Мы даже смерти выше...
Шрифт:
времена большая редкость. А еще Ирина, услышав в
университете лекции профессора Толстова, навсегда увлеклась
археологией. Вместе с однокурсниками (может быть, среди них
был и Майоров) стала подрабатывать в Институте истории
материальной культуры. «Тамможно было
"подзаработать" на камеральной обработке и шифровке
привезенных из Хорезма черепков. Их надо было вымыть и,
описав, пометить шифром - сокращенными буквами черной
тушью. Цена – сдельная, 5
раньше меня туда ребята смеялись – берешь один черепок,
осторожненько его стукаешь об край стола и вместо 5 копеек
получаешь 15. Легко и просто» (из воспоминаний Ирины
Пташниковой. Публикуется впервые). Каждое лето Ирина
уезжала на раскопки древнего Хорезма, по пути заезжая и домой
165
в Ташкент, а Николай Майоров спешил на третьей полке
«занавесив свет», к родным и друзьям в Иваново. И летели через
весь Союз его письма в Среднюю Азию наперегонки с
воздушными поцелуями.
Ирина Пташникова умерла в Ташкенте в 2001 году. В
истории она осталась не только как возлюбленная Николая
Майорова (от этого звания никогда не отказывалась), но и как
автор приключенческой книги «Рождение мечты» (в
соавторстве с Н.Горбуновой – М., 1961) о своих путешествиях в
пустыне Кара-Кум. Жизнь Ирины Пташниковой сложилась
удачно. Она родила троих детей, счастливо жила в браке.
Пользовалась уважением ташкентцев (они признавали ее
настоящей русской интеллигенткой). Она хорошо была
известна в среде альпинистов, археологов и туристов всего
Союза.
Многое Пташникова сделала и для того, чтобы сохранить
память о Николае Майорове. Приезжала она и в музей «Строка,
оборванная пулей» при Дмитровском рыбопромышленном
колледже.
«О нашем времени расскажут.
Когда пойдем, на нас укажут
И скажут сыну: - Будь прямей».
«Как там ваш поэтический театр?», - первое, чем встретили
меня в музее «Строка, оборванная пулей».
Честно говоря, я никак не рассчитывал, что этот вопрос
когда-то могут задать и мне. Хотя знаю, что раньше к ивановцам
с ним обращались достаточно часто.
Я как-то даже опешил и развел руками: «Был театр, да стал
теперь мифом – стены сгорели, режиссер умер».
Музей при Дмитровском рыбопромышленном техникуме
(располагается он в 40 минутах езды от города, в поселке
Рыбное) организовала тридцать лет назад преподаватель
Наталья Чернова. Этот клуб-музей посвящен литераторам,
которые навсегда остались на войне. Экспонатам его может
позавидовать
166
краеведческом – от Майорова только одно довоенное письмо).
Но Николай Майоров – лишь один из героев музея «Строка,
оборванная пулей». Здесь есть стенды, посвященные Алексею
Лебедеву, Павлу Когану, Борису Смоленскому, Елене Ширман и
еще десятку погибших поэтов. Материалы и экспонаты
собирают в ежегодных экспедициях. Каждое лето члены клуба
отправляются туда, где оборвались недописанные строки
фронтовиков (были уже и Кавказ, и Урал, и Смоленщина, и
Белоруссия, и Карелия). А первая экспедиция состоялась в 1980
году – в Иваново. Здесь собирали материал о Майорове, а после
этого был поход в Смоленскую область и поиски места гибели
поэта. Заметьте, искать могилу поехали не родственники
Майорова, не ивановские филологи и театралы, а дмитровские
рыболовы и ихтиологи (этим профессиям обучают в колледже).
Именно они первые нашли деревню Баранцево. После войны ее
пыталась отыскать Ирина Пташникова, но из-за описки в
похоронке (в ней было написано «Баренцево») – безуспешно.
«Немцы впервые появились в Баранцеве 11 октября 1941
года. Остановились они в Титово, а сюда приходили за
провиантом. Стрельбу открывали только когда замечали наши
части, выходившие из окружения.Лишь в январе 1942
года – они (немцы.
– Н.Г.) стали укрепляться в деревне: рыли
окопы, делали блиндажи и доты.19 января 1942 года,
когда наступали наши части, немцы, сказав жителям о том, что
здесь будут идти сильные бои, угнали всех под предлогом
эвакуации в "оккупацию".Одна старушка (Фильченкова) все-таки оставалась в своем доме в Баранцево до прихода наших
войск, а дождавшись их, умерла (ее похоронили с воинами в
братской могиле). В конце января - начале февраля 1942 года
деревня Баранцево была освобождена. Однако она еще около 9
месяцев находилась во фронтовой полосе". (Из материалов
экспедиции музея «СтрОП», 1981 год. Публикуется впервые).
Интересно, что в 30 километрах от Баранцево до сих пор стоит
деревня Клушино. Здесь в самом лучшем доме, построенном
плотником-профессионалом, размещался штаб немцев. Дом этот
сохранился и был перенесен в город Гагарин (Гжатск). Теперь
там музей, но не военный, а первого в мире космонавта. Потому
167
что отец Гагарина и построил этот дом, и в этих стенах прошло