Н 8

Гуминский Валерий Михайлович

— Я вас люблю. И никогда не оставлю одних в этом огромном мире. Обещаю не лезть на рожон.

— Пожалуй, попрошу Дуарха присмотреть за тобой, — с серьезным видом произнесла Даша.

— А я — Полину, чтобы отдала папе на время своих Гончих, — подхватила Тамара. — И не говори, что одного Зверя тебе хватит…

…Никита на цыпочках зашел в детскую спальню. В последнее время это стало своеобразным ритуалом. Никита чувствовал вину за частые отлучки из дома, совершенно не имея времени заниматься с детьми. Но сейчас он преследовал иную цель. Возросшие возможности Полины прощупывать грядущее с помощью своего Дара и давать

абстрактные предупреждения могли сейчас помочь Никите. Ведь не ошиблась же дочка, когда предупреждала, чтобы он не совал свой нос на озеро.

Поправив на Мише сползшее одеяло, он долго вглядывался в его умиротворенное во сне лицо, словно пытался найти знакомые черты самого себя в детстве. Улыбнулся. Мальчишка будет красивым, взяв самое лучшее от Тамары. Говорят, счастлив тот мужчина, который перенял черты матери. Не важно. Самое главное: в Мишке и в Ярославе течет его кровь. Род жив.

Он осторожно присел на самый краешек кровати Полины, зная, что дочка не спит.

— Опять уезжаешь? — с серьезным выражением лица спросила Полина. Зеленые глаза в полутьме казались бархатисто-черными с искорками звезд.

— Так надо, — вздохнул Никита. — Скажешь что-нибудь?

— Ты едешь спасать своего друга? — последовал очередной вопрос дочери.

— Друга? — удивился волхв, не ожидая такого ответа. — Да… наверное. Меня попросил спасти очень важного человека.

— Он не твой друг, — возразила Полина. — Твоей помощи ждет человек, которого ты хорошо знаешь.

Полина, как обычный любопытный ребенок, могла задавать любые вопросы, присущие ее возрасту, и сама же отвечать на них. И никто не пытался искать в них двойное дно, пророчество. Раз ребенок молчит — ломать голову и волноваться не стоит. Когда дочка почувствует неприятности или события, затрагивающие семью, то сама скажет.

Так что странный, на первый взгляд, вопрос про друга, чрезвычайно насторожил Никиту. Все друзья и соратники находились рядом: кто в «Гнезде», кто в поселке, а кто и на туристической базе «Озерная». Кого можно, всех собрал вокруг себя.

— Интересно, что за друг? — решил схитрить Никита, сделав напряженно-задумчивое лицо.

— Ты давно его не видел, — сделав большие глаза, прошептала Полина.

Неужели Полозов? Сердце провалилось куда-то вниз. Как же он забыл об Олеге! Сколько лет о нем не слышно! Сгинул в далеком Китае? Или попал в большую неприятность, но не может подать весточку? Но ведь, скорее всего, Никиту пошлют на Балканы. И нужно исхитриться, чтобы из Азии попасть в Южную Европу. Вряд ли это Олег. Что может подвигнуть Полозова проделать такой длинный путь?

— А ты можешь сказать, как его зовут? — с последней надеждой спросил Никита.

— Нет, не могу, — по-взрослому вздохнула дочка. — Я же маленькая. Сил не хватает.

Достойный ответ папочке. Не может четырехлетний ребенок, пусть и не по годам развитый, оценивать свои видения. Никита мог только догадываться, как дочка видит грядущее, и какие силы прилагает, чтобы разобраться в извилистых тропках вариантов. Значит, его поездка уже заложена в канву будущих событий, и Полина разглядела именно ее.

Пропавший советник императора в неспокойном регионе, да еще с секретными документами — очень лакомый кусочек для иностранных разведок. Балканы сами по себе кипящий котел

противоречий, под который активно подкидывают дровишки турки и албанцы. А если туда еще и европейцы нос сунут… Черт, неужели кроме него нет подходящей кандидатуры? Скрыв досаду на лице, Никита пожелал спокойной ночи ребенку и вышел из детской комнаты.

Гадать о причинах вывода его из резерва Генштаба сейчас не имеет смысла. Великий князь все обстоятельно разъяснит, и заодно ненавязчиво напомнит зятю о долге перед государством. Чтобы еще больше проникся.

Но больше всего Никиту одолевал вопрос: кто этот друг, чье спасение куда важнее князя Белёвского, и что он вообще делает на Балканах?

Петербург

Никита

Каждое появление Никиты на Обводном радовало Олю. Ей было чем похвастаться перед названным братом. Девушка уже освоилась в особняке, который исподволь стала считать родным, и чувствовала себя настоящей хозяйкой. Внимательный взгляд сразу бы уловил, насколько подтянулась охрана, пропала беспечность, и ленивая нега сменилась удивительной аурой деятельности.

Вот и сейчас, тихонько выйдя из подвальной комнаты, ставшей, фактически, перевалочным пунктом между Вологдой и столицей, Никита по коридору миновал кухню, весело поздоровался со всполошившимися работницами, и показал жестом, чтобы они не отвлекались от готовки завтрака и не поднимали шум.

Ольгу он нашел в гостиной, где девушка выслушивала доклад управляющего, коим сейчас являлся Семен Фадеев, начальник охраны особняка. Судя по его унылому лицу, таковая должность бравого офицера не радовала. Увидев входящего Никиту, он с облегчением выдохнул, а Ольга вскочила с дивана и бросилась на шею названному брату. Волхв поцеловал ее в щеку и придержал за плечи, окидывая взглядом с ног до головы. Оценил новый стильный брючный костюм однотонного светло-серого цвета. Укорил себя, что до сих пор не преподнес девушке достойный подарок. Речь, конечно, не шла о дорогом колье или о машине, а вот золотая цепочка с подвеской-амулетом гляделась бы уместно и мило.

— Ты чего? — легкий румянец покрыл щеки девушки.

— Знатной дамой становишься, — улыбнулся Никита. — Давно ли ободранными коленями сверкала?

— Не выдумывай! — фыркнула Оля. — Не обдирала я колени, выдумщик!

— У тебя какие планы на сегодня?

— Как всегда: учеба, — пожала плечами девушка. — За несколько дней, что тебя не было, ничего не изменилось. Мир не рухнул. А-аа! Боюсь даже подумать о своем счастье! Неужели предложишь прогулку по городу или ужин в ресторане?

— Увы, — жест Никиты был красноречив, отчего Оля вздохнула с разочарованием.

«Если не можешь быть рядом с барышней, уступи ее другому, — с досадой подумал волхв. — Надо бы Олю с достойным и нужным Семье парнем познакомить. Хотя… Хочу ли я сам этого?»

— Я могу тебя подбросить до университета на машине, — стараясь загладить свою вину, продолжил Никита. — А вечером ребята заберут, если я раньше не закончу дела. У меня аудиенция у Великого князя.

— Ах, вот в чем дело, — на лице сестры нарисовалось облегчение. — Конечно, я с радостью воспользуюсь оказией. Ты, кстати, завтракал? Ой, чего это я… Отпустят тебя женщины «Гнезда» голодным! Тогда хотя бы чаю предложу. Компанию составишь.