Мутантики
Шрифт:
– Только вряд ли Ток дотащил бы этот лифт, он еще очень слабенький. Так что я просто удивляюсь твоему бессердечию, Бормоглотик, – добавила она.
Мутантик задумался.
– Должно быть, это какой-нибудь другой Ток, более здоровый, – сказал он. – Токи ведь тоже разные бывают: потолще и потоньше.
Поднявшись по ступенькам на шестнадцатый этаж – а это заняло немало времени, – друзья вышли на плоскую крышу здания и остановились около карниза. Отсюда весь город казался крошечным, а ржавеющие корпуса машин, оставленные вдоль улицы, были похожи на жуков.
С крыши
– Это цирк! – Бубнилка показала в ту сторону тоненьким пальчиком. – Я видела его, когда проникла в мысли карликов. Вон там, за тем домом, должен быть «Универсам», а чуть правее – длинная улица с парком!
– Тогда побежали! Наверное, наши родители там! – И полные надежд мутантики стали спускаться по лестнице.
И встреча, которой они так ждали, произошла! Когда друзья проходили через один из дворов, они услышали радостные крики, и к ним бросились Пупырь, Мумуня и лобастики. Но, разумеется, первым подкатил на скейте быстроходный Умник и обнял Бубнилку. И только после дедушки, восклицая: «О, дочь моя, ты в целостности?», к малышке подбежал запыхавшийся Хорошист.
А счастливая Трюша оказалась в ласковых объятиях своих родителей, причем Пупырь начал было произносить какую-то витиеватую цитату, которая начиналась примерно так: «Встреча – есть объединение нескольких сердец в едином порыве, в то время как прощание…» Но так и не смог закончить, потому что любящий отец прослезился, и нос его сентиментально стал светиться.
Бормоглотик, которому никто, видимо, и не радовался, потихоньку отошел в сторону, но лобастики и шерстюши бросились обнимать его, стали похлопывать по плечам и пожимать руки. Дедушка Умник был гораздо ниже Бормоглотика, поэтому потрепал его по коленке, нечаянно отдавив колесом скейта большой палец на ноге мутантика.
– Большая тебе спасибочность, Бормоглот, ты доставил нам детей в целостности и невредимости! – провозгласил Хорошист.
Но, естественно, когда волна радости схлынула, Пупырь с Мумуней и лобастики вместе начали ругать своих чад, а заодно с ними и кошачьего мутантика за то, что, вместо того чтобы спрятаться в безопасных чащах Странного леса, они отправились в Старый город, про который ходило столько ужасных слухов и из которого никто еще не возвращался.
– Мы пришли, чтобы предупредить вас о погоне! – сказала Трюша. – Карла хочет отомстить вам за то, что вы сбежали из реактора и убили Паука.
– О погоне? Не самая свежая новость! – прогудел Отелло сиплым басом. – Погоня уже была здесь, и мы подсунули ей фальшивый кристалл.
– Фальшивый кристалл?
– Точно, – подтвердил Пупырь. – А вот и настоящий!
И Пупырь, осмотревшись по сторонам, будто из пустых окон за ними мог кто-нибудь подглядывать, достал Магический Кристалл и осторожно положил его на ладонь Трюше. Внутри кристалла заклубился радужный туман, и грани камня засияли золотистым светом.
– Мы похитили его у Карлы. Не хотим, чтобы он служил злу, – объяснил Умник. – Где-то здесь, в Старом городе, находится разгадка тайны Магического Кристалла.
– А где? – спросил Бормоглотик.
– Мы даже не знаем, как выглядит
Бормоглотик взял у Трюши Магический Камень и долго смотрел на его сложные грани.
– Как вы думаете, этот кристалл старый? – спросил он.
– Стар как мир, – кивнул Умник. – О нем встречаются сведения даже в самых древних книгах по истории и алхимии. А почему ты спросил?
– Если загадка давняя, то и разгадка должна быть старой. Древней, исторической… – Бормоглотик потер розовый животик. – Между этими словами есть что-то общее. А вот что, я не могу понять. Моя память пробуждается, но как бы не до конца…
– Постарайся, дорогой, постарайся! – подбодрила его Трюша, знавшая о способности своего друга вспоминать о назначении вещей.
– Должно же быть какое-то место, в котором собирают все самое старое и древнее… Место, где оно хранится на протяжении веков для назидания потомкам… Думаю, это должен быть какой-то большой дом с гардеробом, билетами, стеклянными витринами и сигнализацией… – размышляя, Бормоглотик обошел вокруг липы с белой корой, его мордочка просветлела, и он радостно воскликнул: – Вспомнил, что это за место! Это музей! Разгадка Магического камня, такая же древняя, как и он сам, может быть только в музее!
Пупырь посмотрел на мутантика, померцал носом, поскреб подбородок, а потом сказал очень важно и торжественно:
– Бормоглотик, ты гений! Только ты мог додуматься до такого сложного и верного решения! Если все завершится благополучно, мы выберемся из Старого города и победим Карлу, и если ты к тому времени не раздумаешь жениться на моей дочери, бери ее, я согласен, ибо в мудрости ты порой превосходишь меня.
Лобастики были полностью с ним согласны и тоже стали хвалить умного мутантика. Но когда впечатлительный Хорошист воскликнул: «Рукоплещите же ему, братья! Этот юноша еще при жизни воздвиг себе памятник!» – Бормоглотик покраснел и начал смущенно переминаться с ноги на ногу.
– По-моему, радоваться еще рано, – пробормотал он. – Мы пока ничего не нашли… А за Трюшу спасибо. Я буду очень о ней заботиться, Пупырь.
– Надеюсь на это. Корми ее хотя бы изредка и не швыряй в нее чем попало – вот рецепт семейного счастья, – улыбнулся будущий тесть.
И они пожали друг другу руки, как будто все уже закончилось благополучно.
– Очень мило, – фыркнула Трюша, подбоченившись. – Ох, уж эти мужчины! Все решения принимают сами, а со мной никто не посоветовался. А если я не соглашусь? Вот возьму из вредности и не стану его женой!
– Вот-вот! – поддержала дочку Мумуня. – Как же это можно у самой девушки не спросить? Тоже мне пупыреархат устроили! Долой его, даешь мумунеархат! Вся власть Мумуням!
И мама с дочкой принялись прыгать и вопить: «Даешь мумунеархат! Мы за мумунизацию женщин! Мумуни – полноправные мутантики и сами должны за себя решать!», и всякую другую чепуху в этом роде.
Бубнилка слушала-слушала, а потом также начала подпрыгивать и кричать вместе с ними: «Даешь мумунеархат!»
– А ты-то чего распрыгалась? – удивился Отелло.