Мысли
Шрифт:
<О Kлубе авангардистов (КлАва)>
1987 / 1988
1.
Это первая за многие годы выставка не тематическая, но направленческая, то есть выставка официально зарегистрированного Клуба авангардистов, включающего в себя помимо художников авангардистов-литераторов и авангардистов-музыкантов. Представлены как бы три типа авангардизма, представляющие собой три логически последовательные стадии его развития, в данный момент совпавшие с реальной хронологической последовательностью этого процесса. Вот они: 1) авангардизм как использование новых
2.
Собственно, сама выставка была организована как авангардный жест, манифестация авангарда в третьем его значении, то есть она развивалась во времени посредством последовательной четырехкратной смены экспозиции в течение 19 дней работы выставки. В авангарде давно используется ковровая развеска картин, развеществляющая значение отдельной «прекрасной» музейной вещи, то есть единицей смотрения становится экспозиция целиком, когда стиль преобладает над перфекционизмом. В нашем же случае единицей смотрения был некий развивающийся во времени жест, некое действо экспонирования, совпадающее по своему смыслу со значением третьего типа авангардизма. Все это подтверждалось и усугублялось еще и культурной программой (стихи и музыка), соответствующей каждой смене экспозиции.
3.
Нынешняя культурная ситуация принципиально отличается от предыдущей тем, что весьма различные в своих эстетических и стилевых пристрастиях художники и литераторы были сжаты ранее внешними силами в одну тесную точку, что способствовало ощущению близости и единства, хотя и искривляло взаимные художнические пространства. Теперь же все это начало разлетаться наподобие звезд и галактик. Помимо этой внутренней дифференциации художнического круга нужно отметить еще один феномен. Если раньше драматургии взаимоотношений с социальным и культурным моноязыками почти совпадали, слипались, фокусировались в одной точке, то теперь они стали расслаиваться, расщепляться, и образовались как бы две иерархии. Собственно, Клуб авангардистов есть авангардная верхушка оппонирования культурному мейнстриму.
4.
Что же можно предполагать в будущем? Когда улягутся переживания и затянутся раны компенсаторных явлений, связанных с кессонной болезнью резкого выхода из укрытости неофициальной культуры на поверхность культуры гласной и явной, то обнаружится такая дикая пропасть между обыденным и авангардным сознаниями, что останется уповать только на некие интегрирующие функции культуры как целого экологического организма. Возможно, подобная функция станет неким новым способом жизнедеятельности нового типа авангардизма.
С 9 по 27 марта <1987 года> в выставочном зале «На Каширке» проходила выставка московских художников «Геометрия в искусстве».
Это первая в Москве со времен далеких 20-х годов выставка, организованная не по тематическому или групповому принципу, а по пластически-стилевому.
Выставку организовало новое Первое творческо-выставочное объединение МОСХ (Московского отделения Союза художников СССР). Объединение в пределах Союза художников пытается проводить свою собственную выставочную политику, независимую от выставочной деятельности Союза художников. Первая выставка этого объединения в феврале прошлого года в том же зале представила зрителям не выставлявшихся по разным причинам до сей поры московских художников в основном
Нынешняя выставка имеет умеренный зрительский успех. Ее отделяет от прошлогодней целый ряд выставок, проведенных несколькими другими неформальными художественными объединениями, на которых были представлены практически все сколько-нибудь значительные и заметные московские художники, а также русские художники зарубежья, впервые выставленные в СССР.
Выставка «Геометрия в искусстве» стала событием в художественной, а не в социально-общественной жизни Москвы. Всякого рода ажиотаж, конечно, способствовал успеху выставок, но также и размывал художественные и эстетические критерии их оценки. На этой выставке впервые на моей практике книга отзывов содержала исключительно положительные отзывы и не стала ареной сражений, что говорит не столько об уровне выставки, сколько о том, что общественные страсти из сферы культуры и искусства переместились наконец в сферу социальную.
Выставка была посвящена 110-летию со дня рождения К. Малевича. Целая стена была отведена под фотоматериалы, связанные с его жизнью и творчеством. На соседней стене экспонировались работы А. Родченко из частных коллекций. Были представлены также реконструкции некоторых его объектов. Соседство работ классиков авангарда 20-х годов, конечно, опасно для работ нынешних художников, но и всегда заманчива возможность сравнить себя с классиками. Мнения, естественно, разделились. Те, кто отдал явное предпочтение классикам, утверждали, что геометрические мотивы настолько отработаны старым авангардом, что ничего, кроме повторения, быть уже не может. Мне показалось, что наиболее интересные направления развития этой темы лежат в областях, где чистая геометрия граничит со всевозможными нынешними направлениями и стилями в изобразительном искусстве.
На выставке были представлены художники, в творчестве которых геометрия занимает и всегда занимала исключительное место, – это Э. Штейнберг, Ф. Инфанте, А. Юликов, Ю. Злотников. В творчестве Б. Орлова, Р. Лебедева и Д. Пригова геометрия входит составной частью в творческие поиски, связанные с концептуальными и соц-артистскими мотивами. Неогео было представлено работами двух молодых художников Н. Овчинникова и С. Гундлаха. Интересную инсталляцию (10 х 2 м) из геометрически организованных символов японской философии природы представил Мацумара Хан.
Всего на выставке участвовало 35 художников и экспонировалось около 150 работ.
Следующая выставка Первого творческо-выставочного объединения предполагается в начале июля этого года в одном из центральных выставочных залов Москвы – на Кузнецком Мосту.
Прошедшая недавно акция Клуба авангардистов (КлАва), названная по месту ее действия Акваарт (хотя более точное название было бы Витарт, но об этом попозже), вызвала некие сомнения и даже нарекания со стороны ряда ее невольных участников.
Вот.
Прежде всего о названии. Мне представляется, что название Витарт (Вита + арт) является определением этого события по существу, когда все его участники – дети, собаки, пьющие, непьющие, поющие, читающие, художники с женами на отдыхе, купающиеся, купающие своих детей и внуков, закусывающие на траве и под кусточком и т.п. – были задействованы именно в своем жизненном статусе, причем без какого-либо явного отстраняющего насилия, чтобы они оказались в состоянии рефлектирующего вычленения из естественного потока жизненных событий. Даже журналисты были именно фотографирующими журналистами, именно в этом манифестированном качестве они приняли участие в событии, а не как некое вынесенное за пределы его фиксирующее око.