'Н М'
Шрифт:
– Поразительно! Гениально!!
– генерал бурно выражал свой восторг. Значит, вы теперь в любой момент безошибочно знаете, кого надо хватать!
– Мы давно уже никого не хватаем, - усмехнулся глава федерального спокойствия.
– Сейчас полковник вам все объяснит. Только побыстрее, Ундерс. А то мы можем опоздать на обед, который дает сегодня в честь высокого гостя наш уважаемый премьер.
– В тех случаях, когда недовольство абонента носит характер легкого брюзжания, - заторопился полковник, - в его
Полковник перевел дух и продолжал в том же темпе:
– Если же лампочка становится красной, объект подвергается электронаказанию, примерно эквивалентному по эффекту нокауту в боксе. Получив указанный удар, абонент обычно падает и лежит без сознания от десяти до пятнадцати секунд. Основательно, не правда ли?
Высокий гость сердечно попрощался с полковником.
– Признаюсь, я просто потрясен всем увиденным, - растроганно заявил он.
– Ваше волшебное подземелье - поистине бастион государственного спокойствия.
В "гардеробе" - как мысленно окрестил Тинилья комнату у лифта дежурные, которых они застали за прежним занятием, в одну минуту сняли с министра и его спутников шлемы. Вскоре все трое уже шагали по верхнему коридору. Генерал молчал, предаваясь мечтам. Будущее рисовалось ему отныне в самом радужном свете.
– Знаете, - признался он министру, - я невольно думаю сейчас о том, как было бы великолепно, если бы мое правительство имело у себя нечто подобное. Тогда бы я мог наконец вздохнуть спокойно...
– Полагаю, что вам стоит затронуть этот вопрос во время предстоящих переговоров с премьером, - проговорил министр, уже влезая в кабину вертолета.
– Я лично думаю, что мы могли бы построить вам такую установку в порядке помощи развивающимся странам.
"Если только опять не надуете меня, как в тот раз с гнилой пшеницей", подумал Тинилья, грузно усаживаясь рядом с министром. В то же мгновенье искры посыпались из глаз президента: кто-то изо всей силы треснул его кулаком по затылку. Побагровев от ярости, генерал вскочил на ноги и грозно обернулся. Но сзади была только стенка. Оба его спутника сосредоточенно смотрели в окно. Вертолет быстро набирал высоту.
Страшное подозрение мелькнуло в голове Тинильи. Сорвав с себя украшенную золотым шитьем генеральскую фуражку, он лихорадочно стал ощупывать голый затылок. Так и есть! На самой макушке отчетливо прощупывался крошечный твердый бугорок величиной с пшеничное зернышко.
Генерал издал пронзительный вопль и в ужасе схватился за голову. Министр и профессор повскакали со своих мест, спрашивая, что с ним случилось. Но Тинилья не мог выговорить ни слова. Он только с ужасом показывал
Ощупав указанное место, глава федерального спокойствия энергично выругался.
– Клянусь честью, это работа тех двух негодяев внизу, - констатировал он.
– Даю вам слово, господин президент, они жестоко поплатятся за свою дерзость, даже если это сделано не преднамеренно, а просто по халатности. Как только мы прибудем в столицу, я немедленно свяжусь с полковником Ундерсом и прикажу ему лично наказать виновных...
Генерал слушал его, продолжая держаться за голову. Когда министр кончил, он некоторое время молчал, ожидая, что тот еще что-то скажет. Но глава федерального спокойствия безмолвствовал, всем своим видом выражая искреннее сочувствие высокому гостю.
– А как же... я?
– наконец нарушил молчание генерал.
Министр вздохнул.
– К сожалению, извлечь аппаратик нельзя. Это грозит серьезными осложнениями в мозгу... Но стоит ли слишком расстраиваться из-за такого пустяка? Ведь совершенно очевидно, господин президент, что "Н М" вас никогда ничем не потревожит. Уж кто-кто, а генерал Тинилья, наш преданный друг и союзник, разумеется, навсегда гарантирован от каких-либо нелояльных мыслей! А присутствие аппаратика в голове, говорят, даже поднимает общий тонус...
Только сейчас генерал осознал всю бесповоротность случившегося. Слезы выступили у него на глазах. Значит, ему теперь никогда нельзя будет даже мысленно ослушаться этих проклятых...
Новый удар по затылку прервал его мысли. В следующую секунду министр схватил Тинилью за плечи и изо всех сил начал трясти. Затем лицо министра вдруг исказилось и превратилось в усатую морду полковника Ундерса. "Вставай!" - потребовал полковник неожиданно тонким голосом.
Генерал попытался его оттолкнуть... и открыл глаза.
– Да вставай же наконец!
– нетерпеливо повторяла жена, тряся его за плечо - Ундерс велел тебя немедленно поднять. Говорит, что ты ему срочно нужен. Он уже больше минуты ждет у телефона...
– Полковник Ундерс?!!
– генерал как ужаленный вскочил с постели. Значит, это не сон?!!
– Что с тобой?
– изумилась жена.
– Какой еще там полковник? Говорю тебе, звонит Ундерс, посол...
При этих словах генерал наконец пришел в себя.
– Ах да...
– облегченно вздохнул он, торопливо ища ногами ночные туфли.
– Но какое удивительное совпадение!..
– Боже мой, Хуан - вдруг всплеснула руками жена, заметив на затылке супруга свежий синяк.
– Ты что, стукнулся головой о спинку кровати?
– Мне приснилось, что они меня подключили...
– пробормотал генерал, смахивая со лба капли холодного пота.
И, не успев накинуть пижаму, он опрометью помчался к телефону.