Мутант-59
Шрифт:
Кенделл, встревоженный ссорой, вставил:
— Джентльмены, по-моему, мы могли бы…
Джеррард жестом попросил его помолчать.
— Согласен, меня захлестывает чувство вины, ну, и что из того? Вы же пальцем не хотите пошевелить…
— Докажите мне необходимость каких-то действий, и я буду действовать, — опять парировал Райт.
— Хорошо. Во-первых, мы имеем микроорганизм, пожирающий пластмассу. Во-вторых, мы имеем пластмассу, которая под влиянием света и кислорода разлагается на белковоподобные вещества. Оставим на время вопрос, откуда взялись эти бактерии,
— Ничего мы не знаем. Вы гадаете, не имея никаких доказательств.
— Пусть даже так. Но если они взаимодействуют, почему бы не воспользоваться этим?
— Не понимаю, — снова начал Кенделл.
Джеррард выступал с каждым словом все увереннее.
— Да, вот именно, почему бы и нет? — Он опять обратился к Райту: — Можно ли видоизменить молекулярную структуру дегрона?
— Зависит от того, что именно вы хотите с ней сделать, — ответил химик осмотрительно.
— Ничего сверхъестественного. Сложно ли, скажем, заместить в ней один из аминокислотных остатков?
— Легче легкого. Подвергните вещество гидролизу, и…
— Методика неважна, — возбужденно перебил Джеррард. — Важно, быстро ли это произойдет.
— Да. Я сказал бы, да, — Райт снова начал раздражаться. — Но я не вижу…
— Можно ли ввести в состав цепи дегрона азидную или цианидную группу?
— Разумеется, можно. Я пробовал это в одном из ранних экспериментов. Ничего не вышло — пластмасса стала дьявольски ядовитой.
— Вот именно! — воскликнул Джеррард.
Кенделл так и подпрыгнул.
— Понял! Изменить строение пластмассы с тем расчетом, чтобы она…
— …стала ядовитой, — докончил Джеррард, дрожа от возбуждения. — И подкинуть ее бактериям, как крысиную отраву. Они поглотят ее и погибнут…
— Боже праведный! — взорвался Кенделл. — Блистательная идея! Положительно, она мне нравится. Хотя что выйдет дальше?..
— Да ничего не выйдет. Пустая трата времени, — заявил Райт.
Джеррард игнорировал его заявление.
— Опытная установка у вас в лаборатории? Она не демонтирована? — Райт опять попытался что-то возразить. — Да или нет?!
Канадец двинулся на Райта едва ли не с кулаками. Химик поднял глаза — Джеррард возвышался над ним как башня.
— Да, она в лаборатории и в общем-то на ходу. Еще на прошлой неделе на ней работал Скэнлон. Он хотел…
— Вы можете запустить ее?
— Могу, только это, повторяю, потеря времени. Кроме того…
— Вы запустите установку?
Джеррард почти кричал. Райт уставился на него с откровенной неприязнью. Потом он вдруг отвел взгляд в сторону.
— Ладно, — произнес он безжизненно. — Я это сделаю.
Морозный зимний воздух над опустевшими улицами был пропитан стойким смрадом бацилл Эйнсли. Густо падал снег, и тишину нарушали лишь дезинфекционные команды — солдаты в своем защитном обмундировании шагали по вымершим улицам, как космонавты, исследующие незнакомую планету. Тяжелые их ботинки с хрустом давили снег.
Вокруг зоны оцепления, у выходов и дезинфекционных станций, сгрудились фургоны передвижных телепередатчиков.
Озабоченные родственники топтались у выходов в надежде узнать что-то о своих близких.
По пустынной Трафальгар-сквер юзом скользнула карета скорой помощи и, мигая синим фонарем на крыше, умчалась вверх по Черинг-кросс-роуд. Нетронутый снег вздымался из-под колес нарядными белыми облачками.
Невысоко над крышами прошел вертолет. Кинооператор с риском для жизни свесился из раскрытой двери, запечатлевая на пленку уникальные кадры.
Мутант-59, созданный Эйнсли, в поисках пищи осваивал все новые и новые районы. Одни колонии погибали на металлических и каменных плоскостях, другие находили возможности продолжения рода в пластмассовых кабелях и проводах под землей. Медленно и неуклонно бактерии выедали у города его сердце.
С лицом, посеревшим от усталости, Джеррард стоял у доски, исписанной многоэтажными формулами, и проверял их на настольной счетной машине, которая, жужжа, выстукивала свои ответы по мере того, как заглатывала перфорированную ленту с заданием. Было три часа утра. Райт, Скэнлон и Бьюкен склонились над громоздким аппаратом, который состоял из переплетения стеклянных трубок, опирающихся на ненадежные металлические подпорки. По трубкам и сочленениям переливались цветные струйки, и в конце концов получалась тягучая бурая жидкость, медленно капавшая в коническую колбу. Райт завернул стеклянную втулку, взял колбу, перенес ее на стол к Джеррарду и изнуренно опустился на стул. Потом сказал вяло и небрежно:
— Должно быть, это он. Полиаминостирен с ядовитыми клыками…
Джеррард оторвался от счетной машины:
— Вы совершенно уверены?
— Конечно, уверен. Впрочем, мы проведем проверку на хроматографе. Должно было произойти замещение нитрозаминной группы в четвертой боковой цепочке радикалом циана.
— А будет он действовать? Вы случайно не сгладили его свойства?
— Химия у нас на высоте, не беспокойтесь, — раздраженно ответил Райт. — А уж проводить испытания — ваша забота…
Джеррард устремил на противника долгий пристальный взгляд, затем ответил:
— Когда мы пришли сюда, в лабораторию, я поместил культуры мутанта в термостат. Вероятно, они уже чуть не ключом кипят. Сейчас я их достану…
Подойдя к термостату, он вынул оттуда три больших открытых стакана. На дно каждого из стаканов была опущена плоская чашечка Петри. Канадец бережно перенес их в главную лабораторию; Райт следовал за ним, не выпуская из рук коническую колбу с отравленной пластмассой. Джеррард взял квадратное фарфоровое блюдо, вытер его досуха, положил на стол и налил с краю немного тягучей бурой жидкости из колбы. Слегка покачал блюдо, пока жидкость не растеклась тонким слоем и не заняла половину его поверхности. Затем извлек из одного стакана чашку Петри и осторожно поднес ее к свету, ни на йоту не отклоняя от горизонтали.