Мытарь
Шрифт:
Андрей помолчал, потом наконец оторвался от ее пупка
и ответил из глубин спальника:
– Я думаю – да. А почему бы и нет, собственно?
И вправду, а почему бы, собственно, и нет? Это было бы даже неплохо...
Глава 19. Воротов
– Давай, – говорят, – добрый человек, меняться: уступи нам своего слугу, свата Наума, возьми у нас за него любую диковинку.
Таблетка
– Ты на самом деле больной! – не унималась она, беспокойно вышагивая вокруг палатки. – Объясни мне, дуре, – ну как тебе вообще в голову приходят подобные идеи?! И ты еще осмеливаешься утверждать, что это твой план?
Она фыркнула так, что вода в кружке едва не закипела. Яна бросила спальник, который безуспешно пыталась свернуть вот уже четверть часа (то есть все время своей беспрерывной уничижительной речи), и опустилась на полено.
– Почему вещи, наподобие патриотизма, простого желания следовать собственным интересам или, к примеру, противлению взятке, всегда рассматриваются как проявления психических заболеваний? Можешь не отвечать, вопрос риторический.
– Давай придумаем что-нибудь еще, – как-то жалобно сдалась она, но Андрей даже не посмотрел в ее сторону, всецело поглощенный закипающей жидкостью, – есть же другие варианты.
– Принимаются, – великодушно согласился Андрей, наконец-то высыпая в кружку пакетик чаю. Над небольшим лагерем пронесся приятный травяной аромат. – Попей чаю – согреешься.
– Пошел ты со своим чаем! – Она сказала это не гневно, а скорее обиженно. – Придумал план, умник! Ты что, на самом деле собираешься просто пойти туда? Войти с двумя ружьями в руках и убить всех?
Андрей кивнул, увлеченно дуя на чай. Металлическая кружка приятно согревала ладони. Яна покраснела и сжала пальцы в кулачки:
– Просто пойти и потребовать свои деньги?!
Снова кивок. И какой смысл лишний раз объяснять, что не свои, а государственные, и не потребовать, а предъявить обвинение в соответствии с иском?
– Он же тебя просто пристрелит и закопает на огороде, рядом с морковкой!
– Не пристрелит.
– Да откуда ты знаешь?! – Она вскочила, снова села, зажав ладони между колен. – Откуда ты его знаешь, а? Тебя пристрелят, а я что делать должна?
– Ты, – Андрей ласково посмотрел на подругу, – будешь сидеть здесь и ждать, и если, о чем я, конечно, даже думать не хочу, а тебе типун на язык, если все-таки я не вернусь в течении суток или не подам знака, ты свернешься и пойдешь в город. Получать законную и не очень маленькую награду за информацию о моем местонахождении. Красный Проспект, здание 38, ну, там увидишь. Ясно?
Она отвернулась, поникла плечами, и Андрею на миг показалось, что девушка сейчас расплачется. Нет, просто так и осталась молча сидеть, уставясь в скат палатки. Он осторожно, обжигая нёбо, допил чай, поставил кружку:
– Полагаю, я могу идти!
– Тогда я пошел!
Тишина. Андрей пожал плечами, поправил шапку и поднял ворот куртки. Выбил из пачки две последние сигареты, одну забрал, бросил пачку к бревну, неспешно прикурил, несколько раз затянулся.
– Как бы то ни было, Ян, – сказал он сквозь дым, – спасибо тебе за компанию! Думал зря, сейчас так не думаю. Ты, если что... сделай, как я прошу, ладно?
Она неохотно повернулась, глядя на него снизу вверх, поднялась, подошла вплотную:
– Ты это брось, Полиция. Ты вернешься, и никуда я без тебя не уйду. Вернешься с нашими деньгами и еще раз поблагодаришь меня за помощь и компанию, ясно? Ясно?!
Он усмехнулся, а она крепко поцеловала его, лаская ладонью заросшую щеку.
– Ладно, – сказал Андрей, отдал двумя пальцами честь и отошел от ее объятий. Еще раз улыбнулся, обернулся и поднялся на склон. Больше не поворачивался. Пошел к дороге.
Вариант был один, это стало очевидно с того момента, когда Андрей увидел особняк. Ни о каком проникновении в громадину Воротова без специальных средств не могло быть и речи, и если бы еще с ним был Гонзо... но крысы больше не было. Таким образом, у Андрея оставался лишь один вариант. Единственный возможный ход или, скажем, первый. Кроме того, если Небеса будут милостивы, самый безобидный из всех возможных, надо отметить. Пробный шар.
Почти через полчаса Андрей вышел на дорогу. Было еще холодно, от полей поднимался пар, парила листва, вода, пар валил изо рта. Засунув руки в карманы куртки, он двинулся к особняку Воротова, неясной громадой вырисовывающемуся в тумане. Было полвосьмого утра.
Табельный пистолет, значок и сотовый телефон. Вот и весь арсенал, с помощью которого придется идти на штурм. Есть, конечно, еще ноутбук на аккумуляторах и набор «юного шпиона», но нужно же что-то оставить и для второй попытки. Если она вообще будет, эта попытка...
Когда до дома осталось метров сто, Андрей вынул из кармана телефон. Открыл, вызывая на дисплей предварительно забитый в память номер Воротова. Глубоко вздохнул и утопил кнопку вызова.
Если все верно, то жилище Воротова оборудовано автономными системами коммуникаций, в том числе и собственным сотовым коммутатором. Воспользоваться системой индивидуального роуминга Андрей, конечно, не мог, и про звонок в Новосибирск оставалось лишь мечтать, но отловить на мощном служебном телефоне частоту передатчика и дозвониться в дом – возможно, получится...
Гудок, еще один. Затем щелчок и отчетливо слышный вежливый мужской голос:
– Алло?
– Доброе утро, – сказал Андрей, сбавляя шаг и стараясь справиться с дыханием, – могу я поговорить с господином Воротовым?
– Прошу прощения, – ответила трубка все так же вежливо, – но кто его спрашивает?
– Мое имя вам ничего не скажет, но уверяю вас, речь идет об одном очень важном деле, оставить без внимания которое господин Воротов наверняка не сможет. Проинформируйте его об этом, мне необходимо обсудить данный вопрос непосредственно с ним. – На том конце наступила тишина, послышались какие-то щелчки.