Мурашки
Шрифт:
Я с часок поработал. Правда, все время отвлекался, прислушиваясь, не позовут ли к ужину. Наконец урчание в животе выгнало меня из-за стола. Жрать хотелось зверски.
Я помчался вниз, перепрыгивая через ступеньки. Родичи по-прежнему сидели на диване в гостиной.
– Не пора ли ужинать? – завопил я с порога. – Есть хочу!
– Рано еще, – отозвался папа, не сводя глаз с морского дна на экране. – Пицца поспеет примерно к семи.
– Как к семи?! – Я обернулся к часам в углу. Они показывали 6:10.
Да
– По-моему, часы встали, – сообщил я.
– Ничего подобного. – Мама посмотрела на телефон. – С часами все в порядке. Сейчас десять минут седьмого.
– Давай к нам, Гейб? – предложил папа. – Там как раз самое интересное. Осьминоги научились понимать некоторые слова.
– Э-э… нет, спасибо, – проговорил я.
Голова шла кругом. Я притащился наверх, сел на кровать и отправил Карверу эсэмэску: «Который час?»
Через пару минут раздался звонок.
– Ты прикалываешься? – спросил Карвер. – На фиг у меня спрашивать время?
– Просто ответь, – попросил я. – У меня, кажется, телефон…
– Десять минут седьмого, – сказал Карвер. – А ты думал сколько?
– Да у меня тут проблемка, – начал я. – Понимаешь…
– Я не могу разговаривать, – перебил Карвер. – Мы тут ужинаем, и родичи телефон у меня отбирают. Дескать, когда я ем, я глух и нем.
– Ладно, извини, – сказал я. – До встречи на вечеринке.
– Не опаздывай! – напомнил Карвер. На том и отключился.
– Не опаздывать? – повторил я вслух. – Как тут опоздаешь, когда на часах все время десять минут седьмого?
Я достал из кармана умные часы и сел за стол, чтобы рассмотреть их хорошенько. Неужели, разбив часы, я каким-то образом остановил время? Придет же в голову… Разумеется, такое бывает только в кино и сериалах-ужастиках.
Прищурившись, я разглядывал часы в ярком свете настольной лампы. По экрану бежала зазубренная трещина. Как будто зигзаг молнии. Оранжевые цифры на черном фоне замерли на 6:10.
Я встряхнул часы. Поднес к уху и еще немного потряс.
Цифры не изменились. Под треснувшей линзой часы по-прежнему показывали 6:10. Я понажимал на кнопочки сбоку. Потом еще немного потряс.
6:10.
– Это все не взаправду, – проговорил я вслух.
У меня появилась идея. Завалюсь-ка я спать. Хорошо так, часиков на восемь. А когда проснусь, время непременно сдвинется вперед. Придет пора завтракать, и все вернется в норму.
Я сунул разбитые часы обратно в карман. Потом надел пижаму и залез в кровать.
Не знаю, сколько я проспал, но, должно быть, не один час. Мне снилось, что за мной и Карвером по улице гонится гигантский осьминог. Мы от него клюшками отбиваемся, а он, гад, не отстает.
Даже когда я спускался к завтраку, сон не выходил у меня из головы.
Страх буквально пригвоздил
– Пора завтракать? – проговорил я тоненьким голоском.
Они со смехом повернулись ко мне.
– Шутишь, Гейб? Ты зачем надел пижаму? Еще и ужинать рано. Седьмой час только.
– Совсем голову потерял? – спросил папа.
– Может быть… – Я пристально посмотрел на них. – А разве я уже не заходил сюда пару раз и не спрашивал время?
– Нет, – ответила мама. – Не заходил. Ты над нами прикалываешься?
– Чего это ты чудить начал? – добавил папа. – Из-за того, что Рождество на носу?
Я вздохнул. Эдак Рождество и вовсе никогда не наступит.
Вдруг накатило головокружение, непонятная дурнота, словно у меня в мозгу плавал осьминог. Я дотащился до шкафа и взял пуховик. После чего украдкой выскользнул из дома.
Мне нужно подумать. Глотнуть свежего воздуха. От порыва холодного ветра меня зазнобило. Я застегнул пуховик до самого горла. Луна висела в пепельном небе белесым глазом.
Я вообще не смотрел, куда иду. Мимо проносились автомобили. Прохожие спешили домой с работы, стараясь успеть к ужину. Я миновал пустырь в конце квартала и продолжил путь.
Я думал: может, если я хорошенько прогуляюсь, время снова запустится и домой я вернусь к ужину? Чего уж там, я не знал, что и думать.
Я перешел на бег. Может, мне удастся обогнать время.
Ну ладно, голова у меня варила не очень. А чего вы хотите?
Я очутился на игровой площадке перед начальной школой. Куда это меня ноги занесли? Сердце колотилось, лодыжки гудели.
Возле стадиона с рычанием наскакивали друг на друга два здоровенных пса. А больше никого поблизости не наблюдалось. Я плюхнулся на качели. Отдышавшись, полез в карман за часами – и вдруг все погрузилось во тьму. Как будто кто-то взял и выключил свет. Я посмотрел на небо, ставшее чернильно-черным. Даже бледный свет полной луны растаял во мраке.
Я заморгал, ожидая, когда глаза привыкнут к темноте. Через несколько секунд дома и деревья на другой стороне улицы черными силуэтами проступили из угольной мглы.
Я не сразу понял, что уже не один.
Что-то двигалось в кромешной темноте возле игровой площадки. Я услышал шелест жухлой травы под ногами. А потом передо мной возникли несколько ребят. Они приближались в полном молчании.
Я вскочил с качелей.
– Эй!
Темнота – хоть глаз выколи. Даже лиц не разглядеть.
Ни один из них не отозвался. Я окликнул их снова:
– Эй!.. – И шагнул навстречу.
Стремительно приблизившись, они окружили меня. Они напирали, темные фигуры, чернеющие во мраке. Я пригляделся…