Мутаген
Шрифт:
Практически мгновенно был объявлен карантин. Срочно эвакуировался не только персонал, но и жители нескольких прилегающих к исследовательскому центру районов города-миллионника, вводились войска химзащиты и МЧС. Все ожидали любого, пусть даже самого мрачного развития событий. Где-то за кадром витал призрак пусть не ядерной, но биокатастрофы.
Обошлось. Поначалу… Даже число жертв ограничилось теми, кто погиб во время первых взрывов и аварий. А вот потом стали происходить совсем иные события. Быстро, скачкообразно стали меняться фауна и флора, начиная с эпицентра и расходясь по кругу. Ни радиации, ни известных науке ядов
Ученые умы забили было тревогу, но… Обнаружилось, что Мутаген ограничился лишь определенной площадью и вовсе не собирается распространяться дальше. Власть имущие почесали в затылках и решили, что достаточно выставить Периметр из блокпостов и усиленных бронетехникой патрулей.
Решение было здравым, логичным. Так бы оно и закончилось, а в пределы Сектора Мутагена шлялись бы закутанные в скафандры высшей защиты партии ученых, но… Капризная фортуна решила улыбнуться людям как-то по-особому, уникально-циничной улыбкой.
Первым, да и последним звонком, возвещающим открытие новой эры, стал выход из Сектора небольшой группы охранников одного из секретных цехов. Казалось удивительным, что те, кого считали погибшими, возвращаются буквально «из реки мертвых», но… в жизни бывало всякое. Никто еще не предполагал, что они станут тем самым сигналом, меняющим реальность вокруг. А вот стали! Им достаточно было при первом же после проверки на угрозу контакте рассказать об уникальных изменениях, что вызвал Мутаген.
Новые формы жизни, сами по себе лишенные не только разума, но близкие к простейшим организмам. Вот только их качества… поражали до глубины души всех без исключения. Организмы, морферы, как их потом назвали, способны были уменьшать вес предметов, защищать от температуры, холода, кислот. Они увеличивали силу человека, будучи встроены в определенные цепи, позволяли обходиться без приборов ночного и инфравидения, служили неплохими источниками энергии. И были редки, потому как возникали только внутри Сектора Мутагена. Вне его… они не появлялись в принципе.
Когда я узнал об этом, то спросил у пленника, каким же образом власти не отгородили Сектор бетонной стеной? Ответ был неожиданным, но в чем-то логичным.
– Мутаген, это, сцука, одно большое и опасное существо! Оно завсегда себя защитить умеет.
И верно. Поясняя свой ответ, пленный бандюк привел в пример, как возведенные секции рассыпались под действием гравитационных, сейсмический ударов, растворялись от концентрированных кислот, выпускаемых неведомо откуда появляющимися тварями. Пытались выжечь часть Сектора напалмом, используя ковровые бомбардировки… Самолеты и вертолеты падали десятками, не принося воякам ничего, кроме потерь и серьезных вздрючек от вышестоящего начальства. Мутаген действительно умел себя защитить.
Вот и осталось то, что было изначально: блокпосты, патрули, но ничего такого, что вмертвую отрезало бы Сектор от внешнего мира. Помимо того, не рискнули выстраивать стены и в отдалении, опасаясь спровоцировать таким образом расширение зараженной Мутагеном территории.
Хотя операции военных по
Помешало ли это кому-нибудь? Ничуть. Наша страна всегда была богата на авантюристов всех мастей, которые готовы лезть в любую заварушку риска ради и выгоды для. Вот и в Сектор Мутагена полезли в большом количестве. Сначала это были откровенно отмороженные одиночки, потом их поток увеличился, превратившись из тонкого ручейка в полноводную реку. Некоторых манила выгода, получаемая от продажи морферов, другие ценили исключительно экстремальный риск, равного которому нигде не было.
А там… пошла плясать губерния. Авантюристы, любители экстрима, наемники, бывшие и даже действующие вояки, религиозные фанатики, видящие в Мутагене не то воплощение ада на земле, не то путь к райским кущам. Всякого народу хватало… И все они грызлись, резались, стреляли друг друга и мутантов, сбивались в кланы и группировки. Постепенно все они получили общее название – искатели.
Сперва власти пытались каким-то образом жестко перекрыть поток в Сектор и из него, но… до конца так и не получалось. Слабую цепь блокпостов и патрулей можно было или проскочить незаметно, или прорвать ударным кулаком. Да и полезных штучек, вынесенных из Сектора, становилось все больше и больше. Научный мир просто пищал от восторга, исследуя очередную диковинку. Возможности, перспективы… а вот материал для них порождался только и исключительно Мутагеном.
Спустя некоторое время поток авантюристов несколько организовался, внутри Сектора появились устоявшиеся группировки, обладающие серьезным весом. Основные из них Дрон, скрежеща зубами, перечислил, хотя ни одна из них явно не вызывала у бандита симпатии.
Орден Границы, или в просторечии Грань, – мощная, имеющая влияние чуть ли не по всему Сектору группировка, чьим основным кредо было постепенное, пошаговое использование возможностей Мутагена. Они рыскали по всем районам, затронутым Мутагеном, находя морферы, большей частью перепродавая вовне. Ну и сами пользовались, увеличивая возможности клана за счет как покупаемого оружия, так и новейших биотехнологий. Да и к тому же пытались насаждать свои порядки, удерживая многих куда более мелких игроков в Секторе от сползания в анархию и беспредел.
Следующим по известности и, пожалуй, боевой силе кланом считался Простор. Отношение к этим искателям было довольно неоднозначным. Некоторые считали их полными авантюристами и беспредельщиками, забывшими об основах здравого смысла. Другие же считали смотрящими далеко в будущее. Простор оправдывал свое название, стремясь выжать из Мутагена все и сразу, не останавливаясь перед любыми экспериментами, зачастую совсем уж дурными и безумными.
Опыты над мутантами, комбинированное действие морферов, использование вне пределов Сектора с целью сравнить эффективность воздействия. Ну и, конечно, эксперименты по созданию новых участков Мутагена. Последние, правда, героически проваливались, да и спецслужбы ушами не хлопали, отлавливая особо резвых членов клана за пределами Сектора.