато с недругами расправлялись они быстро, четко и безо всякого излишнего антуража.
Вот и теперь трое коренастых ребят в тренировочных костюмах, молча выслушивали меня, предварительно спокойно приняв возвращенный долг. Счетчик, слава богу, они не включали. Пару раз они синхронно повернули головы в сторону стоявших в сторонке братьев-серверов и больше не утруждали себя лишними взглядами. Структура и без них разложила «все по понятиям».
Повернувшись, как по команде, братки прыгнули в джип, и тот с тонким электрическим свистом скрылся в пыли…
…Стройка вызывала ощущение Дрездена, раздолбанного американской авиацией. Во всяком случае, у меня, в котором время от времени просыпался военный.
Совершенно очевидно, что строить здесь братки ничего не собирались, да и не их это профиль. Скорее всего, стройплощадку с материалами у кого-то отобрали за долги, и теперь она пребывала в ожидании покупателя. Отсюда и вытекала обязанность новоиспеченных «молдаван» разгребать мусор и приводить стройку в товарный вид.
…Вагончик оказался тесен, грязен и вонюч. Брезгливый Либидо ушел и через
Немного расчистив этот гадюшник, Свин принялся оборудовать его по последнему слову техники. А именно – кинул на единственный откидной столик свой журнал-ноутбук, который теперь представлял из себя «Охоту и охотничье хозяйство», и подключил беспроводную периферию: прицепил во все углы шарики акустической квадросистемы, по центру потолка прилепил голопроектор, высыпал на стол мобильные принтер, сканер и доисторический модем.
– Модем-то зачем, – поинтересовался я, – Разве в твоем лаптопе нет встроенного?
– Мой комп уже отслеживают, балда, – незлобно ответил Свин. – А этот хоть и примитивный и с черепашьей скоростью, зато не пропускает мультиканал. А значит, можно в обычной сети шариться, не боясь засветиться Структуре.
– Ясно. А принтер зачем?
– Листовки печатать, – немедленно ответил Свин и захихикал.
Как оказалось впоследствии, принтер нужен был не столько Свину, сколько Либидо, у которого оказалось весьма необычное хобби.
– Что это? – спросил я, глядя, как Либидо с усилием выдергивает из сумки громоздкий предмет.
– Это? А, переплетный станок, – рассеянно ответил Либидо.
Впоследствии мне не раз еще пришлось наблюдать, как Либидо, скачав с пиратского сайта какой-нибудь литературный текст, тщательно редактировал его в специальной издательской программе, распечатывал на принтере и переплетал в аккуратненький томик (в сумке оказался также некоторый запас твердых обложек).
Последним этапом творческого процесса было теснение на обложке серебром или золотом имени автора и названия книги. Только после завершения всех этих операций, Либидо мог завалиться на нары и расслабиться за чтением.
Взглянув, как-то, на одну из свежеоформленных обложек, я прочитал: «Под ред. Garilla. Коммерческий взлом мультисистем: теория и практика». Книга в основном состояла из распечатанных форумов на совершенно непереводимом слэнге.
Впрочем, имел место также неплохо оформленный томик Булгакова, а для себя я заказал «Бойцовский клуб» Чака Паланика.
Откуда компания брала деньги на все эти излишества, я не знал. Однако давно уже был не горд и с благодарностью принял как-то от Свина небрежно брошенную пачку купюр среднего достоинства.
«На благие цели», – голосом ментора сказал Свин.
Но житье в вагончике все же приходилось отрабатывать физическим трудом. И каждое утро с восьми утра мы занимались тем, что растаскивали и складывали в штабеля доски и мешки с цементом, катали в тачках разбитый кирпич, разравнивали площадку перед въездом – та должна была произвести на потенциального покупателя хорошее впечатление.
Тварь в спецовке тоже не сильно отставала от парней. Приезжавшие каждый вечер с целью контроля братки как-то отозвали ее в сторону и долго беседовали с ней. Когда я ревниво поинтересовался – о чем, Тварь счастливым голосом рассказала, что ей предложили неплохое место девочки по вызову – не какой-нибудь вокзальной шалавы, а с приличными постоянными клиентами и неплохим процентом.