Мумия идет

Стайн Роберт Лоуренс

Я чуть кивнул и в который раз сделал большой глоток из бокала. Вдруг ниоткуда взялись два охранника в военной униформе, и генерал Рамир приказал им проводить меня в мои апартаменты. И они повели меня по бесконечно длинному коридору, стены которого были покрыты шелковыми золотистыми тканями. Я увидел вереницу портретов в золотых рамах. На них были изображены старомодно выглядевшие люди, все темнолицые и темноволосые, и, скорее всего, коренастые. Все это мои предки? — подумал я.

Возможно, генерал Рамир и его

люди совершили ужасную ошибку: они привезли в Джезикию не того мальчика! Вот и все.

А записка от моих родителей? Еще одна ошибка? Или мои родители тоже пошутили?..

Здесь было над чем подумать. Мне казалось, что моя голова вот-вот взорвется от этих дум!

И вот охранники привели меня в апартаменты: несколько комнат с окнами во двор, посередине которого бил высокий фонтан.

Я вошел в первую комнату, отделанную в золотых, серебряных и красных тонах. Комната была такая большая, что в ней целиком поместился бы наш дом в Лонг-Айленде. Она была обставлена креслами, диванами и такой мебелью, которой я никогда прежде не видел. Но я не стал все это рассматривать, потому что заметил телефон на письменном столе, который стоял у стены. И немедленно понял, что надо делать.

Сразу же надо позвонить домой, маме и папе, сделав вызов через Нью-Йорк. Нужно объяснить им, какая произошла ошибка. Ведь они там очень волнуются. Когда тетя Сандра позвонила им и сказала, что я не прилетел, они, наверное, сошли с ума. И чтобы меня разыскать, им потребуется ФБР и полиция!

Мое сердце сильно забилось, и я, буквально перелетев через всю эту громадную комнату, схватил телефонную трубку.

Мама и папа теперь будут знать, как вызволить меня отсюда, сказал я себе. Они поговорят с этим генералом, и я окажусь на первом же самолете, отлетающем в Нью-Йорк.

Я поднял трубку и стал ждать гудка. Но вместо этого услышал только молчание. Потом щелчок. Затем в моем ухе раздался мужской голос:

— Да, ваше превосходительство. Вы хотите сделать вызов?

— А вы оператор? — проворчал я.

— Да, я ваш оператор.

— Ну… я хочу позвонить в Лонг Айленд, Нью-Йорк.

Я изо всех сил старался, чтобы мой голос звучал спокойно.

— Очень сожалею, но не могу сделать такой вызов.

— Простите… — закричал я. — Вы хотите сказать…

— У меня есть точный приказ, ваше превосходительство.

— Но… но…

— Мне в самом деле очень жаль, сэр. Не хотите ли позвонить еще куда-нибудь?

— Ах да, я хотел бы позвонить в Орландо. Орландо, штат Флорида.

— О, сожалею, ваше превосходительство. Не могу сделать и этого.

— Но мне надо поговорить со своей тетей! — сердито закричал я.

— Сожалею. У меня приказ, сэр.

— Приказ! А кто отдал его вам?

— Генерал, — спокойно ответил он. — Вам не позволено делать никаких вызовов. Пока сам генерал не даст разрешения.

Я с грохотом

бросил трубку. И огляделся. Что же делать дальше? Что?

Я решил как-то выбраться из этого дворца. Если я попаду в город, то наверняка смогу воспользоваться телефоном-автоматом, без помощи этого персонального оператора.

Наверное, отсюда будет нетрудно улизнуть, сказал я себе, надо только как-то обмануть охрану.

Я глубоко вздохнул и подбежал к двери. Едва я взялся за блестящую бронзовую дверную ручку, как у меня затряслись руки. Я повернул ее. Нажал на дверь.

Она не поддавалась.

Я нажал еще, посильнее.

— Ваше превосходительство? — послышался голос из-за двери. — Могу я что-нибудь сделать для вас?

Охрана!

Я был заперт в апартаментах! И дверь охранялась.

Генерал Рамир не полагался на случайность. Значит, он не доверяет мне? — пробормотал я.

Я здесь, как в западне, понял я. Считается, что я — их правитель, но буду здесь пленником до тех пор, пока не покажу им, где спрятана эта мумия Пукраха.

С глубоким вздохом я бросился на один из красных бархатных диванов, утонув в его мягких подушках. И лежал так какое-то время, закрыв лицо руками.

Через несколько секунд я услышал покашливание. Потом шелест портьеры. Шаги. И понял, что я здесь не один.

Отняв руки от лица, я повернулся к двери:

— Кто там?

Глава 8

Из-за шелковой портьеры вы шла девочка примерно моего возраста.

Высокая и худенькая, одетая в белую спортивную рубашку и белые шорты. У нее были рыжеватые волосы, разделенные посередине, челка спускалась почти до самых глаз оливкового цвета.

— Кто ты? — крикнул я, вскакивая на ноги. Девочка прижала палец к губам.

— Тс-с-с!.. — Ее зеленые глаза-оливки блеснули, она показала на дверь. — Они могут услышать.

Девочка на цыпочках прошла через комнату, внимательно глядя на меня.

— Вы принц? Я… я правильно догадалась?

— А кто ты?

Она снова приложила палец к губам.

— Тс-с-с! Охранник не знает, что я здесь. Я Ме-ган Керр.

— Майкл Кларк, — представился я. — По крайней мере, до сегодняшнего утра я думал, что я Майкл Кларк, но теперь не уверен, как меня зовут.

Она снова изучающее посмотрела на меня.

— Так я могу называть вас просто Майкл? Я пожал плечами.

— Конечно.

— Должна ли я обращаться к вам — ваше превосходительство?

— Нет, прошу тебя, — ответил я.

Она опять посмотрела на дверь. Мы услышали, как два охранника разговаривают между собой.

— Ну, а ты кто? — спросил я. — И что ты здесь делаешь? У тебя какой-то нездешний выговор. Ты американка?

Она взяла меня за руку и потянула к красному бархатному дивану. Мы сели рядом.