Муравейник

Вартанов Степан Сергеевич

«Дятлы» переглянулись и молча удалились. Похоже, капитан в их глазах приобретал этакий облик великомученика. Пьер выразил опасение, что Тимура Артемовича скоро сделают адмиралом. Смеялись все, кроме капитана, который был не на шутку напуган.

— До берега — около шести часов, — сказал профессор Беркли. Он сидел на корме со своей лабораторией и также был включен в созданную Пьером телепатическую сеть.

— Это если мотор опять не заглохнет.

— Майк, ты пессимист! — возмутился Сим. Его голос «плавал», но Пьер обещал, что со временем он научится читать

кошек так же чисто, как и людей. — Почему ты ожидаешь худшего? А вдруг мотор заработает лучше, скорость лодки удвоится и мы достигнем берега за три часа?

— Тогда я съем свою бороду!

— Но… — Сим был озадачен, — у тебя нет бороды…

— Вот именно.

В эфире наступила тишина, только Юл шепотом пересказывал Тине содержание последнего разговора.

Это произошло внезапно. Мгновение назад все было тихо, мерно шелестел мотор и шлюпка плавно шла вперед, не обращая внимания на микроскопические волны. Затем Пьер и Сим хором завопили «Ложись!».

Все повалились на дно лодки, а первый помощник, который не успел сориентироваться, шлепнулся на пол в радиорубке. Из окружающего шлюпку тумана с громким шипящим звуком вылетел бурый клубок, размером с футбольный мяч. Он описал над шлюпкой круг на высоте около полуметра над бортом и снова нырнул в туман.

— Все, — сказал Сим озадаченно. — Улетел.

— И что это было?

— Это не глюк, — решительно заявил профессор Беркли.

— Кто здесь специалист по глюкам? — возмутился Сим.

— Виноват. Ваше мнение?

— Это не глюк, — сказал Сим.

— Лаборатория его тоже не видит, — сказал Беркли. — Что бы это ни было, оно не оставляет теплового следа, не ионизирует воздух и не излучает. Пьер?

— Пусто.

— Сим, — осторожно поинтересовался Тама, — скажите, насколько ваш слух острее человеческого?

— Намного, — важно сказал кот. — О! Я понимаю…

— А я — нет, — подала голос Ака.

— Мы услышали его одновременно, — объяснил Сим. — Я поднял тревогу первым, потому что у меня и реакция лучше, а Пьер — потому что он подслушивал меня.

— Подумаешь!

— У твелов реакция лучше, чем у кота, — сказал профессор Беркли. Члены экспедиции посмотрели на двух твелов, сидящих в лодке. Единственных членов экспедиции, никак не отреагировавших на вторжение.

— Это не было телепатией! — упрямо повторил Пьер.

— Но твелы этого не видели…

— Я видела, — сказала Тина.

— Сим тебя читает, — возразила Ака, — значит, на тебя можно и проецировать.

— Это не было телепатией!

— У меня есть идея, — подала голос второй помощник. — Давайте забудем об этом инциденте. Ясно же, что из этого спора ничего не выйдет.

— Хорошая мысль, — согласился Сим. — Слишком хорошая для человека. Ты уверена, что среди твоих предков не было кошек?

— Мы имеем право знать! Один из пассажиров слышал обрывок разговора между вашими помощниками. Получается, что экспедиция идет не столько к вездеходу, чтобы снять с него транспортер, сколько к — куда, собственно?

— Он знает об установке, — подал голос Пьер. Голос

был недовольный, — проведя целый день на связи, мальчишка хотел спать. То есть он устал по-настоящему, шутка ли — просидеть несколько часов на усилителе! И вот, только он заснул…

Анна-Мария беспомощно посмотрела на капитана, только затем, чтобы обнаружить, что он столь же беспомощно смотрит на стоящего за спинами делегации Зосиму. Пассажиры, безусловно, были правы — они имели право на информацию.

— По данным, полученным от… — капитан вздохнул, — от кота, словом, наш джампер взорвался не сам собой. И если мы не найдем способа нейтрализовать установку, которую он там почувствовал, то и джампер вездехода может постигнуть…

— Вы верите коту? — перебил его один из делегатов.

— У меня нет другого выхода, — признался капитан. — Если он говорит правду, а я проигнорирую его мнение…

— То мы останемся здесь навсегда. — Толстяк снова взял инициативу в свои руки. — Вернемся к вопросу о представителе.

— Я согласен. — Капитан наконец перевел взгляд с безучастного «дятла» на возглавляющего делегацию лысого толстяка. — Информация о ходе экспедиции будет предоставляться пассажирам на регулярной основе…

— Мы требуем постоянного представителя на всех радиосеансах.

Капитан и второй помощник переглянулись. Они по-прежнему считали Пьера козырной картой, которую следовало держать в секрете. Тем более сейчас, когда он в обход всех законов обзавелся усилителем. Значит, придется разыгрывать спектакли перед радиопередатчиком по меньшей мере дважды в сутки…

— Послушайте, мистер…

— Бончик, Юзеф Бончик. — Делегата просто распирало от самодовольства, и было почему. За каких-то пять минут разговора он загнал капитана в тупик, под восхищенный шепот толпящихся у него за спиной «ходоков». «Хороший юрист», — сказал Пьер.

— Я не уверен, что это хорошая идея, — осторожно сказал капитан. — Ваш человек будет мешать, да и вообще — посторонним нечего…

Он осекся, поскольку от Пьера неожиданно поступило предложение замолчать. Затем вздохнул:

— Что же, полагаю, вы правы. Выбирайте вашего представителя и присылайте в радиорубку. Но предупреждаю…

— Не волнуйтесь, пан капитан, он будет вести себя тихо. — Бончик церемонно поклонился и удалился с видом победителя.

«Ну и что это значит?» — мысленно поинтересовался капитан. «Я подумала, — это была Ака, — а кого они, собственно, могут выбрать?»

— В баре драка, капитан, — голосом Сима произнес Пьер. — Бьют Алека.

Алеком звали бармена. Его держали сзади за руки, держали двое. Третий, самый здоровый, только что дал ему под дых и сейчас отводил руку для нового удара. Если бы капитан успел в бар первым, дело обошлось бы миром, но первой успела Анна-Мария. Кольт, если стрелять в закрытом помещении, производит невероятно много шума. В качестве мишени второй помощник избрала декоративную модель «корабль в бутылке», пятилитровое аляповатое произведение искусства, оно ей никогда по-настоящему не нравилось.