На грани

Фюллер Тара

– Он действительно того стоит, Аная?
– Истон встал.
– Если он здесь, то мы это сделаем. Но мы собираемся достигнуть точки невозврата. Фактически, я не могу обещать того, что любой из нас вытащит его из этого. Таким образом, я собираюсь спросить тебя, но только один раз, ты его любишь? Ты любишь его достаточно сильно, что столкнуться с возможностью того, что это будет твоим концом?

Истон стоял передо мной, ожидая. Он вскочил бы на ноги независимо от того, что я решила. Я знала это. Я знала это, потому что хотел ли он, чтобы кто-либо

знал это или нет, но у Истона было сердце. И у меня тоже. И оно принадлежало Кэшу.

– Я люблю его. Я не оставлю его здесь. Но ты можешь уйти. Я не жду, что ты рискнешь собой ради этого.

Истон отстранился и закатил глаза.

– Я не отклоняюсь от борьбы. Ты должна была уже знать это обо мне к настоящему времени.

– Я знаю, что тебе не наплевать на каких-то там людей. Неважно, кто они. Неважно, что поставлено на карту.

– На карту поставлена ты, Аная!
– Он уставился на меня.
– Разве ты не понимаешь этого? Разве ты не понимаешь, насколько ценен этот паренек? Насколько ужасно Бальтазар желает его?
– сказал он.
– Если мы не вытащим его из этого... ты заплатишь цену Бальтазару.

– И ты готов подвергнуть себя риску? Ради него?
– спросила я, мой голос дрожал.

Он вздохнул и провел пальцами по темным волосам.

– Ради тебя. Я готов рискнуть собой ради тебя. Не делай никаких предвзятых выводов, что мне наплевать на этого чертового человека. Мне не наплевать.

Несмотря на жару, боль и опасность вокруг меня, я улыбнулась.

– Но тебе наплевать на меня.

Истон посмотрел на меня и застонал.

– Не смей никому говорить, что я сказал это. Я брошу твою симпатичную маленькую задницу здесь, если расскажешь.

– Ты хороший друг, Истон, - сказала я.
– Спасибо.

Истон проигнорировал меня и подпрыгнул, как будто он подготавливал себя к тому, что будет потом.

– Я надеюсь, что ты готова сделать это.
– Его фиолетовые глаза прищурились на утесы, определяя.

– Что мы делаем?
– сказала я, паникуя.
– Мы... у нас даже нет плана.

– Нет... есть. Мы будем отвлекать.

– Это не план, Истон! Это идея. Предположение.

Истон не обратил на меня внимания.

– Что бы ни случилось, просто убедись, что сможешь залезть и выбраться из этих пещер, пока они не вернулись, - сказал он.
– Я сделаю все возможное, чтобы удержать их, но я не смогу задержать их надолго.

Я протянулась к Истону, но он ускользнул.

– Подожди! Ты никогда не говорил, что ты будешь отвлекать.

Истон обернулся, и кривая усмешка осветила его лицо.

– Волнуешься по поводу меня, Аная? Ты должна знать это лучше.

Он повернулся и побежал, его пыльник летел позади него как волна дыма.

– Время обеда, вы, маленькие ублюдки!
– Он исчез в облаке пепла, несколько черных пятен взмыли вверх за ним. С другой стороны утесов тени кричали от голода.

– Аная, беги!
– Его голос отозвался эхом откуда-то, откуда я не могла его увидеть.

Мои ноги пришли в действие

на звук его голоса, и мое дыхание вошло и вышло из легких, обжигая горло. Страх бился в груди как барабан. Я бежала, наблюдая, как черные тени льются из глаз и ноздрей пещеры-черепа, самой близкой ко мне. Это было похоже на непрерывный поток нефти, выливающейся на землю, прежде чем он распался на тысячу черных пульсирующих форм. Я сделала паузу только, чтобы подождать, когда оставшиеся сделают тоже самое, затем схватилась пальцами за рот черепа и подтянулась, влезая в темноту.

Как только я оказалась внутри, то прижалась спиной к теплой, влажной стене и с силой вытерла слезы, бегущие по щекам. Я не могла плакать тысячу лет. И мне не нравился тот факт, что теперь я могла это. Истон был там. Из-за меня. Как я могла позволить ему сделать это? Как он, как предполагалось, сможет выбраться из этого?

Я вытряхнула мысли из головы и отошла подальше от стены. Я не могла волноваться об этом теперь. Если я не найду Кэша, то Истон рисковал всем просто так. Тысяча лет, которые привели нас к этому моменту, будут просто ничем.

– Кэш!
– Я зарылась во что-то толстое, влажное и застряла в стене. В тусклом синем свете кровь капала вниз с потолка как дождь. Я откинула свои влажные косички с лица и расчехлила косу, двигаясь вперед. Только вперед. Никогда не оглядываясь назад.

– Пожалуйста, будь здесь, - прошептала я в темноту.
– Пожалуйста, будь живым.

Пещера, наконец, открыла широкую комнату. Камни, как клыки, торчали вдоль стен. Звуки моего дыхания отзывались эхом в пустоте. Он был здесь. Я могла чувствовать воспоминания о нем, его сущность.

– Кэш.

Что-то плескалось позади меня, и я развернулась, трясясь. Я отказалась позволять страху сокрушить меня. У меня не было времени для этого. Когда я не смогла найти источник звука, я обошла периметр комнаты, прижимая запястье к носу, чтобы блокировать запах. Я была на полпути, когда увидела их. Серебряные веревки, которые выглядели так, будто они были сделаны из какого-то типа гибкого металла, они лежали распутанные на земле рядом с камнем. И около них, браслета Кэша. Он никогда не снимал этот маленький клочок пеньки и бусинок, даже чтобы принять душ, а теперь тот лежал в луже крови. Хныканье вырвалось из моего горла, и я споткнулась, отступая назад, прижимаясь руками к чему-то настолько горячему, что оно ошпарило мою кожу. Страх поднялся через меня, и я подняла свою косу, оборачиваясь.

Истон схватил меня за руку и нахмурился.

– Осторожно, принцесса. Это просто я.

Его темные волосы прилипли к голове от пота, и где-то по пути он потерял свой длинный черный плащ, оставшись в простой черной футболке. Бледно-белые шрамы были похожи на паутины, ползущие вниз по его бицепсам из-под рукавов рубашки. Я была немного потрясена. Большинство из нас приняло решение стереть шрамы нашей жизни, символы нашей смерти. Но Истон сохранил их.

– Ты в порядке?
– наконец смогла спросить я.