Мутантики
Шрифт:
Но так как у главного входа за стеклянной дверью все еще выли и грызли постромки запряженные в колесницу красноглазые собаки, мутантики воспользовались запасным пожарным выходом, который, к счастью для них, оказался открытым.
Они быстро шли по парку, стремясь как можно дальше уйти от цирка.
– Как ты думаешь, Пупырь, у нас еще много времени? – беспокойно спросила Мумуня. – Когда они снова смогут начать погоню?
– Видишь ли, – важно проговорил ее супруг, – все зависит от того, какой смысл ты вкладываешь в само понятие времени. Время бывает большим историческим и малым историческим, а есть еще микровремя, когда каждая секунда
– Тебя опять понесло, – прервала его жена. – Всегда ты так, если волнуешься или хочешь меня успокоить, сразу начинаешь разглагольствовать… Не знаешь, так и скажи: «Не знаю», и нечего впутывать философию.
– Почему «не знаю»? Просто я размышляю вслух, а тебе это не нравится, – возмутился Пупырь.
– Почему бы вам не спросить у меня? Думаю, карлики вначале отнесут кристалл королеве, и мы сможем выиграть несколько часов. Но когда королева поймет, что этот камень – фальшивка, нам не поздоровится. Во второй раз они уже не попадутся на ту же удочку… – сказал Умник, ловко втискиваясь между Пупырем и Мумуней на своем скейте.
– Ну хорошо, во всяком случае, хотя бы несколько часов у нас есть, – отметил Отелло.
Мутантики свернули с бульвара в один из узеньких переулочков и присели отдохнуть за мусорным баком. С этого места они могли обозревать всю улицу, так что нельзя было подкрасться к ним незамеченным, в то время как они сами оказались хорошо укрытыми от посторонних взглядов.
– У вас есть идеи, где нам искать разгадку Магического Кристалла? В какой хотя бы части города? – спросил Пупырь у лобастиков.
– Полная сломяголовость и покрытость тайным мраком, – ответил Хорошист, по своему обыкновению перепутав все слова.
– Что ж, если мы не найдем разгадки этой тайны, тогда она найдет нас сама, – философски заметил Пупырь, и на этот раз Мумуня не стала его одергивать.
Глава 12
Черный Герцог
Проще устоять на острие копья, чем удержаться на троне.
Собачий Хвост пошевелился и открыл глаза. Ткани уже заканчивали регенерацию, и, хотя молодой вождь продолжал испытывать в груди острую боль, он понял, что рана не была смертельной и заживает. Вытерев кровь, он увидел длинный вдавленный шрам, повторяющий форму ножа Блюма. Это был уже не первый шрам на теле Хвоста, и он не обращал на них внимания. «Мужчину шрамы украшают… Хорошо, что перед тем, как потерять сознание, я выдернул нож», – подумал он.
Почти одновременно силы вернулись и к Бешеному Блюму, который со стоном поднялся на ноги и стоял, пошатываясь, опираясь на копье. Он хотел заколоть Хвоста, пока тот лежал без движения, но, когда попытался замахнуться копьем, ноги, оказавшиеся без опоры, подкосились, и Блюм снова упал. «Не сейчас, – подумал он с сожалением. – Силы еще не вернулись… Главное, добраться до колесницы и первым принести камень королеве».
И Блюм, не оглядываясь на соперника, пополз к выходу из цирка. Хвост, догадавшись, что старый вождь первым хочет уехать, оставив его в Старом городе, усилием воли встал и, пошатываясь,
– Это моя колесница, – прошипел Блюм. – Пошел вон!
– Сам пошел вон… – огрызнулся Хвост. – Отдай кристалл!
– Не отдам!
Блюм дернул за вожжи, и собаки потащили колесницу к реактору. С каждой минутой к карликам возвращались силы, и раны уже перестали их беспокоить.
– Щенок, как ты смел поднять на меня руку? На меня – на Блюма, Победителя Великана!
– Это ты победитель великана? Не верю, что такой трус, как ты, мог кого-нибудь победить. Наверное, великан утонул в болоте, а ты приписал победу себе, – издевательски насмехался Хвост. – А ну, отдай камень!
– Возьми! Только вначале получи это! – И Блюм попытался ткнуть молодого вождя кинжалом в бок, но оружие ударилось о броню и выпало из его не совсем еще окрепших пальцев.
И соперники снова сцепились, вырывая Магический Кристалл друг у друга. Не удержавшись на узком сиденье колесницы и выпустив из рук поводья, они свалились на землю.
И… как ни странно, это спасло им жизнь. Не успела пустая колесница проехать и десяти метров, как асфальт перед нею вспучился, треснул, в нем образовался глубокий пролом, и колесница вместе с красноглазыми собаками, громыхая колесами из крышек канализационных люков, ухнула в бездонную трещину.
Собачий Хвост и Бешеный Блюм перестали драться и отпустили друг друга.
– Старый город хотел нас убить! – прошептал Блюм дрожащими от ужаса губами. – Если бы мы не упали, то были бы уже покойниками…
Они осторожно подползли к краю трещины и заглянули вниз. Провал был очень глубоким и темным, так что карлики ничего не увидели. Вполне возможно, что колесница все еще продолжала свое бесконечное падение в пропасть.
– Там осталось мое подводное ружье, – сказал Хвост.
– И мое копье, – вздохнул Блюм. – Не говоря уже, что колесница тоже принадлежала мне.
– Хорошо, что кристалл пока у нас. Нужно выбираться из этого ужасного города. Как насчет того, чтобы заключить временное перемирие? Пересчитать друг другу кости мы успеем и во дворце у Карлы, – предложил Хвост.
У Блюма на мгновение мелькнула мысль, не обхитрить ли ему молодого вождя: протянуть ему руку, как будто заключая перемирие, а потом столкнуть его в пропасть – пусть догоняет свое ружье. Решено – так он и сделает. Сейчас только он подойдет чуть ближе…
Но, едва Блюм хотел это сделать, земля опять загудела, задрожала, и пропасть начала расширяться. Карлики торопливо отпрыгнули от края.
«Нет, нет, нет! – подумал старый вождь. – Здесь, в Старом городе, я к нему и пальцем не прикоснусь!»
– Пускай будет перемирие, если ты так хочешь, – сказал он Хвосту. – Главное, выбраться отсюда целыми.
Трещина в земле перестала расширяться. Карлики осторожно обошли провал, держась от него подальше, и устремились к реактору. О своих ранах они уже не думали. Вскоре они перешли на привычный свободный бег – самый распространенный способ передвижения всех карликов.
Никаких необъяснимых явлений больше не происходило, земля не дрожала, и вскоре уже можно было разглядеть неподвижную громаду реактора.