Н 8
Шрифт:
В доме кто-то был. Возможно, он и сейчас находится здесь, умело стирая свои следы в астральном пространстве.
Лютый успокоился и открыл дверь ключом. Сыто щелкнул замок, впуская хозяина внутрь. В прихожей свет зажегся без приключений. Повесив пальто на крючок вешалки и затолкав ноги в мягкие тапочки, хозяин направился в гостиную, погруженную в полумрак. Лишь отсветы уличных фонарей со стороны соседей разбавляли густой кисель темноты, добавляя в помещение желтовато-серебристыми мазками волшебную призрачность, на фоне которой четко вырисовывался силуэт человека,
В тишине щелкнул предохранитель пистолета, с которым Понятовский никогда не расставался после ухода в отставку. Магию не всегда полезно применять в ситуациях, наподобие этих. Достаточно предъявить ствол — и недоразумения тут же исчезают.
— Не вздумайте пальнуть, Юзеф, — голос говорившего был до боли знакомым, хоть Лютый и не слышал его уже два года. — Я к вам заглянул только из-за уважения. Хотел со старым знакомым повидаться.
— Соскучились, господин Назаров? — улыбнулся Лютый, включая свет в гостиной. — Для чего такая театральность? Мог бы и в самом деле выстрелить, а потом разбираться.
— Обыкновенная предосторожность, — Никита встал и протянул руку. — За вашим домом приглядывают соседи, и для них было бы странно увидеть свет в окне, когда хозяин отсутствует.
Понятовский не стал жать руку волхва, а по-простецки сжал в объятиях молодого человека, от души похлопал по спине, и только потом отпустил из своих медвежьих объятий.
— Я поставлю чайник, — предложил Юзеф. — Ты не торопишься?
— Увы, времени у меня мало, — расстроил его Никита. — Но часа два ты можешь меня лицезреть.
— Понимаю, — закивал Понятовский. — Пошли на кухню. Я буду накрывать на стол и разговаривать с тобой.
Первым делом он коротко рассказал о том, что произошло после побега Никиты. Проект по исследованию иных миров Великий князь не стал закрывать, и лаборатория вследствие этого продолжала изыскания. Но Понятовский ушел оттуда год спустя, оставив руководство на Епифана Кривобокова. Смышленый парень, далеко пойдет. Портал, открытый Никитой в собственную Явь, «законсервировали» и поставили там постоянный наблюдательный пункт. Все-таки Басманов воспринял его как потенциальную угрозу. Теперь боится, как бы Назаров в отместку не организовал вторжение.
— У меня не хватает полномочий для таких серьезных операций, — улыбнулся Никита, глядя на хлопочущего возле стола Лютого. В его холодильнике было полно продуктов, чтобы накормить всю княжескую лабораторию, и дай волю хозяину, он бы весь стол заставил закусками. Понятовский искренне радовался неожиданному появлению молодого помощника.
К этому времени вскипел чайник, и хозяин стал разливать по кружкам ароматный напиток.
— А я почти слово в слово сказал об этом Басманову, когда меня потащили на допрос, — усмехнулся Понятовский. — Честно сказал, ничего не утаивая. Глупость, совершенная «осовцами», несоизмерима с теми магическими и технологическими данными, что ты дал нашему государству. Зачем было давить на молодого и талантливого мальчика, если существовали иные возможности привязать его к нашему миру? Помогите
— Мне бы пришлось жить на два мира, — покачал головой Никита, насыпая в чай сахар. — Не самый удачный вариант. Я не люблю игры за спиной, особенно в последнее время. А Басманов и Вяземский откровенно играли, дергая перед моим носом вкусной наживкой.
— Понимаю, — присел напротив него Понятовский. — Мои слова были всего лишь напоминанием для зарвавшихся государевых слуг. С тех пор меня и попытались спихнуть с должности. Я махнул рукой, закончил все дела с властью и ушел в полную отставку. Теперь «выращиваю» свитки в своем подвале, открыл аптечную и косметическую линию. Работаю на заказ, никуда не тороплюсь.
— Рад, что помог тебе обрести смысл в жизни, — Никита видел, что Лютый нисколько не лукавит. В глазах есть искра, а значит, бывший офицер нашел тихую гавань и нисколько не скрывает свою радость. — Клиентура, небось, не дает покоя?
— Особенно столичные светские львицы, — ухмыльнулся Понятовский. — Идея косметических свитков удачно прижилась. Хочу поблагодарить, пока есть возможность. Ты же ненадолго заглянул в гости к старому другу?
— Чай допью и уйду, — ответно пошутил Никита. — Скажешь, что с родителями Даши Сабуровой?
— Под негласным надзором они, — сразу скис Лютый. — Вроде бы никто не запрещает им передвигаться по городу, посещать магазины, музеи, в гости заходить… Хотя, какие гости. Боится местное дворянство, что гнев Великого князя на их головы обрушится. Мыслю я, забирать тебе их надо отсюда. Не дадут им жизни в Твери.
— Маги до сих пор охраняют особняк Сабуровых?
— Да, но не так рьяно, как первый год, — понизил голос Понятовский. — Появились бреши в непроницаемой стене догляда. Можно проскользнуть и увести семью. Кстати, что с девушкой?
— Замуж вышла, сына родила, — пожал плечами Никита. — У нее все нормально. Адаптировалась к новому миру…
— Подожди, — бутерброд замер возле рта Юзефа. — А разве не ты ее муж? Что-то не понимаю!
Никита не выдержал и расхохотался, разглядывая слегка растерянное, с удивительно робкой улыбкой лицо бывшего руководителя княжеской лаборатории.
— Повелся? — отсмеявшись, спросил волхв. — Моя она жена, моя! И сын тоже мой! Ярославом назвали. Так что просьба к тебе: как бы тихонько порадовать родителей Даши?
Никита намерено умолчал об аналогичной просьбе Годунову и Давлетову, чтобы хоть кто-то сумел донести до Сабуровых весточку о дочери, если «осовцы» проявят бдительность и перехватят кого-то из посланников. Информация из разных источников повышает надежность. Понятовскому же легче добиться встречи с отцом Даши. У него большой жизненный опыт. Где парни могут наломать дров, он все сделает правильно.
— Что смогу — сделаю, — пообещал Понятовский. — Надежда Игнатьевна изредка заглядывает в мой магазин-аптеку, чтобы приобрести один-другой свиток. Я аккуратно шепну про Дарью Александровну. А фотографии? Письмо?