Мытарь
Шрифт:
В конце длинного коридора, перед узкой дверью из железной сетки, сидел старик Никифорыч, который, казалось, свою униформу полицейского не снимал года эдак с семнадцатого. Причем с тысяча девятьсот семнадцатого...
Андрей подошел к столу, непринужденным покашливанием отрывая Никифорыча от чтения газеты.
– День добрый, Никифорыч!
– Ой, Андрюшка. – Старик отложил газету, убрал очки и огладил седые усы, каким любой казак бы позавидовал. – С повышением, что ли?! Ну дак проходи!
– Ну, вроде того. – Андрей улыбнулся, замечая, как пляшут в глубоких и искренних глазах охранника
– Да ну тебя, шалопая! – Старик притворно отмахнулся, улыбаясь. – Целыми днями только и делаю, что тебя дожидаюсь
Они посмеялись. Старик предложил кофе. Андрей отказался. Старик спросил о погоде. Андрей ответил, что хреново. Замолчали. Никифорыча в полицию устроил сам Костин. По старой дружбе старика с отцом Андрея. Так вот теперь и общались после смерти отца, каждый раз ни о чем. Один из подвалов, другой с высоких этажей. Чай пили пару раз.
– Ты бы это, Андрюша, на кладбище-то съездил, – внезапно сказал Никифорыч, с ощутимо преувеличенным усердием принявшись сворачивать газету и не поднимая глаз, – а то был я там намедни, поразмыло там усе... Поправить надо бы, а мне тяжко...
Андрей невольно нахмурился, куснул губу и, как обычно, предпочел поспешно сменить тему. Наклонился, кладя руку на плечо старика:
– Ну, ты это, Никифорыч. Ждал? Считай, значит, дождался. – Старик поднял глаза, прищурился. Напряжение ушло. Проехали. Забыли. Как всегда. – Напарник мне нужен. Вот бланки, выписывай. Ну и это...
Тот закряхтел, улыбаясь и вновь оправляя усы. Сколько же молодых инспекторов приходило к нему вот так, стандартно начиная издалека, чтобы задать самый главный вопрос?
– Да чтоб покрасивше была... – решился Костин – она, значит, нужна. Женская модель, в смысле, – Андрей внезапно для себя покраснел, наблюдая, как улыбается дед, – ну, чтоб девушка...
Никифорыч вдруг снова прищурился, вынул из кармана очки. Вздохнул.
– Ох, молодежь. – Старик покачал головой, но на этот раз отчего-то не улыбнулся. Стал жутко деловой, бумаги открыл, на нос очки нацепил. – Ну ладно, ты иди, выбирай, тут вот карточкой чиркни только. – Никифорыч как-то вдруг замялся и опустил глаза. Опять снял очки, повертел в пальцах, потер оправу, дунул на стекло. – Только, Андрюша, не ждали нонче повышений-то. Ты повыбирай там, по номерам сверься, оно, глядишь, и найдешь что сурьезное. А дак и нет там почти ничего...
– Ничего, бать, – Андрей подмигнул охраннику, по-дружески пожимая ему плечо, – подберу чего...
– Ну и хорошо. – Старик набрал номер на терминале, приложил свой пропуск, Андрей провел карточкой по пульту и прошел в открывшуюся дверь склада.
Глава 4. Напарник
– Сват Наум, хочешь у меня служить?
– Отчего не хотеть? Ты, я вижу, человек добрый.
– Это что такое?!
Молчание и сопение.
– Это что такое?!
Шуршание газеты и еще более громкое сопение.
– Это что такое?!
– Дак ведь, Андрюша, – старик виновато
Андрей встретил взгляд Никифорыча гневно, без шуток и тяжело постучал пальцем по крышке пластиковой коробки, стоящей на столе:
– Это что, все, что есть?! Что ты меня по номерам отправляешь, сам ведь склад этот наизусть помнишь. Отвечай, дед, это все, что есть?
Старик очень медленно кивнул, вжимая голову в плечи.
– Слушай, Никифорыч, – Андрей понизил тон и наклонился к охраннику, – каждому полицейскому второго уровня, работающему в отделе индивидуальных расследований, по штату полагается кибернетический напарник. Как табельное оружие, понимаешь? А это что?
– Дак ведь больше не осталось ничего... Ты ж меня тоже пойми, Андрей, я ж тебе энтих киборгов не рожаю. Мое ведь дело какое? Мне груз привезли, я его принимаю, на учет ставлю, по складам определяю, потом выдаю. Девки всякие, собаки, змеи, птицы... – Он покрутил в пальцах очки. – Я за наполнением склада не слежу, так чего ж вы все – как что кончилось, так Никифорыч виноватый? Это вам наверх нужно ругаться идти...
Андрей глубоко вздохнул, стараясь лишний раз не смотреть на коробку.
– Меня повысили, понимаешь? Понимаешь, дед? Радуешься за меня? Такое происходит не часто, поверь. Так будь же любезен, прямо сейчас отправь запросик на стройную невысокую брюнетку годочков эдак двадцати двух! И побыстрее!
Никифорыч громко шмыгнул носом, откладывая очки на сложенную газету. Посмотрел в сторону. Туда же и ответил:
– Дак, ведь это не меньше чем на три недели...
Сколько? Андрей поник плечами, уперся обеими ладонями в стол, нависая над коробкой. Опустил глаза, стараясь дышать ровнее. Коробка, размерами чуть больше обувной, вся в необходимых кодировках, печатях доступа, пломбах и индикаторах состояния. Вскрытая...
Андрей, конечно, слышал и читал про симуляции млекопитающих. Боевые псы-киборги, птицы-киборги, даже лошади-киборги – настоящему полицейскому из индивидуалов нужен надежный титановый друг. Но чтоб такое?
– Назаров, наверное, с повышением пошутил...
– Чего, Андрюша?
– А-а, – отмахнулся тот, – не важно, – и в который раз открыл коробку.
– А по-моему, очень даже мило, – сказал Никифорыч.
Склад Управления был пуст. Пустовали стойки-капсулы для киборгов-гуманоидов, были пустыми кабины боевых механизмов, было тихо в вольерах для кибернетических животных. Только на одном из металлических шкафов, запыленная и забытая, стояла обнаруженная Андреем коробка.
– Но ведь это же крыса!
– Ну дак и что? – Старик так естественно удивился, что на какой-то миг Андрей и сам подумал – а правда, ну и что? Но только на миг.
– Крупная белая крыса-киборг, да? Напарник полицейского второго уровня?
Старик многозначительно промолчал, почесывая морщинистым пальцем висок.
– А ну вас всех. – Андрей закрыл коробку и подхватил ее под мышку. – Бывай, Никифорыч! Не болей. Будет поступление – дай знать!
– Ага, – старик приподнял фуражку, – ну конечно, Андрюша, конечно. Ты это... извиняй, ежели что. Не моя это вина, ты ж понимать должен...