Мятежные сердца

Браун Вирджиния

Анжела попыталась найти подходящий ответ, но предпочла откровенность:

– Да, признаюсь, меня это не просто удивляет, а шокирует. Откуда у Кита деньги на учебу в Оксфорде?

Слегка нахмурившись, Турк поправил металлическую застежку на сандалии и пожал плечами:

– Скажем так, у него был богатый покровитель, который верил в его умственные способности.

– Но… но пойти учиться в Оксфорд… слишком уж это невероятно. Я говорю о том, что учеба в университете очень престижная и дорогая, а Кит, похоже… – девушка замолчала,

внезапно вспомнив количество томов в его библиотеке.

Усевшись поудобнее на подстилке и пытаясь не казаться слишком заинтересованной, она небрежно спросила:

– А вы, что, тоже учились вместе с ним в Оксфорде?

Турк скорчил гримасу.

– Может, не в таком плане, как вы думаете, хотя у меня были возможности. После того, как у меня обнаружились определенные способности к наукам, он внимательно следил за тем, чтобы я как следует учился. Если бы не заинтересованность и участие Кита… – голос гиганта понизился, – … если бы не участие Кита, то мне никогда бы не удалось достичь таких высот.

Тщательно подбирая слова, мисс Линделл осведомилась:

– Но каких высот, Турк? Неужели жизнь на пиратском корабле, грабежи и убийства – это все, о чем вы мечтали?

– Мисс Анжела, – помедлив, проговорил Турк. – Я отлично представляю себе, как мы должны выглядеть в ваших глазах. Но вы ведь не всегда судите о человеке по первому впечатлению? Сейбра это тоже касается. Обстоятельства могут сложиться не в его пользу.

Сейбр… Наиболее странный и трудный для восприятия мужчина из всех, кого она когда-либо знала.

– Почему капитан так отдаляется от меня? Мне казалось, что после того, как… – Анжела запнулась, чувствуя, как горит лицо. Ведь она почти выдала тот факт, что они были близки.

Но Турк, даже если и заметил ее смущение, постарался не заострять на этом внимания.

– Кит не сразу доверяется другим людям, – сказал гигант. – Женщины часто предавали его, поэтому у него есть веские причины подозревать слабый пол в двуличности.

– Предавали? – прижав колени к груди, Анжела подумала о Филиппе и его гнусной измене. – Меня тоже обманули и предали, но я же не озлобилась…

– Ах, мисс Анжела, существуют обстоятельства, вам неведомые.

– Так расскажите мне о них. Может, тогда я пойму, почему он действует и говорит подобным образом.

Немного помявшись, Турк, наконец, медленно проговорил:

– Начнем с того, что когда-то была женщина отменного происхождения и воспитания, в которую Сейбр без памяти влюбился. Дело шло к свадьбе, но мисс Сьюзан предпочла разорвать помолвку, причем сделала это в очень оскорбительной форме. Добавим к этому странное, достойное порицания, поведение его матери, а потом и мачехи, поэтому нет ничего удивительного в том, что Кит покинул Англию и отправился в море.

– Ну, конечно. – Анжела поняла, что она очень многого не знает о Ките Сейбре. Ей никогда и в голову не приходило поинтересоваться его прошлой жизнью и причинами, побудившими его стать

пиратом. Теперь ее саму волновала мысль, действительно ли ей необходимо знать их. Рассказ о его любви к некой Сьюзан вызвал у девушки ревность более сильную, нежели та, которую она испытала когда-то к трактирной шлюхе. Анжела понимала, что Кейт не принадлежала к тем женщинам, которых Кит мог бы хотеть. По правде говоря, сейчас вся эта история вообще не вызывала никаких эмоций.

– Турк, – нарушив затянувшееся молчание, произнесла мисс Линделл. – Он все еще любит эту Сьюзан?

– Нет, но он не забыл ее предательства.

– Вы говорили, что и мать, и мачеха Сейбра предали его. Каким образом?

– Мне известна эта история, но считаю, что Кит сам должен рассказать вам об этом. Вы жутко похожи на Эйлин. У меня такое впечатление, что вы единоутробные сестры, и это, по-моему, во многом объясняет несколько странное поведение капитана.

– Эйлин… это его мать?

– Нет, мачеха. Или, лучше сказать, бывшая мачеха. Она умерла несколько лет назад. Говорят, от приступа меланхолии.

– Наверное, с ней трудно было ладить.

– Неимоверно трудно. Эйлин принадлежала к числу немногих людей, которых со спокойной совестью можно назвать злобными. Не могу понять, что отец Кита нашел в ней.

– А его отец все еще жив?

– Да, – Турк по-юношески легко поднялся. – Боюсь, что если пробуду с вами еще немного, то начну выбалтывать информацию, которую следовало бы получить из первоисточника.

Анжела хитро улыбнулась:

– Значит, вы убегаете от меня из опасения выболтать что-нибудь лишнее о Ките?

– Как обычно, ваша проницательность достойна высшей похвалы, – гигант слегка поклонился – его движения, невзирая на определенную вольность в одежде, могли показаться верхом элегантности. – Мне следует присоединиться к другим членам экипажа, чтобы побыстрее завершить чистку судна. Если вам потребуется наша помощь, позовите.

Анжела взглянула на пляж, где пенные волны набегали на берег и омывали корпус судна. Одни пираты стояли по колено в прибое, торопливо работая скребками, а другие покрывали очищенную поверхность воском, жиром и дегтем.

Она узнала Кита, обнаженная грудь которого блестела в лучах палящего солнца. Его было очень легко узнать по худощавой, но сильной, мускулистой фигуре и какой-то хищной грации. Это Анжела заметила еще в таверне. Когда он шел, все вокруг расступались, давая ему дорогу. Порой от него исходила какая-то первобытная ярость, подкрепляющая и без того непререкаемый авторитет, вызывающий невольное уважение окружающих. По кусочкам собирая информацию, мисс Линделл узнала, что на других пиратских кораблях капитаны выбирались посредством голосования и держались на своем посту, пока имели на команду влияние. На «Морском тигре» Сейбр был властелином, в полном смысле этого слова. Кит контролировал корабль, от него зависели все, в том числе и она.