Музыкант
Шрифт:
– Они все время трындят! Они никогда не успокаиваются. Ни днем от них покоя, ни ночью. Вот объясните им, как можно выполнять два совершенно противоречащих друг другу указания?!
– Кому? – испуганно прошептала Лиза.
Саня оглянулся по сторонам, снова посмотрел на Лизу и после непродолжительной паузы сильно двумя пальцами постучал себя по лбу.
– Барсик, ты пугаешь меня. Ты мне такой не нравишься.
Выговорившись, Саня вдруг почувствовал прилив сил.
– Ничего, – сказал он, наливая себе и хозяйке по очередной рюмке. – Главное, мы от тебя в восторге.
Выпили.
– А в целом, – закусывая конфетой, произнесла чуть повеселевшая Лиза, – это даже интересно. Слышала, сумасшедшие хороши в постели.
– Сейчас мы это проверим, – уверенно сказал любовник, – подошел к женщине, обнял и, крепко прижав к себе, страстно поцеловал в губы.
Лиза ответила сразу: ее язык скользнул к нему в рот.
«Когда пью, я теряю контроль, – подумал Саня. – Вряд ли сам решился бы на такое. Это все хитрые «кубинские» происки».
– Фу… фу… мерзость, – будто подавляя рвотные позывы, жаловалась Рита. – Меня стошнит… меня стошнит…
Саня и сам вдруг почувствовал приступ тошноты, прервал поцелуй, отвернул лицо, стал быстро и глубоко дышать.
– Ну вот, гораздо лучше, – тоже пытаясь отдышаться, похвалила Лиза. – Я не ошиблась. Этот проект мы доведем до ума, – разорвав на Сане рубашку, она прижалась щекой к его груди.
– Риточка, милая, солнышко, прошу, – взмолился Кастро, – не делай этого. Другого пути нет.
– Все равно я не дам ему это сделать, – отозвалась девушка. – Я не хочу. Потом, в другой раз, без меня. Все, разворачивай оглобли, отзывай сватов, – это не наша невеста.
– Надо еще выпить, – предложил Саня.
– Давай, – согласилась Лиза.
– Скажи, – спросил он, – я точно смогу забрать свой инструмент?
– Смотрю, его ты хочешь больше чем меня.
– Он очень мне нужен, – честно признался наш герой.
– Вообще-то, – теперь честно призналась Лиза, – ты его проиграл. Барбосик не одобрит, если я отдам его. Бюджет нашей семьи треснет, если мы будем разбрасываться раритетными виолончелями. Я подумаю, чем помочь. В конце концов, я смогу купить тебе новый, но не сразу. Мы не так давно знакомы. Сначала я куплю тебе скрипочку, ну, или там, барабан. Но это при условии, что ты будешь хорошо себя вести, – произнося последние слова, она шутя погрозила пальцем.
Хуши сказал: «Если жена спрашивает, не хочешь ли ты пить, – принеси ей воды. Спросит, болел ли ты в детстве, – значит, ждет ребенка. Спросит, изменял ли ты ей, – загляни под кровать»
Саня хотел что-то сказать, но внизу зазвонил колокольчик, и лицо хозяйки дома приняло такое удивленно-испуганное выражение, что он и сам на секунду остолбенел.
– Кто? – прошептал новоиспеченный ловелас.
– Ч-ш-ш… – Лиза прижала палец к губам.
– Что-то случилось?
– Стерва! Дрянь! – громкое, злое доносилось снизу.
–
Шалава! Как права была моя мать! Зачем?! Зачем я женился на тебе?! Как я был слеп! Убью тебя! У меня пистолет!
– Прячься! – прошептала Лиза. – Прячься! Прячься! – схватив Саню за руку, она в панике стала таскать его
Внизу раздалось два выстрела.
– Под кровать! Давай под кровать!
– Может… может, не стоит? Может, все ему объяснить? – опускаясь на колени, говорил Саня.
– Он убьет меня! А его охрана тебя. Дура, как я поддалась на твои уговоры, – причитала она, толкая героя-любовника под зад. – Ну что, пролез?
– Почти. Тут очень пыльно… – Саня чихнул.
– Не делай этого!
Саня снова чихнул: – Я непроизвольно!
– Я сама убью тебя.
Третий выстрел раздался на лестнице. Лиза кинулась к выключателю, комната осветилась электрическим светом. Она подскочила к столу, задула свечку. Завернутые в скатерть бутылка вина, коньяк и закуска полетели под кровать вслед за нашим героем. Громко захрустел матрас: Лиза легла.
Дверь с грохотом распахнулась.
– Где он? – переступая порог, в ярости кричал старик.
Лиза громко зевнула, потерла глаза и спросила:
– Барбосик, ты вернулся? – кровать заскрипела, женщина приподнялась на локтях. – Что-то случилось?
Старик внимательно оглядел комнату. Позади него, на лестнице, слышался топот приближающихся шагов, и двое охранников возникли за его спиной.
– Хозяин, мы нужны? – спросил один из них на ломаном английском. Телохранителей Дипалио нанимал из местных.
– Что здесь происходит?! – почувствовав неуверенность мужа, опытная женщина брала ситуацию под свой контроль. – Может, ты и в постель их к нам позовешь? Давай, вычтем у них из зарплаты. Если на сережки не хватает, будем экономить! – она уверенно перешла в наступление. Смело распахнув халат, выкрикнула с трагизмом в голосе: – Входите! И расскажите всем про жадного мужа, торгующего честью своей несчастной, измученной жены! Чего ждешь?! Давай! У меня ничего не осталось, кроме верности и чести. Бери и их!
– Оставьте нас! – приказал старик охране, прикрыл за собою дверь и не спеша прошелся по комнате.
– Странно.
– Старый ревнивый козел! Ворвался с пистолетом! Ха-ха! Я расскажу об этом Мелисе. Завтра все узнают! Позор! Какая низкая самооценка. Слабый, неуверенный в себе дуралей. Как ты мог хоть на секунду усомниться в моей верности! – Лиза заплакала. – Ты так меня не уважаешь? Не уважаешь ни на грамулечку…
– Мне позвонил Рафаэль, – произнес Дипалио виноватым голосом, – сказал, что у тебя кто-то появился. Вы никуда не пошли этим вечером, и он очень волновался за тебя. Сказал «или она больна, или ее дурачит какой-то мерзавец». Уверял, что тебя надо спасать.
– Ах, Рафаэль!!!
– Да, – прохаживаясь взад-вперед, сказал старик. – Просил денег… У него там кто-то… заболел.
– Ах, Барбосик, Барбосик, – говорила Лиза, качая головой. – Как низок ты сейчас в моих глазах. Где тот, кем я восхищалась? Я просила ожерелье, ты не купил. Обещал бусики, и где они? И после этого такая сцена! Другая давно завела бы себе десятерых. Это я, идиотка, со своими древними представлениями о супружестве…
Прошу, перестань размахивать этим пистолетом, он меня раздражает! Убери!