Музыкант-3
Шрифт:
Уф, надо же… Хорошо, что не обчистил мои карманы, а то ведь мог бы и воспользоваться невменяемым состоянием пассажира, выбросив его у подъезда. Хотя, насколько я помнил из опыта двух своих жизней и рассказов тех, кто пожил в Лондоне, настоящие столичные таксисты (а не те гастарбайтеры, что понаехали в 21 веке) считают себя чуть ли не аристократами и обворовать клиента для них — вещь неприемлемая.
На автопилоте добрался до постели, а в пять минут восьмого меня разбудил телефонный звонок. Звонил Федулов.
— Егор, вы уже на ногах?
— Теперь да, Леонид Ильич, — просипел я, чувствуя, как земля — вернее пол — уходит из-под ног.
— Что у вас с голосом?
— Хм… Можно и так сказать.
— Что-то серьезное?
— Э-э-э, нет-нет, просто холодненького молока вчера на ночь попил.
— А-а, понятно… Советую прополоскать горло раствором соды с солью. Еще успеете до отъезда на вокзал.
Понятно, что ничего я полоскать не стал. Не без сожаления оставив гитару в квартире до лучших времен, я сдал ключ миссис Палмер, а затем кое-как добрался до Кингс-Кросс. Голова раскалывалась, и перед посадкой на поезд я не удержался, купил пару бутылок охлажденного золотистого 'Classic English Pale Al'. Не удержавшись, одну тут же откупорил, привычным движением сорвав крышку об угол металлического перильца, и принялся жадно вливать в себя пенный напиток. Ух, хорошо!
Вторую бутылку я приголубил уже в поезде, напоминавшем нашу электричку, только не с деревянными, а мягкими сиденьями. После этого, нацепив на глаза темные очки, я пару часиков вздремнул, а после обеда оказался в Мидлсбро. В бытность игроком 'Челси' в эти края судьба меня не заносила, поскольку местный клуб выступал в низшем дивизионе, так что в городе я был впервые и на вокзале первым делом купил дешевую брошюрку с описанием Мидлсбро. На сегодняшний день это был город-графство, расположенный на южном берегу реки Тиса в графстве Северный Йоркшир, с населением около полутора сотен тысяч жителей.
Тут же, на вокзале, прибывающих встречал, а отбывающих провожал герб города, в который было вписано слово 'Erimus'. Вроде бы латынь, на этом языке я мог расшифровать отдельные слова и даже фразы вроде 'In vino veritas, in aqua sanitas'. Но в данном случае моих познаний в латыни явно не хватало, чтобы перевести это загадочное слово.
Впрочем, ответ обнаружился в брошюре. Там этот девиз переводился как 'Мы будем', он был выбран в качестве девиза Мидлсбро в 1830 году, чтобы показать волю города расти. Населенный пункт являлся крупным индустриальным центром, а чуть ли не главной его достопримечательностью является заменитель парома — транспортировочный мост. Его открытие случилось аж 7 октября 1911 года, и главным действующим лицом на этом мероприятии был внук королевы Виктории принц Артур. Ну еще и ратуша с часовой башней, а остальные достопримечательности вряд ли были достойны внимания заезжих туристов.
Впрочем, любоваться ими вживую мне недосуг. Поскольку советская команда базировалась на полпути между Мидлсбро и Сандерлендом, где нам предстояло играть второй матч группового турнира против итальянцев, пришлось предпринять еще один марш-бросок в Дарэм, отнявший около часа. К моменту появления в стане сборной я чувствовал себя практически безупречно, мой внешний вид ничем не выдавал причастности к вчерашним посиделкам. Ну, это мне так казалось.
Грей-колледж оказался тихим, укромным уголком древнего городка с живописными таинственными замками и узкими, разбежавшимися по холмам улочками, хранившим монастырское спокойствие. В этой тишине, нарушаемой разве только щебетанием лесных птах, и обосновались наши футболисты, в распоряжение которых был предоставлен местный гимнастический комплекс, включая вполне качественное футбольное поле с трибуной и гаревой дорожкой вокруг зеленого прямоугольника
В данный момент игроки в тренировочной форме как раз неторопясь покидали студенческий кемпинг, выделявшийся среди других зданий более современными формами, и двигались в сторону этого самого поля с дорожкой. Первым меня увидел Йожеф Сабо.
— О, глядите, кого это к нам занесло! Сам Егор Мальцев!
И даже сделал легкий реверанс, сопровождавшийся ухмылками других футболистов.
Все-таки киевляне в сборной выделялись своим говнистым характером, как я успел заметить в последних своих играх за национальную команду. Такое чувство, что уже тогда из них перло неприятие 'москалей', ярким представителем которых я считался. Хотя тот же Сабо, как я помнил, после того, как его поперли из Киева, продолжил карьеру не где-нибудь, а в московском 'Динамо'.
Я же решил отделаться так же шуткой, но не столь ядовитой.
— Здравия желаю, товарищи футболисты! Как настроение? Готовы побеждать в каждом матче?
На лицах ребят стали расползаться улыбки. А спустя несколько секунд я оказался в окружении наших футболистов.
— Спасибо, мужики, что словечко за меня замолвили, — напомнил я о письме.
— Да ладно, — с улыбкой махнул рукой Яшин, — отработаешь на поле.
— Мальцев! — услышал я голос Морозова. — Ну наконец-то добрался! Как жив-здоров?
— Вашими молитвами, Николай Петрович.
— Так, ну-ка, дыхни… Ты чего, пил, что ли?
Ну вот почему я не озаботился купить на вокзале или где-нибудь по пути жвачку? Пришлось делать виноватое лицо:
— Да вчера со знакомыми немного вечером посидели, отметили встречу… Так-то я в полном порядке, Николай Петрович, зуб даю!
— Ты зубами-то раньше времени не разбрасывайся, пригодятся еще! И кстати, — понизил голос Морозов, — тут нам придан советник министра спорта СССР, пока на глаза ему лучше не попадайся, то еще фрукт. А то тоже вдруг учует запашок — проблем не оберешься… Так, бутсы не забыл? Молодец. Тренировочную форму тебе Васильич выдаст, а потом и игровую в двух комплектах. Он же тебя поставит на довольствие и покажет комнату, где будешь жить. Лева, ничего, если с тобой поселю?
— Да без вопросов!
— Ну тогда заселишься к Яшину. Он у нас курилка еще тот, к нему никого не подселяем, а Яшина уже не исправишь. Это на Банишевского я еще могу прикрикнуть, тот пока стесняется в открытую дымить… Получается, для тебя кровать держали, все равно больше свободных номеров нет. Кстати, будешь играть под 19-м номером.
Я пожал плечами, хотя не отказался бы от 10-го или 11-го.
— На тренировку пока не приглашаю, завтра с утра вольешься в команду. Пока отдыхай, приводи себя в порядок, а утром в семь подъем — и легкая пробежка вокруг поля. Ну, с режимом тебя тоже Васильич познакомит, на то он и администратор. Все, пока, мне ребят тренировать надо.
Обосновавшись в прокуренном номере, я принял душ, переоделся в трико, и отправился поглядеть на тренировку сборной СССР. Ребята гоняли 'квадраты', а вратари занимались отдельно. Банников, Яшин и Кавазашвили по очереди вставали в ворота, а другие два вратаря лупили по мячу, пытаясь пробить своего коллегу.
Между делом выяснил состав команды, которую тренировали Николай Морозов и Юрий Золотов. В принципе, он мало отличался от того, что засел в моей памяти, хотя всех поименно, признаться, я не помнил. На вратарской позиции играли Виктор Банников, Лев Яшин и Анзор Кавазашвили. Семеро защитников: Владимир Пономарев, Валентин Афонин, Альберт Шестернев, Муртаз Хурцилава, Василий Данилов, Леонид Островский и Виктор Гетманов.